Под защитой камня
Шрифт:
Внезапно она осознала, что он не окидывает ее оценивающим взглядом, как поступали — явно или более скрытно — большинство мужчин Зеландонии, и еще поняла, что этот мужчина не рассматривает женщин с точки зрения удовлетворения своих личных потребностей. Тогда ей припомнилось, как, живя на Львиной стоянке, она с большим интересом слушала разговор о людях, которые вобрали в себя как мужскую, так и женскую сущность. Вспомнились и слова Джондалара о том, что такие жрецы обычно бывают прекрасными целителями, и она не смогла удержаться от улыбки. Возможно, здесь найдется
Он дружески улыбнулся ей в ответ.
— Добро пожаловать в Поречье, или Одиннадцатую Пещеру Зеландонии, — сказал он. Стоявший рядом с ним мужчина поглядывал на Зеландони с теплой, любящей улыбкой. Незнакомец был достаточно высоким и имел приятные правильные черты лица, которое, по мнению Эйлы, можно было назвать красивым, но ее поразило то, что он вел себя как-то по-женски.
Обернувшись, Зеландони поманил его к себе.
— Я хочу представить тебе моего друга, Маролана из Одиннадцатой Пещеры Зеландонии, — сказал он, продолжив ритуальное представление, показавшееся Эйле длиннее обычного.
Во время этого представления к ней подошел Джондалар, что, как правило, оказывало на нее успокаивающее действие в новых ситуациях, которых было предостаточно с тех пор, как они пришли в места обитания его племени. Улыбнувшись ему в ответ, Эйла вновь посмотрела на нового знакомого и обменялась с ним рукопожатием. Он был ниже Джондалара, но немного выше ее самой.
— Именем Мут, Великой Всеобщей Матери, я приветствую тебя, Маролан из Одиннадцатой Пещеры Зеландонии, — закончила она. Его приветливая улыбка располагала к продолжению разговора, но им пришлось отойти в сторону, уступая место другим соплеменникам, которые участвовали в важных ритуальных приветствиях, и их разделили, прежде чем они успели обменяться даже шутливыми замечаниями. Эйла не расстроилась, решив, что позже у них еще будет время поговорить.
Она огляделась вокруг. Эта стоянка, слегка возвышаясь над речным берегом и отступая от кромки воды, находилась все-таки очень близко к Реке. Она поделилась своими наблюдениями с Мартоной.
— Да, они живут практически у Реки, — пояснила женщина. — Считается даже, что они подвергаются опасности затопления. Зеландони говорит, что в древних легендах есть несколько упоминаний о таких случаях, но живых свидетелей уже не осталось, даже среди старейшин, никто не помнит о здешних наводнениях. Хотя такое местоположение дает им определенные преимущества.
Вилломар объяснил, что благодаря прямому выходу к воде обитателям Одиннадцатой Пещеры очень удобно пользоваться речными дарами. Рыболовство — их основной промысел, но больше они знамениты своим водным транспортом.
— Речные плоты используются для перевозки самых разнообразных грузов: дичи, плодов, изделий или людей, — сказал он. — Здешние умельцы не только лучше всех управляют плотами, гоняя их вверх и вниз по течению, даже по заказу соседних пещер, но они также и сами изготавливают большинство этих плотов.
— В этом деле они мастера, — добавил Джондалар. — Одиннадцатая Пещера специализируется
— Уж не о тех ли бревенчатых платформах вы говорите? — спросила Эйла, показывая на несколько бревенчатых конструкций около кромки воды. Они показались ей знакомыми. Она видела раньше что-то вроде этого и сейчас пыталась вспомнить, где именно. И наконец вспомнила. Плотами пользовались женщины Шармунаи. Пытаясь отыскать Джондалара, она исследовала единственный след, который вел от места его исчезновения, и в итоге вышла к реке и увидела на берегу маленький плот.
— Отчасти. Тот, что выглядит как большая платформа, является их пристанью. А привязанные к ней маленькие платформы называются плотами. Большинство Пещер устраивает место на берегу для привязки плотов, одни просто забивают сваи, другие строят более сложные причалы, но никто не имеет таких надежных, как здесь. Собираясь путешествовать или перевозить что-то вверх или вниз по течению, человек сначала идет в Одиннадцатую Пещеру, чтобы обо всем договориться. Они практически постоянно совершают водные путешествия, — сказал Джондалар. — Я рад, что мы к ним зашли. Мне хотелось рассказать им о Шарамудоях с их удивительно подвижными лодками, вырезанными из стволов деревьев.
Джохарран услышал его слова.
— Не думаю, что у тебя будет время сейчас затеять большой разговор о лодках, если только ты не хочешь остаться. Я предпочел бы засветло вернуться в Девятую Пещеру, — сказал он. — Мы заглянули сюда только потому, что Смелая хотела познакомить тебя, Эйла, со своими людьми, а я хотел договориться о поездке на плоту вверх по течению после охоты, чтобы встретиться с другими вождями для обсуждения Летнего Схода.
— Если бы у нас был один из челноков Рамудои, выдолбленных из ствола дерева, то пара человек могла бы быстро пройти в нем вверх по реке, не утруждаясь проталкиванием тяжелых и неповоротливых плотов, — сказал Джондалар.
— И много ли надо времени, чтобы сделать твой челнок? — спросил Джохарран.
— В общем, работы с ним много, — признал Джондалар. — Но зато потом им можно долго пользоваться.
— Ну это не поможет мне сейчас, так ведь?
— Так. Я просто подумал о том, что он может пригодиться нам позже.
— Возможно, но мне нужно достичь верховьев уже через несколько дней, — сказал Джохарран, — и также вернуться обратно. Если Одиннадцатая Пещера планирует поездку, то благодаря им я смогу вернуться гораздо быстрее, хотя, конечно, могу и пройтись пешком, если придется.
— Ты можешь отправиться на лошадях, — предложила Эйла.
— Это ты можешь ездить на лошадях, Эйла, — с кривой усмешкой сказал Джохарран. — А мне неведомо, как заставить их идти туда, куда мне нужно.
— Лошадь может везти двух человек. Ты можешь сесть за мной, — сказала Эйла.
— Или за мной, — добавил Джондалар.
— Ну, может, при случае… Но сейчас я все-таки узнаю, не собирается ли Одиннадцатая Пещера на днях в водное путешествие, — быстро проговорил Джохарран.
Они не заметили, как подошла Смелая.