Под прицелом

Клэнси Том

И он понял, что вот-вот умрет.

Он открыл дверь.

— Мне знакомо твое лицо. Оно старше. Но я помню тебя, - сказал Кромм.

Следуя указаниям Кларка, он пересел в свое кресло перед телевизором. Его руки лежали на коленях, медленно разминая опухшие суставы.

Кларк стоял над ним, его оружие все еще было направлено на немца.

— Ты один?
– Кларк задал вопрос, но обыскал крошечную квартирку, не дожидаясь ответа.

Манфред Кромм кивнул.

— Конечно.

Кларк продолжал оглядываться,

держа "ЗИГ" направленным в грудь старика. Он сказал:

— Не двигайся. Я сегодня выпил много кофе, ты не захочешь видеть, какой я нервный.

— Я не сдвинусь с места, - сказал старый немец. Затем он пожал плечами.

— Пистолет в твоей руке - единственное оружие в этой квартире.

Кларк проверил остальную часть крошечной квартиры. Это не заняло много времени. Она никак не могла занимать четыреста квадратных футов, включая ванную и кухню. Он нашел на кухне дверь на пожарную лестницу, но ничего такого, что касалось бы предметов роскоши.

— Что, тридцать пять лет в Штази, и это все, что ты получил?

Теперь немец в кресле слегка улыбнулся.

— Судя по комментариям вашего правительства в отношении вас, герр Кларк, не похоже, что ваша организация вознаградила ваши усилия намного больше, чем моя организация вознаградила мои.

Кларк сам выдавил кислую усмешку, когда с помощью ног придвинул маленький столик вплотную к входной двери. Это может на мгновение задержать кого-то, входящего из холла, но не более того. Кларк стоял рядом с дверью, держа "ЗИГ" направленным на дородного мужчину, неловко сидевшего в кресле с откидной спинкой.

— Ты рассказывал сказки.

— Я ничего не говорил.

— Я тебе не верю. И в этом-то и проблема.

Держа оружие наготове, Кларк боком двинулся вдоль передней стены комнаты в угол. У соседней стены стоял высокий антикварный фарфоровый шкаф. Он подтолкнул его к открытой двери в крошечную кухню, чтобы перекрыть вход в квартиру с задней пожарной лестницы. Внутри покачнулись тарелки, и несколько из них опрокинулись, когда большая деревянная панель встала на место, закрыв дверной проем. Теперь единственным входом в комнату была спальня за спиной Манфреда.

— Расскажи мне что ты сказал им. . Подробно.

—Мистер Кларк, я понятия не имею, что вы...

— Тридцать лет назад три человека зашли на вокзал Гейстер-банхоф. Двое из этих людей вышли живыми. Ты работал на Штази, как и твой напарник, но вы двое играли не по правилам Штази, что означает, что вы вымогали эти деньги для себя. Мне было приказано отпустить вас двоих, но твой напарник Лукас Шуман пытался убить меня после того, как вы получили деньги.

— Я убил Лукаса Шумана, и ты сбежал, и я знаю, что ты не побежал обратно к Маркусу Вульфу и не рассказал ему о том, как твоя нелегальная работа по совместительству обернулась скверно. Ты бы держал рот на замке, чтобы тебе не пришлось возвращать наличные.

Кром

ничего не сказал, а только вжал руки в колени, как будто месил жирные блинчики перед тем, как поставить их в духовку.

— И у меня был приказ не включать это дело в официальные отчеты моего агентства, - сказал Кларк. Единственным человеком, кроме тебя, меня и бедного покойного Лукаса Шумана, который знал о том, что произошло на станции-призраке той ночью, был мой начальник, и он умер пятнадцать лет назад, никому об этом не сказав ни слова.

— У меня больше нет денег. Я их потратил, - сказал Кромм.

Кларк вздохнул, словно разочарованный комментарием немца.

— Верно, Манфред, я вернулся тридцать лет спустя, чтобы забрать курьерскую сумку, полную ничего не стоящих немецких марок.

— Тогда чего ты хочешь?

— Я хочу знать, с кем ты разговаривал.

Кромм кивнул. Он сказал:

— Я думаю, что это клише из американского кино, но это правда. Если я расскажу тебе, они убьют меня.

— Кто, Манфред?

— Я не ходил к ним. Они пришли ко мне. У меня не было никакого интереса выкапывать похороненные кости из нашего общего прошлого.

Кларк поднял пистолет и посмотрел в его тритиевый прицел.

— Кто, Манфред? Кому ты рассказал о восемьдесят первом?

— «Общак»!
– в панике выпалил Манфред.

Голова Кларка склонилась набок. Он опустил оружие.

— Кто такой Обчак?

— «Общак» - это не "кто", а "что"! Это эстонская преступная организация. Иностранный офис русской мафии, так сказать.

Джон не скрывал своего замешательства.

— И они спрашивали тебя обо мне ? По имени?

— Нет, они спрашивали не в обычном смысле. Они ударили меня. Они разбили бутылку пива, приставили разбитую бутылку к моему горлу, а потом они спросили меня.

— И ты рассказал им о Берлине?

— Натюрлих! Конечно! Убей меня за это, если должен, но почему я должен защищать тебя?

Кое-что пришло в голову Кларку.

— Как ты узнал?

Кром пожал плечами.

— Они были эстонцами. Они говорили по-эстонски. Если кто-то бандит и он эстонец, то я предполагаю, что он в «Общаке».

— И они пришли сюда?

— Ко мне домой? Найн . Они назначили мне встречу с ними на складе в Дойце. Они сказали мне, что для меня есть деньги. Работа в охране.

— Охранником работаешь? Не вешай мне лапшу на уши, Кромм. Никто не собирается нанимать тебя для работы в службе безопасности .

Руки немца быстро поднялись, когда он начал спорить, но ствол "ЗИГа" Кларка снова был направлен в грудь Кромма в течение одного удара сердца. Кром опустил руки.

— В прошлом я выполнял кое-какую... кое-какую работу для членов сообщества иммигрантов из Восточной Европы.

— Какую? Подделки ?

Кром покачал головой. Он был слишком горд, чтобы промолчать.