Под прикрытием
Шрифт:
А места вокруг – воистину живописные и ни одной души вокруг…
Красота!
***
Проезжаю чуть дальше по заброшенной грунтовке на север и ожидаемо натыкаюсь на заброшенную же железнодорожную станцию. Это, самая восточная часть Выксунской узкоколейной железной дороги (УЖД) - одной из самых больших по протяжённости промышленных узкоколейных железных дорог России и затем Советского Союза. Порядка трёхсот километров стальных магистралей узкой колеи, соединяющих как ныне действующие - так и давно уже стоящие заводы бывшей «империи» братьев Баташёвых, а ныне - Приокского горного округа,
Не поленился, сходил измерил рулеткой колею… Да! Как и на память по «послезнанию» помню - ровно 700 миллиметров.
Под это дело вспомнилось, вот…
Всем известно, что российская железнодорожная колея «широкая» - 1520 миллиметров, а европейская «узкая» - 1435 мм… Однако, самая первая железная дорога в России «Санкт-Петербург - Царское Село», была вообще с гигантской колеёй в 1829 миллиметров или же шесть английских футов! Позже, строя Николаевскую железную дорогу - соединившую Северную столицу с древней Москвой, по экономическим соображениям перешли уже на пятифутовую железнодорожную колею – те самые 1520 миллиметров.
Говорят, грязь, мороз и разница в ширине колеи железных дорог - помогла оккупантам в 1941 году застрять на «ближних подступах»… Сказать по правде, не уверен: ведь это же обстоятельство, не помешало нам дойти до Берлина и взять его штурмом, правильно? Рельсы, достаточно быстро перешивались на нужную колею железнодорожными войсками – что мешало высокотехнологичным немцам, поступить также?
…Однако, возвращаясь к «нашим баранам»: вакханалия с шириной ж/д колей по стране - продолжалась ещё достаточно долго!
Первая по-настоящему коммерческая железная дорога «Верховье – Ливны», построенная частной компанией в 1971 году в Орловской губернии, была шириной полторы русской сажени или 3,5 английских фута (1067 мм). Короче, что ни ветка – то своя железнодорожная колея!
Так вот, история Выксунской УЖД Приокского горного округа - как бы повторяет общую историю железных дорог России, застывшую на определённом этапе своего развития. Лишь в конце 19 века в стране ввели стандарт для узкоколейных дорог – 750 миллиметров, но к тому времени каких только их разновидностей, здесь было не встретить! От «сверх узких» 630 миллиметров - до «стандартных» 750 мм, но попадаются и 700 мм и даже те же самые - «полторы русских сажени».
К чему я это?
Да, есть у меня кой-какие интересные прикидки насчёт, как самого Приокского горного округа - так и его сети узкоколейных железных дорог. Вот потому-то, я здесь стою сейчас и, с хозяйским прищуром осматриваю ближайшие окрестности и еле-еле виднеющийся на горизонте посёлок Владимировка Лукояновского уезда:
– Мда… Непорядок!
Рисунок 30. Схема Выксунской узкоколейной сети железных дорог. Составлена по карте 1920-х
Глава
13
.
«Рояль» который утонул, а потом всплыл.
…Подходя к кузнице и дому Клима, ещё издали учуял характерный тухлый запах: вяленная рыба сушилась на его дворе где только можно и даже там – где никак нельзя, а вокруг неё роились полчища мух.
– Фу, фу, фу… Какая вонь, – зажимаю нос, - Клим! Да, куда ты её столько наловил?!
Хотя и представлял масштабы – Кузька рассказывал и изредка что-нибудь передавал «от дядьки Клима», но…
Вот заставь ду… «Альтернативно одарённого», Богу молиться!
Во дворе, куда не кинь – везде чехуя, чехуя, чехуя… Плавательные пузыри… Кот на крыльце растянулся – поперёк себя толще, как будто задрав ему хвост – его через задницу насосом надули.
Тот, скалит весело нетронутые кариесом зубы:
– Хахаха! Видать, в тебе глист какой есть – раз рыбьего духа не переносишь!
Однако, экземпляры какие… Лещи со сковородку, сазаны - ё-моё… Даже обычная плотва и та – с кирпич размером! «Там», только по «Дискавери» таких видел – самому не ловилось.
– Нет, ну зачем ловить – если сожрать всё одно не можешь?
– Да, чтоб ты понимал… Азарт, понимаешь!
– Не, я всё понимаю… Но это уж, слишком! Ну раздал бы соседям, что ли.
Из дверей выходит жена Клима и:
– Соседи от тебя скоро разбегутся, Ирод чешуйчатый!
– Молчи, баба – тебя никто не спрашивает.
– Да, чтоб ты околел – вместе с твоей поганой рыбой! – плюнула та и ушла снова в дом.
Посмеявшись, Клим пригласил в дом «на уху»:
– Не смотри – что ругает: готовит моя Глафира Петровна, просто – язык проглотишь!
Действительно, уха мне понравилась – густая, аж ложка стоит как в студне. Далее была рыба жаренная – тоже неплохо, потом ещё что-то рыбье…
– А вот смотри – икра сазанья, – нахваливает хозяин, – да с чесночком!
– А как же «головы щучьи с чесноком», – вспоминается бессмертное, - «хищник» разве в ваших краях не водится?
Отмахивается с досадой:
– Не… На твои крючки и леску щука не ловится – здесь блеснить надо или жерлицы ставить. Ешь, что дают и не привередничай!
– Да, нет уж – спасибо! Я уже как садок во время жора – «полный» твоей рыбы… Посмотри – из зада у меня хвост не торчит ещё? Хахаха!
– Хахаха! Нет, всё же есть в тебе какой-то глист. Чёрт с тобой, не хочешь – уговаривать не стану… Глафира!
– Чего тебе, судак белоглазый?
– Не лайся, глупая баба, а тащи самовар.
По прошествии времени на столе «материализовался» исходящий паром самовар, с фарфоровым заварником сверху и вновь появившимся на столах у населения колотым сахарком. Сахар в эти времена потребляли «вприкуску», а продавался он «колотым» - большими кусками то есть и, приходилось перед индивидуальным употреблением специальными щипчиками откусывать от них маленькие кусочки. Это скажу вам – занятие не из лёгких… Иногда, в полумраке было заметно - что аж голубоватые искры летели!