Поцелуй разбойника

Грин Мария

Она с интересом посмотрела на Чарлза, не зная, что увидит в его глазах. Он загадочно улыбнулся, и у нее вновь перехватило дыхание. Она надеялась, что он захочет предложить ей дружбу, а больше ей ничего и не нужно.

— Чего бы вы хотели выпить? — спросила она с чуть заметной дрожью в голосе.

— Мне эль, — сказал Ник. Чарлз кивнул, присоединяясь к нему.

— Сегодня слишком жарко для работы в доме, — проговорил Чарлз. — Вам не нужна помощь?

— Нет… слуги сейчас закончат, но вы могли бы вынести стол на террасу. Если вас не затруднит.

Оба

мужчины последовали за ней в дом. Она спиной чувствовала их восхищенные взгляды, но делала вид, что ее это не трогает. Она еще не решила, как себя с ними вести.

Маргерит показала им, какой стол надо перенести, а сама скрылась в глубине дома.

Ник увидел лежащую на диване лютню. Это был его любимый инструмент. Он подтянул струны и начал напевать песенку, услышанную в одном из винных погребков Лондона. Звучный голос лютни заполнил мрачную комнату, и Чарлз почему-то подумал, что в этом доме уже много лет не звучала музыка. Казалось, даже стены наслаждались веселой мелодией.

Ник, пританцовывая с инструментом в руках, пел:

Она была простой девицей,тра-ля, тра-ля,и парень тоже простоват,тра-ля, тра-ля,и пистолет держал в руке,тра-ля…Чарлз, притопывая ногой в ритм песни, подхватил припев:…Тра-ля-ля,и пистолет в руке,тра-ля-ля…Он повалил ее на сено и нажал курок!Да, он повалил…

В холле послышались шаги. Вошла Маргерит с раскрасневшимся от возмущения лицом.

— Как вы смеете петь в моем доме непристойные песни! Вы хотите сделать меня посмешищем для слуг?

Ник резко оборвал песню и положил лютню на диван. Его глаза весело блестели, но он извинился;

— Простите. Наверное, свет еще не видел такого дурака, как я.

Чарлз не смог удержаться от смеха. Схватившись за живот, он хохотал, а Маргерит сердито смотрела на него. Но вот она грустно усмехнулась, а затем громко засмеялась.

— Вы неисправимы. Похоже, вы так и не стали взрослыми. — Она указала на стол. — Предполагалось, что вы отнесете это на террасу.

— Я помню, что когда-то вы с удовольствием играли на лютне, Маргерит. А сейчас играете?

— Я только что принесла ее с чердака, где она лежала со дня моей свадьбы, — грустно проговорила она.

В комнате наступила тишина, словно им передалась скрытая в этих словах печаль. Чарлз вздохнул, заметив, как вспыхнули ее щеки. Желая переменить тему разговора, он взял со стола «Любовное путешествие» и помахал им перед лицом Маргерит.

— Мы узнали, что именно вы любите читать. Она вырвала у него книгу.

— Кто сказал, что она моя?

Чарлз любовался ее сверкающими от гнева глазами.

— Возможно, книга принадлежит конюху, — задумчиво произнес

он. — Но я очень в этом сомневаюсь.

— Не ваше дело, что именно я читаю.

— Мы тут подумали, не может ли Полуночный разбойник быть автором этих стихов, ведь дамы так увлечены им, — сказал Ник. — А вы как думаете? — Он наклонился к Маргерит и заглянул ей в глаза.

Чарлза охватила разрывающая душу ревность. Ник желал женщину, которую он, Чарлз, любил, и любая женщина, если у нее есть сердце, готова была влюбиться в этого красивого негодяя. Чарлз подозревал, что, будь у Ника деньги, он давно бы женился на ней. Он подошел к Маргерит, оттесняя от нее Ника.

— Что я думаю? — В ее янтарных глазах мелькнуло подозрение. — А что вы хотите от меня услышать? Что бы я ни сказала, вы будете надо мной смеяться.

Ник с интересом смотрел на нее.

— Скажите нам, прекрасная Маргерит, чем вы отличаетесь от моей сестры или тетушки Чарлза? Они с утра до ночи читают эту книгу. Признайтесь нам, что вы восторженная поклонница Б.К. Роуза.

Она отшвырнула книгу.

— Хорошо. Если вам так надо это знать, то я нахожу эти стихи весьма трогательными. Поэт так глубоко чувствует любовь, что она приносит ему страдания.

— Это мужчина или женщина? — настойчиво допытывался Ник, взяв в руки книгу.

— Какая разница? Любовь есть любовь, — пожала плечами Маргерит и вышла из комнаты.

Наконец они вынесли стол на террасу, и слуга поставил на него поднос с кувшином эля и стаканами. Маргерит разлила эль и повернулась к Чарлзу.

— Книга принадлежит сестре моего мужа, мисс Пирсон. Она живет здесь. — Маргерит с неприязнью взглянула на окно второго этажа. — Она следит за мной, чтобы я не запятнала память мужа. Как будто я на это способна!

Чарлз отметил тоскливые нотки в ее голосе и грусть в глазах. Ему хотелось бы узнать причину этой тоски. Он жадно выпил холодный эль и задумался о том, что мог бы прогнать ее грусть поцелуями.

— Теперь, когда ваш траур закончился, вы, конечно, поведете в Лондон, — предположил Ник. — И скоро вас будет окружать толпа поклонников, включая и меня.

Чарлз насторожился и переглянулся со старым другом: неужели они стали соперниками? Взгляд Ника ответил «да», и, как когда-то давно, тревога, волнение и сознание того, что Маргерит никогда не изберет его, стеснили грудь Чарлза.

Она смотрела на него так, словно читала мысли. Он отвел глаза, не желая, чтобы она увидела в них тоску. Она сидела так близко, что он чувствовал лавандовый запах ее духов и сладкий аромат женственности, исходящий от ее кожи.

— Я первым поздравлю тебя, Ник, — сдавленно произнес он.

— Рад это слышать, — улыбнулся Ник.

Маргерит, зашелестев юбками, поднялась со стула, и Чарлз с Ником тоже встали.

— Вы говорите о моем будущем, как будто все уже решено. Позвольте сказать вам, и запомните это, — я больше не выйду замуж. Кроме того, с моей репутацией женщины, отравившей своего мужа, мне не следует ожидать у своих дверей поклонников.