Пленница

Грэм Хизер

Она улыбнулась:

— Ты никогда не будешь здесь счастлив.

— Наш ребенок родится недель через восемь…

— Я люблю Чарлстон и всегда буду любить его. Да, это прекрасный город, и у нас здесь чудесный дом. Я буду приезжать сюда, нам даже придется приезжать, чтобы заниматься плантацией, которую когда-нибудь унаследует один из наших детей. Если же мы решим не заниматься ею, то постараемся выгодно продать ее. Но я хочу уехать домой.

— Ты дома.

Тила покачала головой:

— Нет,

уже не дома. Ты когда-нибудь занимался любовью в воде? Вечером, на закате? Когда солнце, как золотой шар, опускается за горизонт в багряной дымке? Ты когда-нибудь ощущал в этот момент дуновение ветерка, шелест листьев? Видел, как поднимаются с болот цапли и их белые крылья розовеют в лучах заката? Джеймс, дом там, где мы нашли друг друга, где живут наши мечты, где мы создадим свою жизнь.

— Но, Тила, ведь война не окончена!

— Главное, что она окончена между нами. Джеймс засмеялся и заключил жену в объятия.

— Признаться, я не совсем в этом уверен, поскольку ты непостижимо упряма…

— Конечно, любовь моя! Но разве можно не быть упрямой с дикарем? — Тила с вызовом посмотрела на него.

Джеймс знал, что им не избежать конфликтов, однако их ждет полная и радостная жизнь. Потому что их любовь преодолеет все преграды.

Эпилог

Юго-восток Флориды, 1842 год

Джон Харрингтон ехал вдоль берега. Конь уверенно шел по утоптанному песку.

Поиски наконец увенчались успехом. Сквозь сосны Джон увидел крепкий бревенчатый дом. В честь майора Фрэнсиса Дейда это место называлось теперь Соснами графства Дэйд. Великолепный дом был не таким роскошным, как Симаррон, но не менее удобным. К кухне примыкала огромная столовая, где семья обедала и принимала путников, оказавшихся в этих дальних краях. Здесь же играли дети.

— Джон!

Дженифер, стройная одиннадцатилетняя девочка, сидела на пне с книгой, присматривая за маленькими братьями — пятилетним Джеромом и трехлетним Брентом. Ее двухлетняя сестренка Сидни играла в песке.

— А вот и семейство Маккензи! — Джон спешился и обнял Дженифер. Он привез ей в подарок щетку для волос с ручкой из слоновой кости, мальчикам — барабаны, а Сидни — куклу.

— Джон! — повзрослевшая Дженифер вела себя как хозяйка дома. — Подарки замечательные; но мы с нетерпением ждем новостей…

— Новости хорошие. Война закончена. Так говорит генерал Уорт, командующий войсками.

Дженифер издала радостный возглас, но тут же озабоченно спросила:

— Мой… мой народ сдался?

Война была тяжелой и затяжной. Оцеола умер 31 января 1838 года, и имя его вошло в легенду. Несмотря на сопротивление

конгресса, возмущение политиков непомерными расходами и негодование большинства американцев, война все продолжалась. Закари Тейлор сменил усталого и разочарованного Джесэпа. Уокер Кит Армстед возглавил армию после ухода Тейлора, затем пришел Уильям Дженкинс Уорт.

Многим индейцам не оставалось ничего иного, как отправиться на запад. Даже неистовый Дикий Кот в конце концов уступил, перебрался туда же и убедил соплеменников последовать за ним. Но ушли не все. Все никогда не уйдут.

Конгресс выделил огромные территории для поселенцев, что привело к быстрому росту населения полуострова. Небольшие, но ожесточенные бои продолжались еще долго после великой битвы при Окичоби.

А сейчас…

Не произошло ни крупного сражения, не раздавались фанфары победы. Последние индейцы не сдались. Тем не менее было объявлено, что война завершилась.

Джон улыбнулся Дженифер:

— Нет, милая, твой народ не сдался. Племя твоей бабушки все еще на юге, а сама Мэри обещает приехать сюда к твоему следующему дню рождения. Просто война… подошла к концу. Твой папа, думаю, поймет. Не знаешь, где он и Тила?

— Пошли к лагуне. Отец уезжал повидаться с народом моей бабушки. Потом остановился у поселения в районе форта Даллас, чтобы пополнить запасы. Он приехал недавно, и Тила попросила меня присмотреть за детьми. — Это было сказано так серьезно, что Джон едва скрыл улыбку.

— К лагуне?

— Да. Вы пообедаете с нами? Я предупрежу повара.

— Конечно.

Джон направился к лагуне. Джеймс построил дом не на берегу залива, а возле впадавшей в него реки.

Дойдя до угла дома, он услышал смех Тилы и замер.

Нагая, она стояла на стволе дерева, низко нависавшем над аквамариновой водой залива. Длинные рыжие волосы почти закрывали ее. У Джона дрогнуло сердце, но он уже не испытывал прежней боли. Теперь, когда война закончилась, Джон собирался жениться на девушке, с которой недавно познакомился в Тампе. Он надеялся купить часть земли у Джеймса и привезти невесту сюда. Эти места ждет прекрасное будущее, хотя пока немногие осознают это.

Тила снова рассмеялась.

— Прыгай! — услышал Джон голос Джеймса. Нагой темноволосый Джеймс стоял на мелководье, протягивая руки к жене. Годы не изменили этих людей.

— А что, если ты не поймаешь меня?

— Разве такое бывало?

Она покачала головой и улыбнулась.

— Ну же, прыгай!

Через секунду Тила была уже в его объятиях, и Джеймс поцеловал ее.

Джон Харрингтон улыбнулся и поспешил к дому. За обедом они успеют наговориться.