Плут
Шрифт:
— Мне тебя не хватало. Коуди могла лишь кивнуть и полностью отдалась удовольствию от его объятий.
— Мне тебя тоже.
Весь день она почти ни о чем другом не могла думать. По существу, она почти весь день только и грезила о проведенной накануне ночи. Они еще раз занимались любовью после разговора на кухне, а затем она проскользнула вниз, моля Бога, чтобы миссис Викерс не услышала, как она уходит от него. В тот день она много улыбалась, несмотря на ноющие сомнения, которые преследовали
— Я напоминаю потного козла, — засмеялся он. — Я еще не принял душ.
Ей было все равно, пусть от него даже пахло бы навозом. Ей нравилось быть рядом…
— Хочешь сначала выпить чего-нибудь холодненького?
Он утвердительно кивнул, они медленно и неохотно разъединились. Дикон уселся за стол, а она тем временем положила в стакан лед и наполнила его чаем. Затем она присоединилась к нему за столом и некоторое время он пил чай в молчании.
Наконец, Дикон поставил стакан и посмотрел на нее.
— Я слышал, ты посадила Кетти под арест?
— Совершенно верно.
— Это моя вина. Ведь я же позвал ее… Она кивнула:
— Да, ты взрослый человек и я не могу тебя контролировать. Но мне хотелось бы думать, что с дочерью у меня такая возможность имеется…
Коуди сделала паузу.
— Кроме того, у Кетти есть своя голова на плечах и ей следовало бы об этом помнить, прежде чем принимать решение.
— Ну, а если мы с Кетти разделим наказание? — предложил он.
Она выглядела удивленной.
— Хорошо, ты арестован в своих комнатах на две недели.
Дикон засмеялся.
— И ты будешь навещать меня?
— Послушай, ты не лучше Кетти. Уже клянчишь привилегии.
Дикон взял ее руку.
— Послушай, Коуди, мне не хочется видеть твою дочь наказанной за то, в чем виноват я. Я ничего не понимаю в воспитании детей, но когда я увидел ее вчера, мне просто захотелось ее ободрить. Прошу тебя, будь с ней помягче.
— Очень ты добренький мальчик. Дикон ухмыльнулся и сжал ее руку.
— Благодарю.
Коуди отдернула руку. Она говорила о дочери и ей следовало сохранять благоразумие.
— Я подумаю, — проговорила она. — Но не обещаю. Что-нибудь еще?
Дикон поставил пустой стакан на стол.
— Да, я хочу кое-что узнать об отказах…
— Я вижу, у тебя есть персональная осведомительница — Я умею получать от людей информацию. У нее остались бамбуковые занозы, которые я загнал ей под ногти.
— Кетти не умеет хранить секреты… Я в курсе.
— Так все-таки, в чем же дело? У тебя три отказа за несколько дней?
— Такое случается…
— Ты хочешь сказать, что мое пребывание здесь не имеет к этому никакого отношения? Послушай, Коуди, у меня, что, слово «идиот» написано на
Она отмахнулась.
— Все утрясется.
— До или после того, как они покончат с твоим бизнесом?
Коуди не хотела сознаваться, насколько близко он был к истине.
— Переживу, — проговорила она. — Не первый раз я сталкиваюсь с проблемами в бизнесе. Так уж получается, когда живешь самостоятельно.
— Давай, я тебе помогу, Коуди.
— Нет.
— Черт побери! Почему ты упрямишься? — он стукнул кулаком по столу. — Я люблю тебя, хочу помочь. У меня есть возможности. И, кроме того, в этом моя вина.
Коуди встала и прошла к мойке.
— Я хочу решить свои проблемы сама. Он тоже встал, подошел к ней и обхватил вокруг талии руками.
— И когда это ты стала такой самостоятельной? — спросил он, прижимаясь носом к ее затылку.
Коуди вздрогнула, почувствовав его возбуждение.
— Просто я хочу быть уверенной, что могу обеспечить себя и мою дочь, — с трудом проговорила она.
Он повернул ее и начал пристально смотреть ей в глаза. Ему хотелось заняться с ней любовью, потеряться в ней, забыть про все свои трудности. Только Коуди обладает силой сделать это.
— Не забывай, ты позволила мне жить в твоем доме, когда никто другой не пожелал этого сделать. Я тебе обязан. Если дела у тебя пойдут слишком плохо, я хочу об этом знать. Договорились?
Коуди кивнула, и он поцеловал ее. Когда она подняла голову, он улыбался.
— Ты не собираешься подняться ко мне? Попозже…
Надо было быть полной идиоткой, чтобы не понять, что он имел в виду.
— Не знаю. Это зависит от того, как скоро заснет Кетти.
Он может называть ее лицемеркой, ее это не заботит. Она не хочет, чтобы Кетти знала об их отношениях.
— Я всегда могу погонять ее вокруг дома на машине. Она настолько умается, что рано завалится спать, — улыбнулся Дикон.
Коуди рассмеялась и игриво шлепнула его.
— Ты просто несносен!
Он притянул ее к своему телу.
— Да, действительно. Но я думаю, что тебе именно это во мне нравится.
На следующее утро Алма Блек провела Дикона в свой офис и указала на свободный стул.
— Это сюрприз, мистер Броуди, — сухо проговорила она. — Я не ожидала вас до начала следующей недели. Ну, как идет очистка на шоссе номер четыре?
Взгляд его казался угрюмым.
— Вы были правы, мисс Блек. Я усвоил урок и готов сотрудничать с вами, Дикон сделал паузу. — Очень сожалею, что доставил вам массу хлопот.
Когда она и глазом не моргнула, он продолжал:
— Во всяком случае, у меня есть идея, как я могу лучше послужить вашему городу и заставить людей поработать на увеличение вашего бюджета, о чем вы просили.