Поцелуй
Шрифт:
— Что с вами? Теперь, когда избавились от Вивьен, я уж подумала, что вы извлечете из свободы максимум выгоды. Или вдруг поняли, что скучаете по ней?
— Я когда-нибудь говорил тебе, что терпеть не могу нахальных девчонок? — невозмутимо спросил Сэм. Он не видел причин скрывать от Кэт свои отношения с ее матерью, но Иззи, в припадке скромности, умоляла молчать об их романе. Лифт остановился на третьем этаже. Катерина сделана серьезное лицо.
— Мне просто интересно.
— Ты любопытна. А я предпочитаю хранить свои дела в
— Думаете, побегу с новостями в газету? Да, я сама сдержанность. В конце концов, я дочь Иззи — мне частенько приходилось хранить секреты!
В дверях палаты их ошеломил потрясающий запах «Мисс Диор». Катерина изрядно повеселилась, когда Джина сначала воскликнула: «Сэм!» — а потом поняла, что он не один.
— А, и ты здесь, Кэт, — добавила она прохладно. — Берите стулья и располагайтесь. Могу попросить кофе, если хотите.
— Расслабься и не изображай хозяйку дома, — отмахнулся Сзм и поцеловал ее. — Мы пришли посмотреть, как у тебя дела.
Катерина, устроившись в зелено-розовом кресле, которое идеально гармонировало с цветастыми обоями, увидела, как Джина покраснела под тщательно нанесенным макияжем. Но ведь у этих двоих нет общей тайны? Только не у Сэма и Джины.
Через два дня врач нанес Джине долгожданный визит. Он собирался сообщить свой вердикт. С бьющимся сердцем Джина покорилась очередному неврологическому осмотру и подготовилась к новостям. Но мучительная игра, как выяснилось, еще не окончена.
— Вы сущая загадка, — сказал врач, когда, наконец, закончил исследовать буквально все рефлексы ее тела. — Хорошие новости: паралич проходит, головные боли прекратились, зрение практически вернулось к норме.
«Серый костюм отлично скроен, бледно-розовая рубашка — от «Армани», — отметила Джина. — Я его персональная пациентка. Разумеется, он будет улыбаться и говорить о хорошем».
— А плохие новости? — спросила она.
Жаль, что рядом нет Сэма, хоть какая-то поддержка.
— Буду предельно честен, миссис Лоренс. — Врач сел на край постели. — Проведенные исследования выявили некоторую аномалию, но ее природа нам неясна.
«Если бы я лежала в обычной больнице, он, наверное, просто сказал бы: «У вас опухоль мозга, и вы умрете». В конце концов, примерно это врачи сказали моей матери много лет назад».
— И что дальше? — спросила Джина.
— Думаю, вашему бедному мозгу нужно слегка окрепнуть. — Он ослепительно улыбнулся, и Джина поморщилась. Меньше всего она нуждалась в подобных шутках. — На левом полушарии небольшое вздутие, — доктор легонько коснулся ее головы, — и, пока оно не пройдет, мы не сможем делать определенные выводы. Поэтому я предлагаю вам вернуться домой, а через две недели приехать на обследование. Надеюсь, к тому времени вы будете как новенькая.
— А если нет? — с возрастающим гневом поинтересовалась Джина. «Этот так называемый чудотворец в стильном костюме и модных туфлях только дурачит
— Давайте будем говорить о проблемах, когда столкнемся с ними. — Врач попытался ободряюще похлопать ее по руке, но Джина уклонилась.
— Просто скажите мне, — спокойно произнесла она, — что, по-вашему, со мной не так.
— Анализы не дали четких результатов, мы просто не можем…
Врач покачал головой. Он увиливал от ответа. Устремив на него решительный взгляд, Джина выдала:
— Но вы ведь не станете утверждать, что у меня нет опухоли мозга?
Глава 50
Катерина, которую Люсиль отправила открывать дверь, обрадовалась, увидев Вивьен.
— А я уже начала думать, что мы больше не увидимся! — воскликнула девушка, обняв ее и чуть не выколов себе глаз огромной золотой сережкой в форме полумесяца. — А еще опасалась: что если мы тебя и увидим, то не узнаем. Ты ведь теперь подружка деревенского доктора — разве тебе не положено расхаживать в твидовой юбке и резиновых сапогах?
— Попробовала, но мне не понравилось — невозмутимо ответила Вивьен, оглядывая свой розовый шелковый жакет и короткую черную юбку, а потом улыбнулась. — Впрочем, это неправда. Я разок об этом подумала — и не рискнула. Черт возьми, по крайней мере, пациентам Терри будет о чем посплетничать. Наверное, это украсит их жизнь.
— У нас тут пациент, которому не помешает украшение жизни. — Катерина впустила Вивьен и захлопнула за собой дверь. — Я, пожалуй, налью джина, если Люсиль до него не добралась. Предупреждаю, он тебе понадобится.
Вивьен была одновременно испугана переменами в Джине и очарована властной и шумной Люсиль, которая, кажется, тащила на себе весь дом. Экономка выхватила у Катерины бутылку «Гордона» и немедленно разлила содержимое в два огромных бокала.
— Эта девочка наливает чертовски маленькие порции, — с жаром объяснила Люсиль, гремя кубиками льда. — Не то чтобы я большая любительница джина, сами понимаете, но ради приличия к вам присоединюсь. А вам этого яда ни капли, — добавила она, обращаясь к Джине, — Эта штука просто ужас что творит с мозгами.
— Точно, — бодро отозвалась Вивьен, садясь на темно-зеленую кушетку рядом с Джиной. — Как жаль, что ты больна. И все-таки здорово, что тебя выписали из больницы.
Джина слабо улыбнулась. Вивьен отметила, что та походит на деревянную куклу.
— Все так добры ко мне. Иззи настояла, чтоб я оставалась здесь, пока не смогу сама себя обслуживать. — По ее голосу угадывалось, что это маловероятно.
Катерина удивленно посмотрела на Джину.
— Так в чем проблема? — спросила Вивьен. Она слышала лишь намеки от Иззи и от любопытства не находила себе места. Не проявлять сочувствия, когда речь заходит о болезни, так не похоже на Катерину.