Пленники Долины

Кузнецов Виктор Витальевич

– К нам прибыл королевский гонец, – объявил Джон.

– Мне приказано передать вам вот это, – посланник склонил голову и протянул Рогану запечатанный сургучом свиток. Белые длинные волосы гонца упали на грудь, скрыв продолговатое, с правильными чертами лицо.

Приняв документ, Роган внимательно осмотрел оттиск на сургуче. Не обнаружив повреждений, сломал печать и пробежался по строчкам глазами. Под текстом красовалась убористая подпись главнокомандующего – генерала Тротта. Документ не вызывал сомнений в подлинности.

– Что там? – насторожился Джон.

– Скоро

здесь будут кочевники, – сокрушенно произнес Роган. – Нам приказано повысить бдительность и, как только заметим что-нибудь подозрительное, отправить посыльного с донесением. В случае нападения удерживать переправу, пока не прибудет подкрепление.

Воин, стоявший к Рогану ближе всех, присвистнул от удивления.

– Не свисти, Линг, – раздраженно произнес Джон.

Краун Де Линг был одним из многочисленных наследников барона Де Линга. Двадцати пяти лет, стройный, как пика, сероглазый отпрыск беспринципного вельможи первым из всех его сыновей прекратил лицемерную игру в любимого сына и отправился искать удачи на стороне. Такой стороной стала для молодого человека развязанная еще отцом короля Конрада война.

Любил Краун веселые пирушки, красивые наряды и единственный щеголял на поле боя с непокрытой головой – говорил, что нагадал ему провидец долгую жизнь.

– А если подкрепление вообще не прибудет, тогда что? – удивленно спросил молодой барон.

– Вы что тут обсуждаете? – раздался голос Джулиана. Следом из темноты вынырнули двое его помощников, несущих вместительный котел, доверху заполненный кусками жареной дичи.

Роган пригласил королевского гонца разделить с ними вечернюю трапезу. Всадник вежливо поклонился и, сославшись на нехватку времени, ответил отказом.

– Лучше напоите коня, – попросил он взамен.

– Только одного? – удивился Роган.

– Как вам будет угодно. Второго я оставляю здесь.

Роган приказал Мартину принести воды. Юноша кивнул и без промедлений помчался на речку. Увидев воду, жеребец беловолосого всадника жадно припал к ведру. В свете костра было хорошо видно, как вода волнами течет по его горлу. Второй конь попытался пристроиться рядом, но был грубо оттеснен первым, еще не успевшим напиться. Когда ведро опустело, скакун вскинул морду, тупо поглядел на людей, снова ткнулся в мокрую жестянку, недовольно фыркнул и стал пятиться назад.

– Стоять, – дернул гонец узду.

Конь послушно застыл на месте, кося глазом на пылавший поблизости костер.

Рогану показалось, что лицо гостя неожиданно стало еще бледнее, чем было ранее. Словно не человек стоял перед ним, а вылезший из могилы мертвец. Глаза же всадника, вопреки мертвенной бледности, засветились багровыми углями. Но в следующий миг незнакомец повернул голову, и «угли» погасли. Гонец поблагодарил людей, вскочил на коня и поскакал в сторону леса.

– Неприятный тип, – нарушил тишину Джон. – Ты тоже это заметил? – спросил он Рогана.

– Что?

– Кожа, волосы. Все белое, как первый снег. Словно и не кровь течет в его жилах, а холодная вода. – А глаза… ты видел, какие у него глаза?

– Не суди человека

по лицу, – неожиданно для себя вступился за посланника Роган. – Кажется, он из северян. Я слышал, что там немало таких.

– Да ну?! – усомнился Джон. – Беловолосые, белокожие – в это я еще поверю, но чтобы глаза светились – это ты Мартину на ночь расскажи. Он у нас шибко до всяких небылиц охоч.

– Может, показалось? – засомневался Роган.

– С каких это пор нам одинаковое мерещится? – удивился Джон. – Ты его верительные грамоты смотрел?

– Не первый день служу, – возмутился Роган. – Приказ подписан генералом Троттом. А сургучные печати с оттиском его перстня позволяют предъявителю не раскрывать свое имя.

– Да знаю я, знаю, – замахал руками Джон. – Все равно, странный он какой-то!

– Обсудим это позже, – прервал рассуждения помощника Роган. – Прикажи трубить сбор.

– А ужин? Я для кого весь вечер старался? – уныло затянул Джулиан, разочарованно поглядывая на остывающие куски жареной птицы.

– Роган прав, – поддержал друга Джон. – Не время рассиживаться. Того и гляди, кочевники пожалуют!

– Да понимаю я, понимаю… – уступил Джулиан. – Несите котел назад, – приказал он помощникам.

– Ладно, давай сюда свое кушанье, – неожиданно изменил решение Роган. – В конце концов, что за бой на голодный желудок! Ребята, налетай.

– Ну наконец-то! – раздались облегченные вздохи.

Люди поспешно расхватали теплые куски птичьего мяса. Насытившись, Роган стер жир с губ и приказал горнисту трубить сбор. Джон построил возле командирского шалаша людей и произвел перекличку.

– Все на месте, – доложил он.

– Хорошо, – Роган взял в руки факел и вышел к строю.

– Сегодня случилось то, ради чего нас послали на переправу, – громко и отчетливо проговорил он. – Мне неизвестно, сколько кочевников идет сюда: сто, двести или несколько тысяч. Наша цель проста. Если начнется вторжение – незамедлительно отправить гонца с сообщением и продержаться до подхода подкрепления. Генерал выражает соболезнование, что не может послать помощь немедленно.

К счастью, река слишком быстра, а мост узок. Я уверен, что мы сможем удерживать врага так долго, как это потребуется. Все знают, что нужно в случае нападения делать? – повысил Роган голос.

По рядам прокатился одобрительный гул, раздалось несколько утвердительных выкриков.

– Тогда по местам! Да пребудет с нами Флэа! – Роган сделал глубокий выдох и замолчал. Он прекрасно понимал, что гарнизону не удастся остановить крупный отряд кочевников. Знали это и остальные. Поэтому никто не задавал ненужных вопросов. Люди заняли боевые позиции. Роган не без гордости отметил, что учения не пропали даром. Он был уверен в своих воинах.

Томительным ожиданием стала для людей Рогана уходящая в рассвет ночь. Уже вырисовывался на востоке ряд нежно-розовых облаков, уже затянул спросонья песню жаворонок, а противоположный берег по-прежнему оставался пустынен и чужд. Однообразный гул воды слился в единую ноту и тяжелым молотом стучал по натянутым как канат нервам.