Подарок Судьбы
Шрифт:
— Я уже это поняла, Шесса, — сказала хранительница. — Это первый волшебник за многие годы, в жилах котого не течет кровь великого хозяина, но который может говорить на нашем языке. Как тебя зовут, мальчик?
— Гарри Поттер, уважаемая Лешасса, — ответил тот без малейшего страха в голосе.
— Ты не наследник, но в тебе есть его частичка, — сказала змея, глядя на его лоб. — Ты знаешь, что способность говорить с нами ты получил с рождения? Ты не потеряешь ее, когда избавишься от этого шрама.
— Вы
— Да, а еще я знаю, что магия наделила тебя великим даром, — сказала змея. — Ты ведь знаешь о своих способностях защитника, мальчик?
— Защитника? Я сильный волшебник, и у меня есть способность в минуты опасности вызывать щит, но я не умею его контролировать.
— Я знаю, мой мальчик, — прошипела змея. — Мой господин со своими друзьями предвидели твой приход, и они ждут тебя.
С этими словами змея снова превратилась в камень, а дверь встрепенулась и стала медленно открываться. Войдя внутрь, Гарри застыл, заметив четыре прозрачные фигуры посреди комнаты.
— Я же говорила, что он придет, — весело сказала одна из них. — Проходи, мальчик, мы ждали тебя почти две тысячи лет.
— Здравствуйте, — сбросив с себя оцепенение, ответил Гарри, смутно догадываясь, что видит перед собой Основателей. Точнее, приведения Основателей.
— Как тебя зовут? — спросил мужчина, который был, скорее всего, Годриком Гриффиндором.
— Гарри Джеймс Поттер, сэр.
— Гарри? Отличное имя. Подойди сюда, не бойся. Нам нужно многое тебе рассказать, — продолжил Гриффиндор, махнув рукой на стоявшее внутри кресло.
— А можно мне… — набрался он храбрости, — поговорить с профессором и сообщить, что со мной все в порядке? Он волнуется, ожидая меня в Тайной Комнате. А еще с женой!
— С того момента, как ты вошел в эту комнату, Гарри, — пробурчал Салазар Слизерин, — время остановилось, и ты вернешься к своему профессору ровно через пять минут. Он даже не заметит твоего долгого отсутствия.
— О! Понятно.
— А теперь садись и слушай, Защитник!
— Почему вы меня так называете?
— Потому что магия выбрала тебя для великой миссии, мой мальчик, — нахмурился Салазар Слизерин. — Ты ведь уже знаешь о своей силе?
— Да. И о щите, появление которого я никак не могу контролировать.
— Мы расскажем тебе обо всем, но на это уйдет много времени. Впрочем, оно будет проходить здесь, а там все застыло, и никто не заметит твоего отсутствия, словно ты никуда и не уходил, — создав для себя своеобразные кресла, приведения разместились прямо напротив него. — Ты уже заметил, что щит появляется только в минуты опасности?
— Да. С его помощью я спас мать, хотя отца не успел, — тяжело вздохнув, ответил парень.
— Что ты слышал о Защитниках? — спросил у него Гриффиндор.
— Ничего. У нас о них
— Странно. Вы разве не знаете, что великий Мерлин тоже был Защитником? — нахмурился Слизерин.
— Нет.
— Не понимаю, как такое возможно, — воскликнула Ровена Равенкло. — Вы разве не проходите Историю Магии в школе?
— Проходим, но… — Гарри замялся. — У нас этот предмет ведет привидение, и на уроках все в основном спят.
— Приведение? Преподаватель Хогвартса — привидение? — возмутилась леди Равенкло. — Ты шутишь?
— Нет.
— Я хочу побыстрее оказаться на свободе, Годрик, и дать нынешнему директору пинка под зад, — не совсем аристократично выразилась основательница факультета умников. — Где это видано, чтобы приведения учили детей?
— Вынужден вас разочаровать, леди Ровена, — сказал Гарри, — но привидение в роли профессора по Истории Магии в Хогвартсе — это еще не самое худшее, что происходит в нашей школе и в нашем мире.
— Что может быть хуже?
— Лорд Слизерин, могу я задать вам вопрос? — спросил Гарри, глядя на основателя.
— Как это связано с предыдущим вопросом?
— Напрямую. Вы знаете причину, по которой ваш потомок развязал войну?
— Мой потомок? Мой потомок — тот самый монстр, появления которого мы ждали?! — Основатели не ожидали такого удара. Они переглядывались между собой, понимая, что им, как и Гарри, нужно многое узнать.
— Да. Все началось много лет назад.
— А сейчас какой год?
— Тысяча девятьсот девяносто четвертый. Вся история началась в сороковые годы, когда в Хогвартс приехал Томас Марволо Риддл. Несчастный сирота, мать которого умерла, а отец отказался от него еще в младенчестве.
Далее Поттер рассказал всю историю, вплоть до своего переноса в прошлое. Обо всем, что с ним происходило там и происходит здесь. Времени ушло много, но ведь оно проходит только здесь, так что рассказ занял у Гарри несколько часов со всеми подробностями и выводами относительно истиной сущности нынешнего директора Хогвартса.
— Значит, все думают, что я был против обучения магглорожденных волшебников? — мрачно поинтересовался Салазар Слизерин. Гарри кивнул. — Бред. Если бы не было вливания свежей крови, мы бы все вымерли, заключая браки между родственниками.
— Смею вас заверить, лорд Слизерин, что все чистокровные волшебники довольно давно прикрываются вашим именем, чтобы считать всех магглорожденных волшебников ниже себя по положению и уверены, что прозвище «грязнокровка» дали им именно вы.
— Да, Салазар, кто-то сильно постарался, чтобы сделать из тебя блюстителя чистокровности, — сказал Годрик Гриффиндор, с сочувствием глядя на своего друга.
— А никто не в курсе, что моя мать была магглорожденной волшебницей, — поинтересовался Слизерин.