Под чёрным флагом

Лесков Сергей Владимирович

«Вот и всё, – с горечью подумал Исаков, – вряд ли кто-то из оставшихся парней из списка сможет что-нибудь вспомнить. Тем более учитывая, что трое из уже опрошенных не совпадали по времени с приездом джипа, и таких может оказаться ещё человек пять. Фактор праздника, пьяных загулов, оттяжка времени сыграли свою злую роль. Надежда отыскать очевидца тает с каждой секундой».

Анатолий попрощался за руку с Николаем и «Пальтухой» и собрался выходить из квартиры гостеприимного хозяина.

– Слышь, – вновь очнулся после пива таксист. – А что надо? Ты конкретнее объясни. Я сейчас

напрягусь, вспомню… пивка бы ещё.

– Да, нет, спасибо, – сказал Толя. – Что мог, ты уже вспомнил. Водила джипа мне нужен очень… тот, который машину туда поставил. Хозяин говорит, что она была в тот день угнана. Дошло?

– А-а, так бы и сказал… – в расстроенных чувствах промолвил таксист, – я его не разглядел, извини, братан.

– Да ладно, что теперь поделаешь, – не терял надежды Толян, – что-нибудь придумаем. Спасибо ещё раз и пока!

– Пока-то пока… – продолжал диалог «Пальтуха». – Но ты мне скажи: если я дам тебе наколку на того, кто мог хорошо разглядеть мужика с джипа, ты мне коньяк привезёшь? Прямо сейчас!

Исаков с недоумением посмотрел на пьяного собеседника. Веры ему не было никакой. Ясно, что он сейчас с ходу выдумает какого-нибудь своего собрата-таксиста, который должен был быть в это время рядом и мог всё видеть. За бутылку коньяка в его состоянии он мог и сам бы обрисовать мужика, которого практически не видел, но именно этот факт, что он не сделал этого, и заставил Толяна изменить свое мнение в отношении этого алкаша. Ведь если он не стал за дополнительную плату сам выдумывать внешность водителя, то, возможно, именно сейчас он и говорит правду. И, возможно, действительно, может дать необходимую наколку. И Исаков решил рискнуть. Что он терял? Сумму в рублях, эквивалентную стоимости бутылки коньяка?

– Хорошо, я привезу пузырь коньяка, но ты мне скажи сначала саму суть той информации, которую сообщишь в обмен на коньяк. Если она стоящая, я привезу коньяк, а ты мне потом всё конкретизируешь. О’кей?

– Ни хрена не понял из того, что ты сказал. Но очень хочу коньяк. Вези, не пожалеешь!

Исаков в сердцах сплюнул прямо на пол в грязной неухоженной комнате и вышел из квартиры. Через десять минут на столе у «Пальтухи» стоял пузырь «Бастиона», рядом с которым лежала половина палки очень приличной колбасы. Глаза у хозяина квартиры загорелись от такого привалившего счастья. Он одновременно стал открывать коньяк, наливать жидкость в стоящий здесь же стакан и рассказывать свою версию событий того дня, не забывая периодически снова наливать и закусывать:

– Рядом со мной крутился молодой папаша с ребенком лет трех-четырех на санках. Они полчаса, наверное, рядом со мной были. С ними овчарка еще здоровущая шлындалась. Пацанёнка на санках катала… ох, хорош коньячок! И колбаска ништяк! Мало попросил… Батя мальчишки всё это на видеокамеру снимал, баловались они, смеялись, гуляли короче. Тут же и джип этот приехал. Стопудово мужик должен на камере засветиться. Я обратил внимание, что он очень близко с мальчишкой проехал, овчарка даже зарычала. Тачку он тут же оставил, а папашка всё это время и снимал. Дай, ещё вмажу! Отличный коньяк! А папашка далеко стоял от собаки с пацаном, издалека снимал, этот мужик

походу даже не заметил, что мог на камере засветиться. Вот такие дела. И самое главное! Но за это пообещай привезти еще такой же продовольственный набор! Скажу, как можно найти этого папашку.

– Чёрт с тобой! – с надеждой согласился Толян. – Если всё это правда, и с твоей помощью я смогу решить свои проблемы – я тебе много таких наборов доставлю.

– Замётано! – обрадовался «Пальтуха». – Этот молодой папаша гуляет с собакой каждый божий день недалеко от больницы в лесочке. Выходит, в районе десяти-одиннадцати часов дня. Вечером не видел ни разу. Мы с ним даже иногда здороваемся. Примелькались. Живёт где-то рядом. Иногда с ними и мальчонка гуляет. Когда ждать проднабора?

– Сразу после встречи с хозяином овчарки. Не обману, обещаю. Ты мне очень, надеюсь, помог. Спасибо, мужики!

Исаков распрощался с таксистами, оставил им немного денег ещё на одну бутылку и вышел из квартиры.

Сев в свой автомобиль, он сразу же позвонил следователю, которому рассказал об успехах, – что, возможно, завтра будет знать очевидца, видевшего водителя джипа, не называя при этом никаких важных подробностей. Договорился с ним, что в течение ближайших дней постарается привезти доказательства вины хозяина машины-убийцы, – а в том, что именно он находился за рулем во время ДТП, сомнений у Толяна не имелось.

Теперь настало время позвонить детективу. Сергей ответил сразу и сходу заговорил:

– Толя, все данные на твоего хозяина джипа я получил. Адрес и другие координаты также есть. Всё отдам при личной встрече, потому что человек этот очень непростой. Если говорить нашим языком, то бандит, прикрывающийся официальным бизнесом. Прошу тебя, пока никуда не влезай… и лучше вообще не влезай. Удалось что-нибудь узнать об очевидцах?

– Да, кое-что есть. Возможно, на днях у меня будут доказательства того, что за рулем джипа был сам владелец. Кажется, нашёлся свидетель. Лишь бы не сглазить!

– Прошу тебя, будь осторожен. Никому ничего больше не говори. Я понимаю, уже сейчас известно достаточному количеству народа, что ты пытаешься сам найти очевидцев. У таксистов много разных знакомых, информация может рекой утекать. Если что, сразу звони мне или следователю. Судя по твоим рассказам, он мужик правильный! Я пока всё ещё занят, могу только консультировать тебя по телефону. Давай завтра вечерком созвонимся. Если буду свободен, сможем накоротке встретиться. Ещё раз повторюсь: непростой это человек, достаточно опасный. Будь очень осторожен! Всё, пока!

2 января 2013 года, среда

Толян, как обычно в эти дни, оставил сына с соседкой, а сам, как и запланировал, отправился на своём «Жигулёнке» к больнице «Планета», где очень надеялся дождаться неизвестного молодого папашу, который будет выгуливать огромную овчарку. С собой у него был взят термос с чаем и несколько бутербродов с колбасой. Исаков поставил на крышу своей машины «корону», чтобы не выделяться от малочисленных водителей таксопарка. Основной костяк этой категории рабочего класса, видимо, продолжал активно отдыхать.