Поцелуй

Мэнселл Джилл

Ее внимание привлек посетитель — в основном из-за ритмичного стука каблуков по гладкому деревянному полу. Высокая блондинка в невероятно изящном черно-белом костюме, неуверенно помявшись, окинула взглядом постели вдоль стен и нервным жестом поправила сумочку на плече.

— Все смотрят телевизор, — указала в сторону коридора кисточкой для лака Иззи. — О, черт! — воскликнула она, увидев, что яркая капля упала ей на бедро, навечно испортив прекрасную белую футболку. — Простите. Испытания посланы нам свыше. Кого вы ищете? — Иззи

уже догадалась: это либо жена дантиста, либо дочь летчика Бертона. Вряд ли кто-нибудь еще в палате знаком с женщиной, которая носит подобные костюмы.

— Честно говоря, — посетительница быстро взглянула на листок с именем в изголовье кровати Иззи, — я ищу вас.

Джина была застигнута врасплох видом Изабеллы Ван Эш. Когда та лежала на дороге, ее лицо было закрыто щитком шлема и поначалу Джина приняла Иззи за мужчину. Потом, после обескураживающей встречи с Катериной, Джина стала рисовать себе Иззи в облике крупной, даже мужеподобной, женщины лет за сорок, с короткой стрижкой и агрессивными манерами.

Но особа, сидящая перед ней, оказалась миниатюрной и, несомненно, женственной, с выразительными темными глазами и буйной гривой иссиня-черных волос, обрамляющих лицо в форме сердечка. И еще она выглядела моложе Джины в этой белой футболке и ярко-розовых велосипедных шортах.

Впрочем, Джина, которая за эти нелегкие дни научилась не судить по первому впечатлению, была испугана. Переволновавшись в поисках сначала нужной клиники, потом нужной палаты, она полностью исчерпала силы. На грани нервного срыва, Джина тяжело осела в пустое кресло для посетителей.

— Но я вас не знаю, — озадачилась Иззи. Темные брови скрылись под лохматой челкой. Пальцы, с еще не высохшим розовым маникюром, были растопырены в воздухе. — Вы ведь не социальный работник?

— Нет, — ответила Джина таким тоном, будто ее заподозрили в проституции. «Господи, неужели я похожа на социального работника?»

Из-за волнения она не находила слов, чтобы представиться. С обидой думала, что эта жуткая девица, дочка Иззи, уже описала ее матери. Изабелла Ван Эш наверняка знает, кто она, и извлекает максимум удовольствия из неловкой ситуации.

— Ну ладно, — невозмутимо продолжала Иззи. — Приятно видеть посетителя, пусть он и не называет своего имени. — С трудом дотянувшись до полупустой коробки шоколада в шкафчике, она поинтересовалась: — Хотите ромовый трюфель?

— Я Джина Лоренс…

Выражение лица Иззи не изменилось. Иззи удивленно покачала головой, и Джина уловила аромат дорогих духов. «Трюфели и «Диорелла», — рассеянно подумала она. — Слишком шикарно для бездомной, бедной, безработной женщины, чью душераздирающую историю поведала Катерина».

— Я вела машину, которая столкнулась с вашим мотоциклом. — Джина осторожно подбирала слова. Хотя авария, разумеется, произошла по ее вине, адвокат запретил ей признавать что бы то ни было.

— А, точно! — воскликнула Иззи с трюфелем

во рту, а потом, к удивлению Джины, протянула руку. — Господи, тогда неудивительно, что вы так нервничали, когда вошли. Как мило, что заглянули меня навестить. Конечно, я должна была вас узнать, но в ту ночь была слегка не в форме. В общем, я мало что видела, кроме ваших ног. Простите, ногти у меня еще не высохли… Уверены, что не хотите шоколада?

Джина изумленно покачала головой.

— Ваша дочь… — запинаясь произнесла она, — вчера побывала у меня.

— Правда? — наступила очередь Иззи удивляться. — Зачем? И ни словом не обмолвилась.

— Миссис Ван Эш, — начала Джина, — она…

— Мисс. Я не замужем. Пожалуйста, зовите меня Иззи. Странно. И чего же она хотела?

— Меня бросил муж, — поспешно заявила Джина. Еще один барьер преодолен: она сказала это быстро и не успела заплакать. — А ваша дочь назвала меня эгоистичной тварью: сказала, что из-за аварии вы потеряли… э-э… двух бой-френдов. У меня голова кругом, но я решила все-таки прийти и извиниться. И я кое-чего не понимаю… — добавила она с искренним любопытством. — Как можно потерять двух бойфрендов сразу?

— Значит, Катерина внушила вам чувство вины, — задумчиво проговорила Иззи и усмехнулась. — Господи, у девочки несомненная способность пробуждать в человеке совесть. То же самое она проделывает со мной, когда я бросаю одежду где попало. И все же ей не следовало называть вас эгоистичной тварью. Она слишком далеко зашла. Не беспокойтесь, я с ней поговорю. И вам действительно не о чем беспокоиться. — Иззи схватила Джину за руку. — Временами Катерина излишне самоуверенна, но она, конечно, не хотела вас обидеть. Что тут поделаешь, она подросток, вы знаете, о чем я.

Джина печально покачала головой:

— Нет, не знаю.

— Ну, так я вам расскажу. — Иззи закатила глаза. — Кэт — абсолютный ангел, но иногда я мечтаю о том, чтобы у меня не было дочери. Как, например, сегодня. Она отлично учится, но разыгрывает из себя дурочку когда пожелает. Мне очень жаль, что она вас расстроила, миссис Лоренс. Когда придет вечером, обещаю хорошенько отшлепать ее.

— Нет, нет… — Джина замолчала, с запозданием осознав, что Иззи шутит. Ее бледные щеки порозовели. Она торопливо произнесла: — Меня зовут Джина. — Впрочем, ей не удалось сбить Иззи с толку, и обе это понимали. — Расскажите о ваших бойфрендах…

Иззи сделала надлежащее выражение лица.

— Наверное, это смешно, хотя я не в состоянии пока шутить. Когда поняла, что же случилось, то здорово расстроилась. Наверное, через пару недель мне самой будет смешно. — Иззи пожала плечами и помолчала, рассматривая накрашенные ногти, а потом кратко пересказала суть инцидента.

Необычайное спокойствие Иззи, не говоря уже о практицизме, потрясло Джину.

— Вы не расстроены? — наконец спросила она. Иззи, кажется, задумалась.