Пленники Долины

Кузнецов Виктор Витальевич

– О чем, думаешь, ревут? – весело, словно смертельная битва для него не более чем игра, прокричал Джон.

– Нас клянут, узкий мост и командиров-болванов! – предположил Роган.

– Думаю, ты не далек от истины, – выпалил на выдохе Джон, пронзая очередного врага.

– Передохнуть не желаешь? – спросил Роган.

– Немного не помешало бы, – согласился Джон, уступая командиру. – У тебя сколько?

– Не считал.

– А у меня шестеро.

Отрубив наседавшему кочевнику голову, Роган ногой оттолкнул труп. Обезглавленное тело ударилось о щиты сородичей и, фонтанируя кровью, упало на каменные плиты.

Зверолюди

упрямо рвались вперед. Возможно, их воинам не хватало сообразительности, но никто не мог обвинить дикарей в трусости. Как бы ни были сильны Роган и Джон, противостояла им еще большая сила, и кочевники неумолимо теснили людей к сходу.

– Роган, Джон, уходите, – раздался крик Де Линга. – Все готово.

– Слава Флэа, – облегченно выдохнул Роган.

Богатыри бросились наземь. В тот же миг хлопнули жилы катапульт, посылая вперед два камня, с голову лоборога каждый. Первые ряды наступающих были сметены, как соломенные чучела пронесшейся по полю стаей глотырей.

– Вот так-то лучше! – благодушно пробурчал Роган.

– Роган, держи щит, – крикнул командиру Ринго.

– Всем закрыться щитами, – отдал Роган приказ. Как оказалось, весьма своевременно.

Мгновение спустя, на гарнизон обрушился ливень стрел. За первым залпом последовал второй, третий. С угрожающей вибрацией стрелы вгрызались в щиты, не причиняя людям вреда.

– Вот разошлись! – зло процедил Ринго. – Видно, здорово мы им надавали!

Роган отыскал глазами могучую фигуру Джона. Рядом прятался Мартин. Убедившись, что юноша успел передать щит Джону, Роган немного успокоился. Люди терпеливо ждали, когда иссякнет смертоносный ливень. Вскоре дождь стрел ослаб – вражеские лучники торопились сменить опустевшие колчаны.

– Отходим! – крикнул Роган, и вдвоем с Ринго они побежали к глинобитной стене. Джон и Мартин устремились за ними.

Кочевники не могли знать, что в нескольких шагах от схода на берег замаскирован глубокий ров, дно которого утыкано острыми кольями. Расценив отступление людей как бегство, ликуя, они ринулись следом – туда, где их ждал тонкий настил из веток и травы, под которым скрывались десятки остро отточенных кольев.

Первые ряды врагов даже не успели испугаться, когда земля разверзлась под их ногами. Раскрыв обман, кочевники попытались обойти яму, двигаясь вдоль берега. Многие из них пали, пронзенные стрелами, так и не вступив в бой, но большинству все же удалось ловушку миновать.

Несмотря на потери, на каждого из воинов Рогана приходилось по три врага. Роган не знал, смогут ли его люди выстоять в этой битве, но он прекрасно понимал, что в подобной ситуации очень много зависит от командира.

Роган отбросил щит и, издав рык, способный испугать даже лоборога, ринулся на врага. Победный клич пролетел над землей – воодушевленные примером командира, в атаку пошли защитники заставы.

Рогана атаковали одновременно четыре кочевника. Выпучив от изумления глаза, все четверо пытались достать могучего противника, толкаясь и мешая друг другу. Роган ловко уклонился от трех ударов, парировал четвертый, и не успели зверолюди опомниться, как обоюдоострый топор рассек до грудины одного, отрубил голову второму и, пробив щит, вонзился в грудь третьего. Поверженные враги упали на землю, оставшийся в живых, издав пронзительный крик, рванулся прочь, но меч Ринго тут же прервал его бег. Благодарно кивнув, Роган отскочил влево, пропуская несущегося на него, словно взбешенный

лоборог, копьеносца, и, как только выпад противника провалился в пустоту, разрубил его надвое. Боковым зрением Роган увидел, что два широкоплечих воина теснят Мартина. Юноша храбро отбивался коротким мечом; расколотый щит валялся рядом. Неожиданно Мартин запнулся о корень и упал.

– Помогите! – закричал он испуганно.

Времени на раздумья не было. Роган вытащил торчавшее из земли копье и метнул его в ближайшего к Мартину кочевника. Четырехгранный наконечник вошел зверолюду чуть ниже лопаток. Захлебываясь кровью, дикарь рухнул на юношу, придавив его. Второго кочевника настиг меч Джона. Волосатая рука, сжимавшая булаву, упала на землю. Из страшной раны била кровь, разливаясь бурой лужей. Джон тут же отрубил искалеченному врагу голову, сбросил с Мартина бездыханное тело и, широко улыбаясь, протянул руку:

– Долго еще собираешься лежать?

Пытаясь унять дрожь, побелевшими губами Мартин прошептал слова благодарности и поднялся на ноги.

Битва подходила к концу; земля, одежда, лица – все было залито, забрызгано кровью. Рев, вопли, проклятия сплелись в один сплошной гул, перекрыв шум реки. Не выдержав яростного напора, кочевники дрогнули и стали отступать. Вернувшись на свой берег, они тут же скрылись в лесу.

Как только противник пропал из виду, Роган приказал прекратить преследование и укрыться за ограждением. Он пересчитал уцелевших и с тревогой посмотрел на залитое кровью лицо Крауна Де Линга – глубокий порез спускался через правую бровь на щеку. Пытаясь остановить кровотечение, молодой барон прижимал к ране хлебный мякиш.

– Что с катапультами? – спросил Роган.

– Первая разбита полностью, вторую еще можно починить, – тяжело проговорил Де Линг.

– Глаз цел?

– Если бы! – сокрушенно произнес молодой барон.

– Ринго, перевяжи его, – приказал командир.

Ринго вытащил из сумки разорванные на полоски тряпицы и подошел к раненому.

– Пустое, – прохрипел Де Линг и тут же поперхнулся хлынувшей горлом кровью. Он рванул края куртки. Взорам людей открылся торчащий из груди обломок стрелы, воина скрутила судорога, голова запрокинулась.

– Эх, говорили же тебе: не снимай кольчугу, – прикрыл Джон умершему веки.

Все замолчали, понимая, что только так сейчас могут почтить память товарища.

– Зараза, больно-то как, – внезапно застонал Мартин, как ребенка баюкая перебитую палицей руку.

– Терпи, малыш, терпи, – подбодрил его Джон, – еще на сеновале будешь рассказывать девицам, как держал на переправе ораву кочевников.

– Голова цела – и ладно! – улыбнулся Мартин, – вот только лучник из меня теперь никакой!

– Мы тут уже все никакие, – примирительно сказал Крис.

Джон внимательно посмотрел Рогану в глаза и, словно прочтя в них что-то очень для себя важное, решительно выдохнул:

– Уходить нужно! Уводи людей, командир. Еще одна атака, и от нашего отряда останется одно воспоминание. Не дождаться нам подкрепления, видимо, что-то с Антом случилось! Посылать еще одного гонца – только искушать судьбу: и приказ не выполним, и сами поляжем.

Роган прекрасно понимал, что Джон прав, и, если отряд не сорвется немедленно, лучшее, что ожидает людей, – геройская смерть. Долг каждого воина – защищать родную землю до последнего вздоха, до последней капли крови, но какой от защитника толк, если он мертв?