Подарок судьбы
Шрифт:
Повернувшись все телом, он пристально посмотрел на нее в упор.
И еще раз убедился, что она выглядела совсем юной, почти ребенком.
— Сколько вам лет? — спросил он.
— Восемнадцать.
— А как вас зовут?
— Джемма Баррингтон.
— Вы и в самом деле кузина Ниобы?
— Моя мать была сестрой сэра Эйлмера. Она убежала из дома с моим отцом, Джоном Баррингтоном, их дальним родственником, и они жили потом очень бедно, но невероятно счастливо! А когда мои родители умерли и я осталась сиротой,
Когда разговор вновь вернулся к больной теме, виконт нахмурился:
— Мне вас искренне жаль, но вы и сами понимаете, что я ничем не могу помочь. Я отвезу вас туда, куда вам нужно, только об этом никто не должен знать.
— Вот уж не думаю, что это будет кому-нибудь интересно, — с печальным вздохом заметила Джемма. — Ниоба меня терпеть не может, а дядя Эйлмер считает обузой. И вообще, кому нужна бедная родственница? Богатые не любят бедных.
— Вы так считаете?
— Моя мама предпочла богатству любовь и вышла замуж за бедного человека. Но она стала исключением в нашем семействе.
Виконт подумал, что девушка права.
Уж что касается Ниобы — та точно предпочла богатство и более звучный титул маркиза титулу виконта и длинному списку долгов, которые только и мог предложить ей он сам.
Словно угадав его мысли, Джемма сказала:
— Ниоба такая же честолюбивая, как и ее отец. Она мечтает сидеть рядом с женами пэров на церемонии открытия парламента, и если бы в этот момент ей подвернулся какой-нибудь герцог или граф, то маркиз был бы тут же отправлен в отставку, как она отправила вас!
— Я уже предупредил вас, что не намерен выслушивать подобные утверждения! — сухо заявил виконт.
— Рано или поздно вы все равно убедитесь сами, что я была права.
Виконт уже намеревался ответить ей каким-нибудь язвительным замечанием, но затем решил, что это будет ниже его достоинства.
— Ну и куда же вы теперь направляетесь? — вместо этого поинтересовался он, вновь берясь за вожжи.
— В любое место, куда вы можете меня отвезти, — легкомысленно сказала девушка.
— У вас хотя бы есть деньги?
— Только две гинеи. Мне стыдно признаться, но я украла их из дядиного секретера. — По ее тону, однако, нельзя было заключить, что она испытывает угрызения совести.
Виконт снова опустил вожжи. Его изумление подобным легкомыслием было настолько велико, что он заговорил с девушкой покровительственным тоном, словно с ребенком:
— И ты говоришь вполне серьезно, что собираешься жить самостоятельно, не имея ничего за душой, кроме двух гиней? Да ты просто умрешь с голоду!
Наступила тишина. Через некоторое время Джемма произнесла уже совсем другим тоном:
— Больше мне ничего не остается. Я устала терпеть побои, щипки, тычки и пощечины, я уже просто отчаялась… я ощущаю себя такой жалкой…
Голос ее задрожал и оборвался, и виконт, которому стало жаль девушку, поинтересовался:
— Неужели у тебя не найдется других родственников, к которым я мог бы тебя отвезти?
— Они все слишком боятся дяди Эйлмера и просто отправят меня обратно к нему.
— Но я и сам сделаю то же самое. При мысли о том, что ему придется вернуться, он невольно нахмурился, но тут же сказал себе, что другого выхода у него нет. В то же мгновение, вновь вспомнив про коварство Ниобы, виконт рассердился еще больше:
— Черт побери! Как ты некстати объявилась в моем фаэтоне! Мне вовсе не с руки возвращаться. Больше всего я хочу сейчас показать твоей расчетливой и вероломной кузине, что вполне обойдусь и без нее!
Внезапно какая-то мысль пришла ему в голову, и он презрительно и горько засмеялся.
— Я уже сказал ей, что намерен сделать в ближайшие часы, и будь я проклят, если я и в самом деле этого не сделаю!
— Что же вы ей сказали? — с робким любопытством поинтересовалась Джемма.
Виконт зло сощурился и пояснил со злорадством:
— Я сказал ей, что скорее женюсь на первой же женщине, которую встречу, чем дам всем повод для сплетен и пересудов о том, что она меня оскорбила своим отказом.
Его слова срывались с уст, словно проклятья. Невидящим взором он смотрел вперед, не замечая ни красоты сельского пейзажа, ни ярких красок летнего дня. Перед его глазами в эти минуты стояло побледневшее лицо Ниобы, которая выслушивала его яростный монолог. Решимость в ее голубых глазах ясно говорила виконту, что она не отступит от своих слов.
Как бы ему хотелось сейчас схватить ее за плечи и хорошенько встряхнуть. Пусть бы убедилась, что мужчины тоже могут быть не менее беспощадны, чем женщины.
И тут рядом с ним раздался нерешительный голос:
— Если вы сказали это всерьез… то я и есть первая женщина, которую вы встретили.
Виконт повернул голову и с недоумением уставился на девушку.
— Господи, да ведь ты права! — прошептал он. — Впрочем, так получится даже лучше, если я женюсь на представительнице семейства Баррингтонов.
Слова прозвучали чуть слышно, виконт произнес их, почти не разжимая губ и не глядя на Джемму и тут же услышал ее ответ:
— Ничто в мире не вызовет у Ниобы большей досады… да она просто лопнет от злости… если я выйду замуж раньше, чем она, — да к тому же за вас!
Виконт издал короткий смешок, прозвучавший достаточно жутковато.
— Да тут, очень кстати, неподалеку находится какая-то церквушка.
Он подхлестнул лошадей, весь захваченный мыслями о том, что подобная месть будет самой действенной из всех возможных. Он тоже заставит страдать и грызть локти с досады оскорбившую его коварную возлюбленную.