Под прицелом
Шрифт:
— Замки. Взлом замков.
— Машины?
Теперь старый немец улыбнулся.
— Машины? Нет. Машин много. Дилерские центры. Это помогает увеличить мою крошечную пенсию. В любом случае, я знал нескольких эстонцев. Я знал человека, который попросил меня пойти на склад, иначе я бы никогда не согласился пойти.
Кларк сунул руку в карман своего плаща, вытащил блокнот и ручку и бросил их старику.
— Мне нужны его имя, адрес, любые другие имена, которые ты знаешь - эстонцев, работающих в «Общаке».
Кром обмяк в кресле.
—
— Так уходи. Уезжай прямо сейчас. Поверь мне, тот, кто расспрашивал тебя обо мне, давно ушел. Вот за кем я охочусь. Люди, которые это устроили, просто местные головорезы. Убирайся из Кельна, и они не будут к тебе приставать.
Кром не пошевелился. Он только посмотрел на Кларка.
— Я убью тебя прямо здесь и прямо сейчас, если ты не сделаешь, как я скажу.
Кром медленно начал писать, но потом поднял взгляд поверх ствола пистолета, как будто хотел что-то сказать.
— Пиши или говори, - сказал Кларк, - но сделай это сейчас, или я всажу пулю в одно из твоих больных колен.
Немецкий пенсионер сказал:
— После того, как меня забрали, я провел день в больнице. Я сказал врачу, что на меня напали. А потом я вернулся домой, злой и полный решимости отомстить этим людям. Лидер, человек, который задавал вопросы, не был местным. Я мог сказать это, потому что он не говорил по-немецки. Только эстонский и русский.
— Продолжай.
— У меня есть друг, который все еще в Москве, он знает, что к чему.
— Ты имеешь в виду, насчёт мафии?
Кром пожал плечами.
— Он предприниматель. В любом случае, я позвонил ему и попросил информацию об «Общаке». Я не сказал ему настоящей причины. Я уверен, он предположил, что у меня было дело. Я описал человека, который меня допрашивал. Пятидесятилетний, но с волосами, выкрашенными так, словно он двадцатилетний певец панкрок-группы.
— И твой друг дал тебе имя?
— Он так и сделал.
— И что ты сделал?
Кром пожал плечами. Он униженно уставился в пол.
— Что я мог сделать? Я был пьян, когда думал, что смогу отомстить. Я протрезвел.
— Назови мне имя этого человека.
— Если я сделаю это, если расскажу вам о человеке в Таллине, который пришел сюда и приказал другим избить меня, обойдете ли вы стороной людей здесь, в Кельне? Может быть, если вы поедете прямо в Таллинн, они не узнают, что это я сообщил.
— Меня это вполне устраивает, Манфред.
Зер гут , -сказал Кромм и назвал Кларку имя, когда последние лучи послеполуденного солнца покинули небо.
52
Подобно правительственным агентствам, разыскивающим международного беглеца Джона Кларка, расследования Фабриса Бертрана-Мореля оплачивались человеко-часами, поэтому они привлекали много людей, работавших много часов.
И только этот интенсивный поиск по труднодоступным местам всей Европе помог им найти свою добычу. Бертран-Морель сосредоточил свою охоту в Европе, потому что Олден через Ласку
Таким образом, на каждой из шестидесяти четырех железнодорожных станций по всей Европе было размещено по одному сотруднику ФБМ, которые работали четырнадцатичасовую смену, раздавал листовки и показывал фотографии Кларка сотрудникам станций. За несколько дней ожидания и наблюдения они ничего не обнаружили. Но, наконец парень, торговавший крендельками на кельнском вокзале, мельком заметил фигуру в проходящей мимо толпе. Он взглянул на фотографию на маленькой карточке, которую ему вручил три дня назад лысый француз, а затем быстро набрал номер, указанный на обратной стороне карточки.
Француз предложил ему крупное вознаграждение наличными.
Двадцать минут спустя первый сотрудник ФБМ прибыл на Кельнский вокзал, чтобы опросить продавца кренделей. Мужчина средних лет обладал ясной головой и был убедителен; он был уверен, что Джон Кларк прошел мимо него, направляясь к главному входу в Гауптбанхоф.
Вскоре еще трое бойцов ФБМ, все силы в радиусе часа езды, были на станции, работая над планом действий. У них мало что было, кроме сообщения о том, что их человек проник в город; они не могли просто рассредоточиться, отправив четырех человек в четвертый по величине мегаполис Германии.
Поэтому они оставили человека на вокзале, пока остальные трое проверяли близлежащие отели и гостевые дома.
Это был агент на участке, который получил удар. Холодным и дождливым вечером, сразу после девяти, сорокалетний частный детектив из Лиона и сотрудник компании "Фабрис Бертран-Морель Инвестигейшнс" Люк Патен стоял у входа и курил сигарету, время от времени бросая взгляд на невероятный Кельнский собор, расположенный слева от железнодорожного вокзала, но его основное внимание по-прежнему было приковано к пешеходам, которые текли мимо него к железнодорожным путям позади. Там, в большой группе пешеходов, человек, имевший разумное сходство с целью, шаркая, прошел мимо, высоко подняв воротник плаща.
Люк Патен тихо сказал: Приятного просмотра, друг мой. . Он полез в карман и достал мобильный телефон.
Доминго Чавес организовал более низкотехнологичный мониторинг конспиративной квартиры рехана в Дубае, чем у двух молодых операторов с их роботизированными камерами и микрофонами. Одна из трех спален в бунгало выходила окнами на лагуну, на водный путь между волнорезом в форме полумесяца, на котором стоял "Кемпински", и полуостровом в форме пальмовых листьев, где располагалась конспиративная квартира Рехана. Расстояние между двумя точками составляло около четырехсот метров, но это было не слишком далеко для Чавеса, чтобы воспользоваться игрушкой, которую он привез с собой во время перелета из Штатов.