Плут и чародейка
Шрифт:
— Это немыслимо!
Элифас потер переносицу. Каждый из конклава перекрикивал другого, надрывая глотку. В него летели обвинения, требования выбрать нового главу. Чародеи, словно малые дети, сцепились в словесной перепалке. Он прикрыл глаза, взывая к собственному благоразумию. Давно пора было привыкнуть, что чародеи это отдельная каста, которая требует особо подхода. Но он каждый раз забывал. Да и редкие собрания конклава отнюдь не располагали к тому, чтобы спокойно говорить. Соперники, объединенные главой — американские горки.
Старики
Глава 29
Город, тем временем, жил собственной жизнью. Солнце, захотевшее уйти немного за горизонт, лучом притронулось к домам. На круглой площади, от которой в разные стороны расходились домики, творилось невообразимое столпотворение.
Шут давал представление. То он показывал пантомиму, то горланил скабрезные песенки, то принимался подражать чужому голосу.
— Позер, — фыркнула Алиса.
Борис продолжал развлекать толпу. Ему аплодировали и снова вызывали на бис. Арлекин явно не возражал против веселья и лихо отплясывал.
Девушка перевела взгляд чуть выше шута. Часть дома куда-то исчезла. Она моргнула. Дом был на месте и целехонек. Но Алисе это все равно не понравилось.
Закончив безумную пляску, шут раскланялся. Его осыпали динариями. На минуту площадь пропала, а на ее месте отобразились в зеленом свете столбы цифр. Девушка помотала головой. Площадь вернулась. Борис покидал окружившую его толпу под гром аплодисментов. Алиса чуть отошла, чтобы сообщить ему важные новости.
— Что случилось? — поинтересовался мужчина, завидев ее. — Опять Колон учудил?
— Вовсе нет, — проговорила она. — Элифас собрал чародеев.
— И тебя это волнует? — удивился Борис.
— Да, волнует, — подтвердила Алиса. — Ты говорил с ним! Что происходит и что он задумал?
— Элифас нам не враг, — сказал Борис. — Он, наоборот, пострадавший от твоего распрекрасного Алексея!
— Он не мой, — насупилась девушка.
— Неважно, — отмахнулся мужчина. — Элифас пробовал законным путем вернуть себе права на Арлекин и у него ничего не получилось. Тогда он решил действовать грязными методами.
— То есть? — переспросила Алиса.
— Он впустил сюда Джованни, с которым намечается борьба, — сообщил Борис.
Округлив глаза, она взяла мужчину за руку. И долго-долго допрашивала. Конечно, Борис неохотно делился информацией. Он и сам, по сути, знал немного. Но сказанного оказалось достаточно, чтобы девушка сообразила.
— Элифас впустил себя зло, с которым нас послал сразиться Алексей, — резюмировала Алиса. — Почему они так вцепились в эту игру?
— Наверное, в честь былой дружбы, — произнес Борис. — А где лис?
— Решил напиться, —
— Не мешай Колону заливать горе, — философски заметил мужчина. — Если бы у тебя убили маму, ты бы также горевала.
Алиса пожала плечами. Ей представлять не хотелось, что ее родители когда-нибудь скончаются. Борис потянул ее в сторону дома, где они остановились.
Колон лежал в кресле. Его окружали пустые бутылки. Одну из бутылок он держал в руке, ополовиненную. Шерсть на животном свалялась. Раненное ухо чуть трепыхалось, будто бабочка. Лис похрапывал, перемежая храп стонами. Его лапы подергивались. Ему явно снилось что-то плохое.
Борис собрал пустые бутылки и поставил на круглый стол на кухоньке. Оставил дверь открытой, чтобы запах выветрился. Казалось, что прошла бесконечность с тех пор, как Алиса решилась ему открыться как пришла новость о матери лиса. Они жили в Зандоре примерно неделю. Элифас, собравший Конклав чародеев, пока не возвращался.
Алиса покопалась в шкафу, надеясь обнаружить что-либо съестное. Вскоре ей улыбнулась удача, и она нашла небольшой мешок с пшеном. Занимаясь готовкой, она бросала взгляды на мужчину.
После недавнего признания между ними, будто кошка пробежала, и потянуло холодом. Борис больше не приставал, но и не делал что-нибудь. Он просто жил дальше, словно не этого он добивался в течение их долгих приключений. Девушку подобное поведение обижало. Однако она и сама не спешила обсуждать отношения между ними.
— Ты на мне скоро дырку оставишь, — проговорил Борис, встретившись с ней взглядом. — Что такое?
— Добился, чего хотел?! — вскинулась Алиса. — Теперь можно и другую девушку околдовывать?
— Нет-нет, — поспешил ее утихомирить мужчина. — Мне нужна только ты. Давай чуть тише, не хочу разбудить Колона.
— А стоило бы! — возмутилась девушка. — Из нас троих он сражается лучше всех.
— Алиса, — он притронулся к ее плечу, — расскажи, что тебя беспокоит. И мы справимся вместе.
— Ой, не заводи опять шарманку! Знаю я таких, как ты! — произнесла она.
— И какой я? — уточнил Борис.
— Самовлюбленный дурак! Я тебе чуть ли не в любви призналась, а тебе плевать, — проговорила Алиса, размешивая кашу с остервенением.
— Я полюбил тебя с первого взгляда, — признался мужчина.
Девушка бросила мучить кашу. Ложка потонула в густом вареве. Она два раза открывала рот, чтобы сказать хоть что-то. Но также и закрывала, как выброшенная на берег рыба. Борис следил за ее мучениями, как коршун. О, он вовсе не спешил, позволяя ей собраться с мыслями и что-нибудь выдать.
— Что?! — переспросила она.
— Я полюбил тебя с первого взгляда, — повторил он. — Когда ты вошла в мою квартиру, меня обухом ударило. Я делал многое, чтобы ты поняла, что я к тебе испытываю. Но ты невероятно близорука!