Подари мне рай
Шрифт:
– Я не знаю как. Он не говорит ни по-английски, ни на хинди.
– Великолепно! Известно ли вам, на каком языке он изъясняется? – с коротким и осторожным смешком спросил Росс.
– Наверное, на пушту.
К счастью, Росс освоил этот язык, пока служил на северо-западной границе. Вежливо объяснив Исмаил-хану, что он не намеревался причинить вред его хозяйке, Росс одновременно ослабил давление колен и слегка отпустил поводья. Конь отступил и таким образом избавил хозяина от соприкосновения с опасным афганским кинжалом.
Немного
Спешившись, Росс протянул руки, и Мора грациозно соскользнула в них. Как ей казалось, оба были недалеки от того, чтобы им перерезали глотки! Она бросила тревожный взгляд на Росса и была поражена тем, что он улыбается. И вспыхнула от злости.
– Может, объясните мне, что вы тут находите смешного?
– Ни за что, пока вы мне не скажете, где ваш дядя откопал этого волосатого дьявола.
Его смех был настолько заразителен, что Мора расхохоталась тоже. Они долго стояли друг против друга и смеялись, а эхо в ближайшей теснине возвращало им веселые звонкие звуки.
Нечто очень похожее на бурную радость кипело у Моры в сердце. Она никогда еще не видела Росса таким раскованным, таким приятным и таким неотразимо красивым.
При этой мысли смех Моры внезапно оборвался. Что все это может означать? Росс Гамильтон не нужен ей ни в какой из своих ипостасей! Он всего лишь подчиненный ее дяди, и не более того. Она вздернула подбородок и окинула Гамильтона взглядом, выражающим превосходство.
– Мне, пожалуй, пора. Дядя станет беспокоиться, если я не вернусь к обеду.
– Само собой, – согласился Росс, но Мора догадалась, что он не только заметил перемену в ее настроении, но и понял ее причину.
Как это ни возмутительно, однако причина эта кажется ему смешной – судя по тому, как он усмехался, когда отдавал Гходе Лалу приказание привести коня.
Сжав губы, Мора уселась в седло, держась как можно прямее в ожидании, пока Росс отойдет в сторону, и делая вид, что она тут вообще одна.
Росс не отошел. Он стоял, держась за стремя и пристально глядя на Мору.
– Как давно у вас этот малый?
– С тех пор как вы уехали, – солгала Мора, ей казалось, что было бы ошибкой рассказать Россу правду.
– Надеюсь, он не причинит вам особых хлопот.
Мора тряхнула головой:
– Честное слово, капитан Гамильтон! Кажется, вы знаете меня достаточно хорошо, чтобы понимать, что я не испугаюсь своего саиса.
– Уж поверьте, я в этом вполне убежден, – съязвил он с усмешкой.
Мора вспыхнула, развернула коня и понеслась прочь. Но даже после того, как она въехала в ворота военного городка и увидела здание резиденции, ей казалось, что она слышит громкий смех Росса.
Ей очень хотелось повернуть назад, догнать его и влепить ему пощечину.
Глава 6
Как и опасалась Мора, появление Исмаил-хана вызвало в резиденции настоящий переполох. Дядя
Далее, он не одобрял тот факт, что Мора подыскала саиса сама, не спрашивая разрешения и неизвестно где, – Мора мудро отказалась открыть, где именно она договорилась с ним. Дядя твердил, что надо было предоставить ему выбрать подходящего слугу для Моры из тех, кто уже работал в резиденции. Зачем приглашать какого-то там афганца?
– Он должен немедленно убраться отсюда! – заявил дядя Лоренс, но в этом вопросе Мора и могучий патан проявили непоколебимую твердость.
Мора не собиралась отсылать Исмаил-хана, а тот, в свою очередь, получил строгий приказ от бегумы Кушны и был намерен выполнять его неукоснительно.
– Ну что ж, хорошо, – раздраженно произнес дядя Лоренс, смиряясь с непреложными фактами. – Но не смей держать его в доме. У нас тут слуг хватает с избытком. Я просто не представляю, что скажет твоя тетя, когда вернется.
– Но где он будет жить? – спросила Мора, отгоняя от себя мысль о грядущих страданиях тети Дафны.
– В конюшне.
– Дядя Лоренс, ни в коем случае! – Мора была по-настоящему потрясена: патаны необыкновенно горды, и она даже вообразить не могла, что Исмаил-хану придется жить рядом с животными. Внезапно ее осенило: – Нельзя ли отвести ему биби-гурх?
Это маленькое, всего из двух комнат, бунгало стояло в некотором отдалении от резиденции; в былые времена там обитали индийские любовницы бхунапурских резидентов.
– Очень хорошо, – уступил дядя Лоренс. – Но тебе придется сказать слугам, чтобы они там убрали.
Это распоряжение было встречено с неудовольствием, поскольку слугам-индусам пришлась не по душе новость о том, что среди них поселится правоверный мусульманин, да к тому же чужестранец. Каждому известно, полагали они, что земли за Гиндукушем населены безбожниками и что афганцы – народ невежественный и некультурный. Но слуги не смели выражать такие суждения вслух и даже боялись глянуть волосатому великану прямо в лицо. Хай-май, как это мисс-сахиб пришло в голову такое?
Исмаил-хан знал об этих разговорах, но держался с полной невозмутимостью. Биби-гурх пришелся ему вполне по вкусу, а конь, подаренный бегумой Кушной, и того более. Охранять мисс-сахиб, чьи волосы были необыкновенного цвета, дело самое простое, не работа – игра, всего-то и нужно сопровождать хозяйку в ее верховых прогулках по равнине.
Он не говорил по-английски, Мора не знала пушту, но они могли с грехом пополам объясняться на базарном хинди, который Исмаил-хан понимал. И так как Мора не смогла вразумительно разъяснить ему его обязанности, он сопровождал ее повсюду, в том числе, к ее вящему изумлению и смущению, вечером пошел вслед за ней в ванную комнату.