По воле судьбы
Шрифт:
– Что ж, тогда нам придется решить этот вопрос по-другому.
– Но не таким способом, как тебе того хочется, можешь быть уверен.
– Я дразню тебя, Джоан. Ты слишком подозрительна.
– Не слишком, просто не настолько доверчива.
– В глубине души ты понимаешь, что мне от тебя ничего не надо. Если бы я хотел, то уже попытался бы добиться своего вчера ночью или сегодня утром, когда ты, нагая, лежала в моих объятиях.
Такая откровенность Риза усилила чувство тревоги. В ее сердце, словно предупреждение об опасности, вспыхнула маленькая горячая искра. Это еще больше взволновало девушку.
– Я надеялась, что у тебя хватит такта
– Это означало бы притворяться и делать вид, что ничего не произошло. Я не настолько галантен.
– Я не просила тебя о ночлеге, тем более на одной кровати.
– Но знала, что я лежу рядом. Ты просыпалась и видела меня.
– Я не помню. Наверное, я не совсем проснулась.
Она откровенно лгала, не отваживаясь признать, что могла такое допустить.
– Достаточно, чтобы увидеть меня, но это не важно. Мы оба знаем, что меня безумно тянет к тебе, но я не хочу близости с тобой в качестве платы. Даже если бы ты сама предложила, я бы отказался.
Джоан могла бы вздохнуть с облегчением, но теперь, благодаря его откровенности, возникло обоюдное острое желание, как приведение, обретшее тело. В ответ на его признание ее сердце бешено забилось.
– И что теперь?
Риз погладил ее волосы. Его взгляд излучал тепло и уверенность, но не грубость.
– Я прошу тебя всего лишь о поцелуе, но никак не в качестве платы.
Глава 5
– Да или нет? – мягко спросил он.
Она хотела остановить его, опасаясь, что этим поцелуем все будет разрушено, и его образ доброго, внимательного и бескорыстного друга развеется в то же мгновение.
Хотя, может быть, оно и к лучшему. Это позволит ей избавиться от глупого романтического трепета, так некстати охватившего ее. И будет своего рода платой: она сможет уйти, не чувствуя, что еще что-то должна ему за оказанную помощь.
– Хорошо. Но только маленький быстрый поцелуй.
– Мы остановимся, как только ты скажешь.
Джоан приготовилась к грубости, поэтому его нежность смутила ее еще больше. Всего лишь теплое прикосновение губ, ласковое и осторожное. Как это ни удивительно, оно не вызвало у нее отвращения, скорее, трепет, прилив жара к щекам. Он продолжал, рассыпая этот поцелуй на десятки прикосновений и покусываний, от этого блаженство, независимо от ее воли, растеклось, стремясь охватить все ее существо, а он дразнил ее губы, будто водя по ним перышком.
Но вот Риз остановился. Джоан с опаской заглянула в его глаза, их выражение ошеломило ее. Да, в них было сдерживаемое желание, но ни капли грубой похоти, искренняя теплота смягчала острое влечение, превращая его в нечто, что не оскорбляло, а льстило.
Они по-прежнему сидели врозь, склонившись друг к другу. Риз снова поцеловал ее, крепче, настойчивее, не прося – требуя. Огненный вихрь постепенно окутывал ее, опускаясь все ниже; внезапно вспыхнув, все полнее завладевал ею. Словно тысячи крошечных иголочек покалывали ее тело изнутри. Они были везде и всюду. Лицо, грудь, бедра… Все тело ритмично пульсировало, наливаясь какой-то неведомой силой.
Джоан была поражена реакцией своего тела, это делало ее совершенно беспомощной. Такого не должно было произойти.
Риз прислонился к стене и легонько притянул девушку к себе. Ее положение стало еще более неустойчивым, голова кружилась. Она потеряла равновесие, покачнулась, ладони уперлись в его грудь.
Руки Джоан почувствовали приятное тепло, она обмякла, ее кожа соприкоснулась
Риз удерживал ее, прикасаясь только к затылку. Его вытянутая рука не давала упасть ее склонившемуся телу. Прервав поцелуй, он заглянул ей в глаза, и его пронзительный взгляд поразил ее своей страстностью, опалил сильнее поцелуя.
– Ты не ответишь на мой поцелуй, Джоан?
Она почувствовала, как пылает ее лицо.
– Нет.
– Никогда?
– Нет, – взгляд скользнул туда, где ее загорелые руки упирались в бронзовую грудь Риза, и лучики света плясали на коже. – И никогда этого не хотела.
Он нежно погрузил пальцы в волосы у основания шеи, а свободной рукой поднял ее подбородок, так что волей-неволей ей снова пришлось посмотреть ему в глаза. От его взгляда у нее перехватило дух – напряженный и в то же время добрый, нежный, теплый, слегка влажный, как и его тело.
– Неправда. Сейчас ты этого хотела, – голос был немного хриплым, глухим.
Риз нежно притянул ее голову. Сильная рука влекла ее, но не к губам, ниже. И вот ее губы коснулись его груди прямо над ее ладонями. Едва ощутимый запах и вкус затуманили сознание, заполнив собой все вокруг. То, что произошло дальше, вышло как-то само собой, помимо ее воли. Сначала она робко коснулась его груди губами, это был даже не поцелуй – легкое касание. Потом, чуть осмелев, провела губами по коже и снова поцеловала, теперь увереннее. Этот порыв наполнил сердце светлой радостью, заставив его биться чаще, словно в такт учащенному дыханию, и принес ей неописуемое наслаждение. Она отвела руку и подарила ему еще один поцелуй. В ответ его рука, крепче обнимая ее, опустилась ниже, а губы прижались к волосам. Она ощутила, как в нем нарастает напряжение, но это не пугало ее. Сметенные восхитительной чувственностью, вдохнувшей жизнь в ее тело, все страхи исчезли. Джоан порывисто целовала ямку в центре его груди, поднимаясь к ключице, затем к шее, а он, поощряя ее, нежно, но крепко прижимал к себе. Когда она подняла лицо, Риз в ожидании смотрел на нее.
Но она не имела ничего против его страстного возбужденного взгляда. Это только подстегивало, доводя накал страсти до предела, переполняя все ее существо. Жажда и безумие бушевали в ней. Прежде Джоан не приходилось испытывать ничего подобного. Тело откликалось на его ласки помимо воли, и это не переставало удивлять девушку.
Риз подвинул ее. Это произошло так незаметно, так естественно, что она и не заметила, как оказалась низко склонившейся, глядя на него снизу вверх, прижимаясь своими бедрами к его бедру. Приподняв ее за плечи, он снова нежно прильнул к губам. Его загрубевшая ладонь ласкала лицо, затем, блуждая, спустилась к шее и рукам.
Тело Джоан откликалось на каждое его прикосновение. В вихре чувств страх и острое, почти нестерпимое желание слились воедино. Разумом она понимала, что следовало бы давным-давно остановить его, но его язык бабочкой порхал у ее губ, зубы нежно покусывали шею и мочку уха, и новая волна ощущений затмила все, кроме этих упоительных прикосновений.
Он не прекращал своих настойчивых ласк вниз, слегка задев грудь, вдоль талии, постепенно продвигаясь к бедрам и ногам. Тело под его рукой забыло стыд, грудь вздымалась от сладостного предвкушения. Она обхватила его плечи, чтобы успокоить свои смятенные чувства, а когда он снова требовательно прижался к ее губам, с радостью ответила на его поцелуй, наконец дав выход своему усиливающемуся влечению.