Пленница

Прикли Нэт

Горы снова сошлись, раздвинулись, глазам путешественников предстали широкие, любовно возделанные поля. Топтать чужие посевы Найлу не хотелось — отдых он объявил только когда увидел достаточно широкую, нетронутую сохой и лопатой поляну.

Сытые после ночного праздника смертоносцы в еде не нуждались, жуки намедни тоже смачно хрустели чем-то в лесах Приозерья. Поэтому отдых ограничился тем, что люди подкрепились вчерашней печеной рыбой, да Райя на всякий случай проверила котомки. Гужевых мужиков или слуг в распоряжении правителя не имелось, поэтому драгоценную соль пришлось поровну распределить

по котомкам воинов. Хозяйка солеварни всерьез опасалась, что безалаберные подростки попытаются втихаря избавиться от тяжелого груза.

Расступившиеся вершины сделали ущелье похожим на узкую горную долину. Возделанные поля, на которых согнувшиеся земледельцы тяпками ковыряли сухую почву, сменялись скальными нагромождениями, среди которых под присмотром пауков паслись овцы. Человеческие дома, к изумлению правителя, ютились на высоких, неприступных скалах, взобраться на которые казалось совершенно невозможным. Поначалу Найл думал, что подобные жилища предназначались для восьмилапых пастухов, однако кое-где на поднебесных дворах полоскалось по ветру стираное белье — а пауки, как известно, штанов и рубах не носят.

Наконец, горные склоны разошлись далеко по сторонам, земля выровнялась, дорогу окружили ароматные сады и сиротливое жнивье. Крестьянские дворы и отдельные дома исчезли с поля зрения — словно сады росли, а хлеба убирались сами по себе, без участия человеческих рук.

Но вот череда яблочных, грушевых, персиковых садов оборвалась, в стороны от дороги устремились низкие виноградники и далеко впереди, на высоком холме, открылся город.

Высокие бревенчатые стены сверху были прикопаны землей, отчего создавалось впечатление, что склоны холма естественным образом круто вздымаются и прорастают частоколом, а дорога уводит в темное подземелье. В отличие от Приозерья, ворота здесь имелись только одни. Зато для секретных нужд горожане прорубили пару тайных калиток с обратной стороны — к ним вели хорошо утоптанные тропинки. На двух угловых вышках торчало по копью и островерхому шлему — только слепой может перепутать одетый на палку шлем с живым воином.

Когда до города оставалось совсем немного, из ворот вихрем вырвались десять всадников и помчались навстречу братьям. Лошадей им заменяли крупные, рыжие, ромбовидные насекомые с ровными спинами. В свое время Белая Башня классифицировала их как рыжих домашних тараканов, они же — русские тараканы.

Человечество боролось с ними всеми доступными способами с незапамятных времен, а они, вон, только разжирели до размеров коровы. Правда, теперь их уже не истребляли, а разводили, воспитывали, объезжали.

На ровных спинах насекомых стояли на коленях люди и сжимали в руках длинные копья. Головы людей и тараканов были закрыты ярко начищенными металлическими шлемами, сияющими в утренних лучах, словно маленькие солнышки. Зрелище завораживало: ровные плотные ряды, пыль из-под лап, поднятые вверх широкие наконечники копий, усеянные мелкими зубчиками, а под ними развеваются синие, оранжевые, фиолетовые, зеленые, желтые флажки — то ли личные вымпелы всадников, то ли просто куски тряпок, привязанные для красоты.

Жуки-бомбардиры быстро выдвинулись вперед и сомкнули ряды.

Увидев перед собой плотную стену из прочной

глянцевой брони, всадники осадили тараканов, рассыпав строй.

Один из них неторопливо подъехал вперед и громко провозгласил:

— Князь Граничный, Санский и Тошский, человек, повелитель Серебряного Озера, Северного Хайбада, Чистых Земель и Южных Песков приветствует Посланника Богини, Смертоносца-Повелителя, властителя Серебряного озера и Южных песков, человека, в своих землях!

Найла несколько удивило присутствие Серебряного озера и Южных песков сразу в двух титулах, но спорить он не стал.

— Я рад услышать приветствие князя Граничного, Санского и Тошского, человека, повелителя Серебряного Озера, Северного Хайбада, Чистых Земель и Южных Песков, — Великая Богиня, неужели весь этот набор придется повторять при каждом упоминании здешнего властителя?

— Князь оказал мне, Закию, рыцарю Синего флага, великую честь, приказав проводить вас в его замок!

— Я рад, что эта миссия поручена именно тебе.

Закий, услышав все, что требовалось, вскочил в седле во весь рост, секунд пять постоял, демонстрируя свое мастерство, затем спрыгнул на землю и направился к Найлу. Жуки расступились. Рыцарь Синего флага подошел на расстояние шага, приложил руку к сердцу, четко и коротко, одной головой, поклонился и тихонько спросил:

— Твои пауки голодны, Посланник Богини?

— Сыты.

— А… жуки?

— Тоже.

— Я счастлив показать вам дорогу, Посланник Богини! Пусть ваши воины следуют за моим эскадроном.

Закий отбежал к своему таракану, небрежно хлопнул его по кончику длинного уса. Шестилапый «конь» присел, позволив рыцарю забежать в седло. Рыцарь отъехал к своему отряду, дал какое-то распоряжение. Шестеро всадников пустили тараканов в карьер и скрылись впереди, остальные разбились по двое и неторопливо потрусили по дороге, примеривая свою скорость к скорости пеших братьев.

Незадолго до сумерек, когда Найл начал подумывать о ночлеге, всадники неожиданно повернули на свежескошенный луг, уставленный высокими стогами и проскакали к натянутому между шестов синему матерчатому навесу. Ни одного человека в округе видно не было, однако под навесом стояло три длинных стола, уставленных подносами с фруктами, овощами, дичью. От еще горячих запеченных целиком барашков, мокриц, кроликов, гусениц шел соблазнительный запах. Имелись здесь и пухлые кувшины, и блестящие стаканы.

— Да ты просто волшебник, рыцарь Синего флага, — искренне воскликнул Найл.

— Это мой долг, — скромно ответил, спешиваясь, Закий. Однако похвала явно пришлась ему по душе.

Посланника же порадовало то, что никаких тарелок, вилок и ложек на столах не имелось. «Ужин по-походному» — братья со своими вульгарными привычками перед сверкающими всадниками опозориться не должны.

Случайно, или преднамеренно, но всадники и братья разместились за столом вперемешку. После первых выпитых стаканов начали возникать разговоры. Привыкшие мысленно переговариваться с друзьями-пауками, братья, не смотря на разницу в языке, кое-как понимали и мысли северян. А разобраться в значении отдельных слов и понятий при некотором опыте будет нетрудно. В этом Найл успел убедиться на собственном опыте.