Почему поют русалки
Шрифт:
– Славный вечерок, – произнес незнакомец, и лицо его сморщилось в улыбке.
На вид лет тридцати, он обладал широкими плечами и развязностью манер, напомнившей Себастьяну секретных агентов, которых ему случалось встречать во время службы в армии.
Будто невзначай, он опустил руку в карман и коснулся гладкой деревянной поверхности пистолета.
– Почему же вы в таком случае в пальто? – спросил он.
Теперь в улыбке обнажились и зубы незнакомца.
– Вы и сами знаете
Себастьян отметил, что речь его не кажется ни простонародной, ни слишком уж аристократичной.
Стараясь не делать быстрых движений, Себастьян вынул оружие из кармана и опустил ладонь, сжимавшую его, вдоль тела, одновременно стараясь следить за тем, чтобы между ним и незнакомцем в мягкой шляпе оставалось достаточное расстояние.
– Что вы хотите?
На мгновение взгляд незнакомца скользнул вниз, на пистолет, но выражение его лица не изменилось.
– Пришел дать вам дружеский совет.
– Совет?
– Ну да. Меня для того и наняли. Предупредить вас кое о чем. Сами знаете, как это делается. Дохлая кошка на пороге у вашей двери. Кирпич, запущенный ночью в ваше окно. Но я сказал себе: «К чему эти дурацкие игры? Если требуется джентльмену что-то разъяснить, почему не сказать просто?»
– Ваш совет.
– Вот и правильно. – Незнакомец в пальто поднял руку к лицу и почесал нос – Видите ли, вы задаете слишком много вопросов. Один джентльмен хочет попросить вас не делать этого.
– Вы имеете в виду вопросы относительно Барклея Кармайкла и Доминика Стентона?
– Тоже правильно. – Незнакомец опять улыбнулся. – Видите? Я же говорил, что вы поймете.
– Кто вас нанял? Сэр Хамфри Кармайкл или лорд Стентон?
Улыбка растаяла.
– Ну вот. Опять расспрашиваете. Это плохо, вы помните?
Происходящее стало раздражать Себастьяна.
– Между прочим, а кто вы сами?
– Неважно, как мое имя. Меня наняли, и все тут.
– Для того, чтобы вы дали мне совет.
– Скажем так.
– А если я ему не последую?
Теперь и следа прежней улыбки на лице незнакомца не было.
– Глупо будет с вашей стороны.
Себастьян дал знак лакею, и тот мгновенно спрыгнул со ступенек экипажа.
– В таком случае дайте небольшой совет и тому, кто нас нанял. Согласны?
Виконт направился к экипажу, мужчина оставался на месте, лишь поворачивая голову, но не отводя взгляда от его лица, когда тот прошел мимо. Правая рука мужчины так и оставалась в кармане, а Себастьян так и не поднял опущенного пистолета.
– Итак, скажите вашему нанимателю, что я не люблю, когда убивают кошек, и серьезно возражаю против того, чтобы в мои окна бросали кирпичи. И если он еще кого-нибудь пошлет ко мне со своими советами, я убью его.
Странное
– Значит, мы с вами еще встретимся, – пробормотал он и исчез в ночи.
Себастьян сел в углу экипажа, опустив пистолет на колени. Из окон тетушкиного особняка доносились отдаленные звуки музыки, где-то на соседней улице раздался женский смех.
Становится ясно, что его вопросы кого-то пугают. Угрозы, предъявленные ему, не шутка, и человек, посланный для того, чтобы передать их, профессионал.
Наклонившись вперед, Себастьян дал кучеру знак ехать. Разумеется, он не последует совету незнакомца в мягкой шляпе. А это значит, им и впрямь предстоит еще встретиться.
Только тогда уж, Себастьян в том не сомневался, он не увидит, как приближается к нему этот человек.
ГЛАВА 20
Вторник, 17 сентября 1811 года
В ранний час следующего утра Себастьяну был нанесен неожиданный визит. Невзрачный маленький человечек с загорелым лицом изъяснялся с акцентом, который в одно мгновение казался изысканно-аристократичным, а в следующее – уже плебейским, сейчас он словно принадлежал прирожденному французу, а через минуту – испанцу или итальянцу. Имя этого человека было Эммануэль Джонс, и в годы службы в армии Себастьян доверял ему выполнение некоторых поручений. Сейчас Эммануэль Джонс был снова им призван, но совершенно по другому делу. Виконт Девлин поручил ему вести розыски своей родной матери.
– Итак, корабль, о котором вы меня просили разузнать, рассказывал Джонс – Кажется, его название «Сан-Ремо»? Так вот, вы были правы, это судно не затонуло, как многие ошибочно считали, семнадцать лет назад. Оно пришвартовалось в Гааге, покинув которую медленно продвигалось вдоль побережья до Гибралтарского пролива, затем, обогнув Италию, направилось в Венецию.
Они расположились в кабинете; Себастьян, опершись локтями на рабочий стол, не сводил глаз с лица стоявшего перед ним человека.
– Среди его пассажиров была какая-нибудь англичанка?
– Да. Сейчас эта женщина носит имя София Седлоу. Себастьян кивнул. Такова была девичья фамилия его матери.
– Что же дальше?
– Некоторое время она проживала в Венеции с одним поэтом. Он скончался девять лет назад.
– Где она теперь?
– Спустя примерно год, приблизительно в тысяча восемьсот третьем году, покинула Италию в обществе некоего француза. Он был одним из наполеоновских генералов.
– Имя?
– Бешель.