Поцелуй вампира
Шрифт:
— Я — Марк, — сказал мужчина, протягивая руку. От него крепко пахло одеколоном и мятой.
В этом баре он был будто не от мира сего, совсем как этот блестящий красный музыкальный автомат в углу. Другие посетители бара носили одежду из выцветшего хлопка и брезента. У них были чумазые лица и грязь под ногтями. Марк же выглядел так, будто сошел с подиума. Он был одет в черную шелковую рубашку, наполовину расстегнутую и обнажавшую мускулистую грудь. Черные облегающие брюки, заправленные в сапоги с небольшим каблуком, завершали образ. Волосы зачесаны назад и уложены гелем. Платиновые, очень светлые — почти
— Леда, — ответила я со скромной улыбочкой. Я бы смогла узнать его, даже не видя фото на листовке «Разыскивается». Он выделялся словно бельмо на глазу.
— Леда, — произнес Марк, будто смакуя каждую букву моего имени. — Какое прекрасное имя, — он с улыбкой посмотрел поверх стакана. — Для такой прекрасной женщины.
Льстец. Настоящий льстец. Он говорил с простоватой грацией, словно ему не было никакого дела до происходившего вокруг. Словно он и не пытался убежать от закона.
— Ты явно не из здешних мест, — сказала я, окидывая его оценивающим взглядом. На нем совсем не было оружия, по крайней мере, заметного.
— Я из города. Нью-Йорк, — добавил Марк, заговорщически подмигивая.
— Ох, — ахнула я, — Всегда мечтала попасть туда.
Я захлопала длинными ресницами. Он заглотил наживку.
— Может быть, когда-нибудь я возьму тебя с собой, — сказал Марк, обнимая меня.
Я придвинулась ближе, обхватывая его, чтобы спуститься руками вниз по спине. Никакого оружия. Я скользнула ниже по ногам. Ничего. Или он очень хорошо его прятал, или был идиотом. Я склонялась к варианту «идиот». В конце концов, он назвал мне настоящее имя. Казалось, Марк считал, что здесь, на границе цивилизации, он в безопасности.
— Ты правда меня возьмешь? — спросила я.
— Конечно, милая.
Лжец. Он находился в бегах от властей Нью-Йорка, обвинялся в похищениях и краже имущества Легиона. Единственный путь, которым он мог вернуться в Нью-Йорк — в наручниках. И лучше всего в моих.
— Ты так хорошо пахнешь, — чуть слышно произнес он мне на ухо. — Тебе кто-нибудь это уже говорил?
Всего лишь каждый второй парень, мечтающий забраться в мои трусики.
Я поцеловала его в гладкую щеку, затем откинулась назад, чтобы одарить его своим самым страстным взором. Несмотря на часы репетиций перед зеркалом, я все еще не обладала совершенным томным взглядом, но Марку, казалось, было не до этого. Он с вожделением смотрел на меня, пока я одной рукой взбалтывала свой ананасовый сок. Другая рука была занята осторожными поисками наручников в сумочке…
— Привет, Леда! — громкий голос донесся до меня через весь бар.
Я знала этот голос слишком хорошо. Я впилась взглядом в шедшего ко мне охотника за головами. У него была черно-красная кожаная мотоциклетная куртка — в сто раз круче его самого. Джинкс. Так он называл себя, настоящего имени я не знала. Только то, что он был падальщиком. Чертова гиена.
— Эй, дорогуша, — Джинкс остановился передо мной, ухмыляясь.
— Ты знаешь этого парня? — спросил Марк.
— К сожалению, да, — проворчала я.
— Мы с Ледой давно знакомы, — сказал Джинкс. — Мы познакомились во время Заката.
Заткнись.
— Или это было в Темном Городе? Хоть убей, не могу припомнить, когда это было, — он рассмеялся. — Мы столько работы проделали вместе.
Нет, ты отнял у меня столько работы, вороватый ты сукин сын.
— Чем вы оба занимаетесь? — спросил Марк.
— Мы — охотники за головами, — любезно ответил Джинкс. — Кстати, Леда, тебе удалось поймать того парня из Нью Йорка?
Стулья резко попадали, ударяясь о пол, когда Марк метнулся к двери, удирая из бара так, словно ему хвост подпалили. Я бросила гневный взгляд на Джинкса, но у меня не было времени бранить его, к тому же мне не хватило бы силы, чтобы одолеть его голыми руками. Но я была быстрой. Я приковала его наручниками к барной стойке, прежде чем он смог что-либо сделать, и устремилась за беглецом, слыша поток грязных ругательств Джинкса, лившийся мне вдогонку.
Оказавшись на улице, я побежала так быстро, как только могла. Мои ботинки едва касались гравия. Я должна была добраться до Марка, прежде чем ему удастся сбежать — или, что еще хуже, Джинкс поймает его. Наручники ни одного охотника за головами не задержат надолго.
— Леда, наш объект только что повернул на Третью улицу. Я преследую его, — сказал мой брат Зейн по связи. Крошечное устройство, работавшее от энергии Магитека и спрятанное в моей сережке, обошлось нам в маленькое состояние, но оправдывало каждый потраченный пенни. Оно сделало возможной командную работу.
— Гляди в оба за Джинксом, — сказала я ему.
Я не собиралась позволять этому падальщику вмешиваться в наше дело — не в этот раз. Не было и речи о том, что упустить такой заработок. Мы уже потратили все деньги, чтобы оплатить нашей сестре Белле первый счет за обучение в Университете Колдовства в Нью-Йорке.
— Черт.
— Зейн? — спросила я.
— Марк направляется к стене.
Если ему удастся выбраться за стену, мы потеряем всякую надежду заполучить его голову. Я проигнорировала адское пламя, разгорающееся в моих мышцах, и заставила свое протестующее тело двигаться еще быстрее, поворачивая за угол на Третью улицу. Вообще я быстрая бегунья. Это жизненно необходимый навык для того, кто постоянно охотится за людьми. Я долго и мучительно тренировалась каждый день и в результате могла обогнать практического любого.
Но только не Марка. Он передвигался очень быстро, особенно для человека в облегающих кожаных штанах.
Высокая внушительная стена возвышалась в конце улицы. За ней простиралась Пустошь, где свободно бродили монстры, бесконтрольные, необузданные, неудержимые. Стена — единственное, что защищало этот город от всей резни за ее пределами. Стена да еще сверхъестественные воины, что стояли наверху. Стражники смотрели, как Марк бежит к стене, и даже не подняли винтовок. Их работа — следить за тем, чтобы монстры не пробрались внутрь. Из-за тех же, кто хотел совершить побег в Пустошь, они и пальцем не пошевелят, и без разницы, преступник там или нет. Стражники знали, что монстры в любом случае достанут его, а им все равно заплатят зарплату.