Под Небом Техаса

Бейли Татум

— Да! Да, конечно. Я полностью готов.

Мне приходится сдерживать себя, чтобы не хлопнуть себя по лбу, чтобы вернуть разум в свой мозг, так как я, кажется, совсем его потерял.

— Ладно, какой план?
– спрашивает он, поворачиваясь и закрывая за собой дверь.

— Можно я поведу?
– Так будет удобнее для меня, и это может стать большим сюрпризом. Но если он не хочет, чтобы я вел его машину, я его не виню. Блестящий кусок дорогого металла на его подъездной дорожке немного пугает меня, но все в порядке. Я уже водил машину. Много раз.

Неважно, что это было до того, как я переехал в Аризону, это всего лишь маленькая деталь. В Аризоне мне не нужна была машина. Куда бы мне ни нужно было ехать, Уиллоу ездила со мной. Не было смысла обременять себя выплатами за машину.

— Конечно, - говорит он, пожимая плечами.

Я протягиваю руку, чтобы он положил в нее ключ, но он только хмурит бровь.

— Можно мне взять ключи?

Он достает ключ из кармана и кладет его мне в руку. Я на мгновение замираю.

— Э-э-э...- Здесь нет ключа. Неужели я настолько оторван от реальности? Не может быть, черт возьми. Я вспоминаю машину Уиллоу и понимаю, что у нее точно есть ключ. Она вставляет его и заводит машину. Я видел, как она делала это сотни раз, ведь она возит нас повсюду.

— Это новейшая модель, они теперь заводятся на ощупь. Чтобы завести машину, нужен только брелок внутри грузовика.

Мои глаза расширяются, когда я поднимаю голову, чтобы оценить его реакцию. Он шутит?

— Может, тебе стоит сесть за руль?

Я протягиваю ему ключ, но он хватает меня за руку и тянет к водительской стороне своего грузовика. Если раньше он казался мне дорогим, то теперь он выглядит пугающе. Я разобью его, если сяду за руль.

Он открывает передо мной дверь, жестом приглашая сесть. Мои конечности дрожат, когда я забираюсь на водительское сиденье со всей возможной грацией. Я быстро бросаю сумку на заднее сиденье, надеясь, что ничего не пролилось на его дорогую кожу.

— Видишь эту кнопку?
– Он указывает на кнопку на приборной панели с надписью Start/Stop. — Держи ногу на тормозе и нажми на кнопку. Она заведется, как обычная машина, просто не нужно будет вставлять в нее ключ.

Я прижимаю ногу к педали, именно так, как он сказал. Терпеливо жду, пока мои нервы не возьмут себя в руки. Все в порядке, что с того, что я так долго не водил машину? Это как езда на велосипеде - никогда не забудешь.

Вот только велосипед сильно отличается от двухтонной машины смерти. Трент наклоняется ко мне, и аромат его одеколона заполняет мои ноздри, вызывая в мозгу укол прямого дофамина. Он нажимает на кнопку, и двигатель с грохотом оживает.

— Вот видишь, легко - Он ухмыляется, слегка приподнятые губы так горячи, что мне хочется их поцеловать.

— Так легко - Я глубоко вдыхаю и устраиваюсь поудобнее, пока он забирается на пассажирское сиденье.

— Пристегнись, - замечаю я, пока он возится со своим телефоном.

По радио начинает звучать песня о любви, и он кладет телефон на центральную консоль, пока пристегивается.

На экране мелькает название плейлиста, и мое сердце замирает в горле. Это тот самый

плейлист, который мы слушали, когда готовили, убирались или вместе решали головоломки.

— Куда мы едем?
– спрашивает он, а я поворачиваю голову и опираюсь рукой на подголовник позади него, чтобы смотреть в заднее окно.

— Это сюрприз, - отвечаю я, стараясь не отвлекаться от дороги и не позволяя своим глазам переходить на него, как бы заманчиво это ни было.

— Хм, - бормочет он, не сводя с меня глаз.

Я успешно сдаю назад с его подъездной дорожки, а затем переключаюсь на вождение. Слава богу, что ничего не изменилось. Мы бы наверняка оказались в кювете к тому времени, как я бы разобрался, в какую сторону переключать руль.

В кабине его грузовика звучит музыка, пока я веду нас по знакомым дорогам и поворотам. Солнце начинает садиться, наполняя небо множеством цветов. Глубокие синие и фиолетовые оттенки сменяются желтыми и красными, как день сменяется ночью. Внимание Трента сосредоточено на пейзаже за окном, и я жалею, что у меня нет фотоаппарата, чтобы запечатлеть этот момент и сохранить его навсегда.

— Могу я кое-что сказать, пока мы не добрались до места, куда ты нас везешь?
– Его глубокий голос разносится по салону грузовика и мгновенно заставляет меня напрячься.

— Конечно, ты всегда можешь сказать все, что захочешь - Я рискую взглянуть на него с периферии, и его глаза все еще обращены к тусклому солнечному свету.

— Мне нужна честность, мне нужна правда. Несмотря ни на что. Теперь это для меня решающий фактор - Его тон абсолютно серьезен, и я сдерживаю подступающую к горлу тошноту.

— Я могу это сделать, я могу быть честным - А я смогу? С точки зрения обывателя, это должно быть легко. Но думать, что ты можешь что-то сделать, и делать это на самом деле - две совершенно разные вещи.

— Я серьезно, Ки. Мне нужно знать, что все, что ты скажешь сегодня вечером, что бы это ни было, будет правдой.

Я въезжаю в парк, съезжаю с грунтовой дороги на тропинку, ведущую к поляне, куда я пошел за ним в тот день после школы. Как по-разному мы живем сейчас по сравнению с тем временем.

Я ставлю машину на стоянку и нажимаю кнопку "стоп", чтобы выключить ее. Легко, как пирог. Отстегиваюсь и поворачиваюсь на своем сиденье лицом к Тренту. Глядя в его карие глаза, я признаю свою первую правду за эту ночь.

— Мне страшно, - практически хнычу я, сердце колотится, а пальцы дрожат. Я прикусываю нижнюю губу, чтобы не дать ей жалко дрогнуть.

— Мне тоже. Мне так страшно, Ки. Но мне нужно знать, что я отдал этому всего себя, отдал тебе всего себя, прежде чем я смогу исцелиться.
– Трент с тихим стуком прислонил голову к пассажирскому окну.

— Значит, мы оба напуганы, да?
– Я пытаюсь придать ситуации легкость, но это не удается. Я пробую другую тактику - быть честным, как ему и нужно.— Я все еще хочу, чтобы ты был в моей жизни, но может потребоваться некоторое... время, чтобы мы снова стали такими, как раньше