Плейбой
Шрифт:
– Ой, что-то я не то болтаю, – спохватился Антон, – выпил, наверное, много.
– Вот и не болтай, выпил он много – две рюмки. – Владимир Сергеевич обнял его за плечи и прижал к себе. – Дорогой ты мой мальчик, тебя бог наградил красотой и умом, так не превращай всю свою жизнь в игру. Ты же у меня умница. – Он поцеловал Антона в щеку.
– Я шучу, Владимир Сергеевич. А вообще хочу сказать, что у человека есть две любимые игрушки: собственная судьба и чужие чувства.
– Я, конечно,
– Владимир Сергеевич, о чем ты хотел со мной поговорить? – Антон перевел разговор на другую тему, впервые обращаясь к нему на «ты».
– Вот ты сейчас будешь программистом, и диплом будет соответствующий. Как ты думаешь, что если открыть мне программный компьютерный центр? Я программы составляю, ты уже разбираешься в этих делах отлично. Учиться тебе остается практически год. Клиенты есть. А если вплотную заняться, будет их множество. Подберем толковых ребят, может, у тебя найдутся свои люди, и откроем, а?
Антон задумался, потом взглянул на Владимира Сергеевича своими большими голубыми глазами, улыбнулся.
– Я поеду на несколько дней в Москву, у меня там товарищи работают в этом направлении, посоветуюсь, обменяемся опытом, узнаю, что почем, и откроемся, – загорелся Владимир Сергеевич.
– Здорово! – воскликнул изумленный Антон и, взяв Владимира Сергеевича за руку, сжал ее. – Я лично – «за»! Я буду помогать и работать. Людей я тоже помогу подобрать. У меня есть толковые ребята. А в Москву можно вместе.
– Хочешь друга своего поискать? – догадался Владимир Сергеевич. – Я заметил, что в последнее время ты часто стал его вспоминать.
– Хочу, – твердо ответил Антон. – И еще одно, если возможно, конечно.
– Говори, что?
– Хотел домой заехать, увидеть мать. Жива ли еще? – Антон произнес эти слова, и голос его заметно задрожал.
Владимира Сергеевича даже кинуло в дрожь от этих слов.
– Столько лет ее не видел?
– Скоро будет семь лет.
– Милый мой мальчик, это в первую очередь, – тут же согласился Владимир Сергеевич. – Поедем, и друга ты найдешь, и к матери заедем, и все вопросы решим.
Антон встал и, подойдя сзади, обнял Владимира Сергеевича.
– Люблю я тебя за все то, что ты для меня делаешь, – прошептал он ему на ухо. – Как мне в этой жизни повезло, Владимир Сергеевич.
– Все будет хорошо, – похлопал он его по руке. – Давай пить кофе и отдыхать. Завтра у тебя зачет, а у меня работа – трудный день. Ты почему перестал ко мне на работу приходить?
– Девчонок твоих смущать?
– Ко мне, – пояснил Владимир Сергеевич. – К ним другие пусть ходят.
– Сдам зачет, обязательно приду, – пообещал Антон.
Мебель
Антон имел привычку всегда спать голым, утверждая, что тело так лучше отдыхает и дышит. Это началось, когда он учился еще в десятом классе.
Как-то он вышел из душа, который он принимал каждый вечер, без трусов и даже не обернулся полотенцем, прошел в комнату и встал перед зеркалом. Владимир Сергеевич удивился, увидев его обнаженным.
– Что, вещи свои потерял? Это тебе не сауна, – сказал он.
– Нет, просто так проще. Посторонних здесь нет, поэтому могу расслабиться по-своему.
– Помнишь, когда ты впервые приехал сюда, – сказал Владимир Сергеевич, припоминая былые дни, – ты был в рваных штанах, а под ними голое тело…
– Конечно, но были другие обстоятельства, – пояснил Антон.
Вскоре Владимир Сергеевич привык к тому, что Антон спит голый и перестал обращать на это внимание.
Антон – парень простой и без комплексов. Он не стеснялся, хотя и был о-го-го каким развитым во всех отношениях молодым человеком. Он спал голым, часто раскрываясь по ночам, и Владимир Сергеевич, не желая того, каждый раз видел его во всей красе.
Антон разделся как всегда догола, сходил в душ и улегся на свое кресло-кровать, пожелав спокойной ночи.
– Завтра старайся, – напомнил Владимир Сергеевич. – Все же зачет.
Зачет был сдан, а впереди была сессия – шесть экзаменов. С экзаменами у Антона было проще – он сдавал их всегда с первого раза.
Владимир Сергеевич был доволен его успехами и теперь настраивал его на поездку в Москву.
– Теперь ты на пятом курсе, – сказал он. – Завтра уезжаем в нашу первую совместную командировку.
– Жить захочешь – перешагнешь через невозможное, – ответил Антон.
– Невозможное – это что? – не понял Владимир Сергеевич. – Учеба?
– Все, и учеба тоже.
– Ты же знаешь, я в тебе никогда не сомневался.
– Конечно… А помнишь, когда первый раз я появился в этой квартире?
– А ты как бы поступил, если бы пришел к тебе какой-то бездомный пацан, весь оборванный, грязный… Доверие какое-то должно было быть? Конечно, нет.
– Ну, и…
– Результат передо мной, – улыбнулся Владимир Сергеевич и хлопнул Антона по плечу. – Смотри, какой красавчик вымахал. Мать увидит – гордиться будет.