Под прикрытием
Шрифт:
– Постой чуток – я скоро…
– Ну, ни дать не взять, – слышу негромкое сокрушённым тоном вдогонку, - на всю голову контуженный…
Терриконы… Пожалуй, слишком громко сказано.
Небольшие, невысокие «террикончики» - уже давно поросли довольно буйной растительностью. Нахожу где её поменьше, удаляю успевший образоваться тонкий слой условно плодородной почвы и с большим трудом долблю лопатой слежавшийся шлак.
– Сломай мне лопату ещё, сломай, – не унимается издалека Клим, - крючок американский за бесплатно отдашь за лопату!
Наконец,
– Ну и на куй он тебе? – с неподдельным любопытством спрашивает.
– Герань буду в горшках разводить…
Тот, только крестится:
– Эк, здорово тебя приложило! Не менее, чем шестидюймовым снарядом… Пшла, шентя шавелесова!
В любом случае не зря съездил - столько новых слов за сегодняшний день узнал. Жаль, диктофона нет и не конспектировал – а то б обогатил «великий и могучий», как минимум наполовину.
Дома, прежде всего высыпал в первое попавшееся корыто шлак и поливая колодезной водой из ведра – чтоб удалить органический мусор…
– Что делаешь, Серафим? – спросил вышедший в сад Отец Фёдор.
– Точно ещё не знаю – возможно, чистейшее золото промываю…
– «Золото», говоришь?
Тут, как на заказ что-то звякнуло об дно корыта. Пошарив, я достал кусочек чугуна размером с ноготь мизинца и внимательно его рассматривая:
– А вот и первый «самородок»…
Разделить при выпуске из доменной печи металл и шлак чётко не получается, потому в последнем обязательно встречаются капли чугуна - чаще всего, имеющие размеры не больше песчинок.
Взяв в ладонь, священник долго его долго рассматривал:
– С золотом - даже ангелу божьему надо быть осторожней, сынок! Ибо, бесов оно - как магнит притягивает…
– Ну это, - кивнул головой я, – уж как водится.
Несколько раз набрав и слив грязную воду, отжал шлак через холстину и высыпал сушиться на старую дерюжку в сторонке…
***
С позднего вечера и далеко за полночь задержавшись, сидел в схроне диаконника - жёг дрянной керосин и пытался разобрать каракули сына в его конспектах. Слезу пробило от тоски по своей семье, по внукам… Какие интересно, у дочери внуки или может – внучки, были бы?
Всё это сильно мешало, я злился на себя, на сына и его почерк.
Конечно, сын учился на «цветного» металлурга… Но у нас готовят не узких специалистов – как в Америке, к примеру, а «широкого профиля» - поэтому есть надежда.
– «Титанистые шлаки…», – наткнулся на заголовок и читаю шевеля губами, - порол тебя мало - лодыря ленивого, вот и мучаюсь теперь - разбирая эти твои иероглифы.
Так, так, так…
«Наличие титана в литейном чугуне уменьшает размеры «листочков» графита в структуре металла, поэтому резко повышает его прочность…».
Чугун, легированный титаном существует – но это, скорее всего не тот случай. Для сплава нужен металлический титан, а он у нас в виде…
Вот, кажется:
«От обычного
Здесь речь идёт о шлаке получаемый в процессе выплавки чугуна из титаномагнетитовых руд, содержащие в пустой породе титан в виде минерала ильменита FeTiO3. Такие «титанистые» шлаки тугоплавки - поэтому требуют повышения температуры в доменной печи на 200 градусов сверх обычной. Из-за повышенной температуры и особенностей кристаллизации и остывания, «настоящий» титанистый шлак имеет гранулированный вид и коричневатый оттенок…
Однако, у нас другая история!
На этом заводе плавили чугун сыродутным – то есть без подогрева воздуха, дутьём из обычной болотной руды с добавкой флюса, содержащего легирующие добавки… Наш шлак - напоминает обычный белёсый крупнозернистый песок.
Так, так, так… Роем дальше, роем глубже…
Кроме ильменита, титан входит в соединение рутила - TiO2… «Рутил» - это полудрагоценный камень, а ещё… «Чёрные рутиловые пески» - всплывает в сознание… А здесь он белёсый – почти белый…
Ф аж соскочил с места от догадки:
– Значит, что…? Неуж…?!
ДА, ВОТ ОНО!!!
В смысле, вот он - мой самый большой «рояль»!
***
На утро, я долго перебирал руками и рассматривал в увеличительную лупу подсохший шлак… Вновь вкрались в душу сомнения - оно, не оно?
Конечно, сам я ни фига не пойму – надо искать химика с лабораторией. В Нижнем Новгороде имеется университет, вот там и попробую найти и озадачить специалиста в ближайший же мой приезд туда.
За завтраком, сказал Отцу Фёдору:
– Надо бы панихиду по рабу божьему - Георгию Тимофеевичу Доможилову справить… Помянуть, не забыть – хороший человек был!
Тот, внимательно и с пониманием на меня глянув:
– Конечно, надо… По православному обычаю: на девять дней – вот уже скоро, на сорок, на год. В день рождения и в день смерти… Могилку вот тоже не помешало бы поправить да обновить: ведь, кроме дочери – тоже уже древней старухи, никого из родственников у него не осталось.
Как только появится у меня возможность – чугунный крест и оградку из ульяновского чугуна! И надпись, отлитая на том кресте… Какую бы надпись придумать? Да, какую не придумывай – всё одно будет мало, я уверен.
– Обязательно надо будет сходить на могилу – помянуть и не забыть проведать дочь Георгия Тимофеевича. Как говоришь, её зовут…?
Кусок чугуна я пытался исследовать сам – руки, аж зудились!
Зачистил один бок напильником, травил его купленным в аптеке кислотами, промывал и пытался в увеличительное стекло разглядеть структуру. Так ничего и не поняв, отнёс в кузню к Климу для дальнейших испытаний.