По воле судьбы

Хантер Мэдлин

Риз поднял ее повыше, так что она почти сидела. Его поцелуи стали более страстными и настойчивыми, но и ее ответы не уступали в чувственности. Ее готовность к близости, настойчивое желание слиться с ним озадачивали ее. Долгие годы задавливаемое грузом забот, скрываемое даже от себя, физическое влечение вырвалось наружу, получило свободу, взяло верх над разумом; Риз управлял им с помощью своих рук, поцелуев, ошеломляющего возбуждения, исходившего от его ладоней. Он коснулся ее лица и нежно провел пальцем по губам.

– Доверься мне,

Джоан. Если ты не сделаешь этого, я сойду с ума. Несмотря на головокружительные ощущения, она колебалась.

Но дразнящие ласки бедер, манящее дыхание, щекочущее щеку, снова повергли ее в смятение. Надеясь, что это будет не слишком отвратительно, она уступила.

Но это вовсе не было отвратительно. Между ними установилась поразительно глубокая связь, затронувшая потаенные струны их душ, а поцелуи оставили после себя сладостную дрожь и чувство эмоциональной обнаженности.

Что-то изменилось и в нем, словно он почувствовал, насколько она уязвима, и ждал, пока девушка привыкнет к нему. Потом прижал ее сильнее, так что ее грудь слилась с его торсом, а другой рукой обвил бедра. В таких тесных объятиях она была в его полной власти.

Он поцеловал ее сильнее, приподнял еще выше. Его объятия превратились в беспрестанные ласки, но теперь он требовал, а не просил. Вниз по телу, затем вверх, обманывая ее ожидания, распаляя желание. Его рука коснулась груди, лаская ее. Вот ладонь сомкнулась на ней – невыразимое острое блаженство. Это отметало мысли об отказе. Он прикасался к ней так, что заставлял желать этого еще. Еще. Еще. Она не могла думать ни о чем, находясь во власти этого желания, полностью овладевшего ею.

Его пальцы отыскали завязки платья.

– Сегодня утром я чуть было не остался, когда проснулся и увидел тебя обнаженной в моих объятиях. Должно быть, я смотрел на тебя целый час. Я хочу увидеть тебя снова такой, но только чтобы ты не спала и видела меня.

Свободный вырез платья широко распахнулся, так что он смог обнажить ее плечи и грудь. Легкий ветерок щекотал ее возбужденное тело, а его шероховатая ладонь только усиливала желание.

Джоан обхватила его за шею, боясь отпустить, а он играл ее розовым соском, доводя до неистового безумия. Ее дыхание становилось все более прерывистым, возбуждение с каждой секундой усиливалось.

Риз прервал их бесконечный жадный поцелуй и взглянул ей в глаза, делая страстное томление еще напряженнее и мучительнее. Выражение его лица заставило ее сердце подпрыгнуть, а затем бешено заколотиться.

– Ты ведь этого раньше не хотела? Тебя удивляют не мои прикосновения, а тот вихрь чувств, который они в тебе породили.

Она спрятала лицо у него на плече, чтобы скрыть свое замешательство. Риз понимал ее лучше, чем она сама. Он нагнул голову.

– Давай посмотрим, как я могу удивить тебя.

Его язык запорхал по ее груди, подвергая новым возбуждающим пыткам. Джоан закрыла глаза и попыталась сдержать исступлённый стон. Но он не позволил ей этого,

использовал арсенал всех доступных ему средств, чтобы лишить ее всякой власти над своими чувствами.

Так и случилось. Она почти растворилась в восторге. Ее тело хотело, а разум молчал. Он заманивал ее в сети безрассудства. Успокаивающая сила его рук, прикосновения его искушенных пальцев обещали, что все остальное будет столь же прекрасно. И она верила в это. Еще ненадолго она отдалась им… и ему.

Снова его ласки, решительные и властные. Вдоль тела, живота, бедер, спускаясь все ниже и согревая ее обнаженные ноги, потом выше, вызывая пульсирующую дрожь, почти боль. Еще выше. Горячие, уверенные и искушенные. Выше, пока все ее тело не содрогнулось от острого желания.

Прикосновение, нежное, уверенное прикосновение.

Восхитительный миг неземного блаженства поглотил ее, но тут же экстаз сменился ощущением пустоты, и от этой резкой смены чувств ее тело и душа в ужасе содрогнулись. Удовольствие грозило обернуться опасностью. В один миг Джоан с ослепительной ясностью осознала, что зашла слишком далеко – он заманил ее дальше, чем она могла себе позволить.

Она схватила его за запястье и отбросила руку. Не понимая причины этого поступка, он застыл, все еще продолжая прижимать ее к себе. Затем коснулся ее подбородка и заставил взглянуть ему в глаза.

– Почему?

– Ты сказал, что мы остановимся, когда я захочу.

– Я мог бы поклясться, что ты этого не хочешь.

– Ты так хорошо знаешь женщин?

Она высвободилась и отодвинулась. Ей стало стыдно. Джоан торопливо зашнуровала платье.

– Я обещала всего лишь один поцелуй. Риз пронзил ее взглядом.

– Ты обещала гораздо больше, прелестная голубка.

– Но не того, чего ты добивался.

Он улыбнулся и поднял руки, сдаваясь.

– Приношу свои извинения за недоразумение. Это моя вина. Она отвернулась и вздохнула.

– Нет, моя.

Воспоминания все еще обуревали их, заставляя чувствовать себя ужасно неловко. Она не могла смотреть ему в лицо.

Один поцелуй. Это должно было положить конец отношениям, зародившимся прошлой ночью во время купания и сна. А вместо этого поцелуй лишь укрепил их отношения, более того, развил и продолжил их. Меньше чем за сутки она зашла с Ризом дальше, чем, как она думала, смогла бы когда-либо зайти с кем бы то ни было. Это приводило ее в замешательство.

– Я должна идти. Он встал.

– Нет. Ты обещала мне поцелуй, а я пообещал тебе хороший обед. Я скоро вернусь и принесу угощение. Это самое малое, что я могу сделать, после того как ты была ко мне столь великодушна.

Ей показалось, что он издевается над ней, но она не могла его винить. Они не были детьми, даже если она и вела себя как перепуганная девочка.

– Ты хочешь сказать, что ты все еще не против, чтобы я осталась на обед?

Риз внимательно посмотрел на нее, словно обдумывая ответ.