Пленница
Шрифт:
Он снова сосредоточился на собравшихся, наблюдая, как крестиксы кружат вокруг Макс и Т'Кара, словно хищники. Единственный мужчина, который не смотрел на нее, словно она аппетитная закуска, был Т'Кар. «Возможно, ему не нравятся женщины, — подумал дотвек, — хотя Т'Кар также не смотрел ни на одного из мужчин с интересом.
Какую игру он затеял?» — подумал Куш.
Глава 18
Макс сделала маленький глоток сладкого напитка. Она не верила, что эти парни не попытаются ее напоить.
Она
Да что с ней такое? Почему просто не может признаться, что он заставляет ее чувствовать?
— Тебе не слишком жарко? — спросил Т'Кар, задержав взгляд на ее лице. — Может, уйдем от солнца?
— Все в порядке, — сказала она, делая еще один маленький глоток вина и стараясь не думать о Куше. — Я привыкаю к жаре на вашей планете.
— Именно поэтому мы так много времени проводим в помещении. — Т'Кар поставил свой бокал, с которого так и не отпил, и сцепил руки за спиной. — Надеюсь, тебе понравилось твое жилье?
Макс пожала плечами. Неужели они вправду будут притворяться, что она почетная гостья, когда заперли её в комнате без окон с евнухом, который должен за ней следить, и охранниками за дверью?
— Это самая красивая камера, в которой я когда-либо была.
Он вздрогнул от такой характеристики.
— Камера?
— Даже охотницы за головами не выставили охрану снаружи и сторожевого пса внутри, — сказала она. — Не кажется ли вам, что это слишком для одной маленькой женщины?
Т'Кар перевел взгляд на Куша, стоявшего у каменной колонны с опущенной головой и едва видными из-под капюшона глазами.
— Насколько понимаю, там, откуда вы приехали, у вас нет агаси?
— Парней, которым отрезали яйца? — спросила Макс. — Нет, это вышло из моды пару тысячелетий назад.
Она не чувствовала в Т'Каре той настойчивости, которая, казалось, исходила от его отца. И у нее не возникало ощущения, что он проявляет к ней хоть какой-то интерес, и это было хорошо. Хотя инопланетянин привлекателен, он делает это не ради нее. Не то что Куш. От осознания этого у нее пересохло во рту, и она сделала глоток вина.
Канцлер будет разочарован, но ее это не волнует. Даже если бы ее не тянуло к Кушу, у нее и Т'Кара нет ни малейшего шанса на брак. Хотя не чувствовала возбуждения от него, она уловила интерес.
— Расскажи мне о своем родном мире, — попросил он, уводя ее подальше от поста Куша.
— О Земле или о лаборатории, которую я называю домом с тех пор, как ее покинула? — спросила она и продолжила, когда он непонимающе посмотрел на нее. — Планета, с которой я родом, практически уничтожила себя из-за перенаселения и истощения ресурсов. Теперь она превратилась в пустошь. Мертвые океаны, бесплодная почва, одно стихийное бедствие за другим. Все, кто может уйти, уходят. На самом деле я родилась в научно-исследовательской колонии.
— Мой народ также ценит научные открытия и технический прогресс, — сказал он. — Именно это делает нас уникальными
— Наука — это обоюдоострый меч, — сказала она. — Земля достигла значительного технологического прогресса, пока мы ее не уничтожили.
Т'Кар кивнул, глядя на нее.
— Да, не все наши открытия оказались удачными. — Он понизил голос. — Иногда я боюсь, что из-за это мы стали слабыми. Я знаю, что они принесли смерть.
Макс подозревала, что он имел в виду вирус, который уменьшил их женскую популяцию и дотвеков. А также смерть ученых, создавших его. Ее удивило, что он признался пленнице-инопланетянке, хотя подумала, что говорить об этом открыто в городе крестиксов не принято. Вероятно, то, что она не одна из них, давало ему возможность говорить честно.
— Ты не такой, как я ожидала, — сказала она, глядя на высокого инопланетянина, его темные волосы были зачесаны назад, открывая заостренные уши. «Как странно, — подумала Макс, — его народ и дотвеки так похожи, но все же презирают друг друга».
Крестикс слегка наклонил голову, словно кланяясь.
— И ты тоже.
— Думаю, это хорошо для нас обоих.
Он не успел ответить, так как к нему подошла крестикская женщина. Ее темные волосы идеально уложенными локонами были собраны в пучок, а вырез платья опасно занижен.
— Ты держишь ее при себе, Т'Кар, — сказала женщина, игриво хлопнув его по руке. — Она не твоя собственность, ты же знаешь. По крайней мере, пока.
Т' Кар помрачнел. Очевидно, ему не больше, чем ей самой, нравилось, когда ее называли его собственностью.
— Я не... — начала Макс, но женщина оборвала ее.
— Я просто дразню Т'Кара, — сказала женщина, подмигивая ей длинными лавандовыми ресницами. — В любом случае, он знает, что не может держать вас при себе. К счастью для нас, это больше не работает.
— Вряд ли наша гостья интересуется тем, как все устроено, — произнес Т'Кар, и в его тоне прозвучало предупреждение, которое женщина явно не поняла.
Женщина обхватила Макс за руку.
— Ну, если бы я была здесь, то захотела бы знать, из скольких мужчин могу выбрать.
Макс сомневалась, что правильно расслышала.
— Ты сказала, из скольких мужчин могу выбрать? Выбрать для… — Она замолчала, хотя подозревала, что уже знает ответ.
— Выбрать для секса, конечно, — прошептала женщина ей на ухо.
Макс отпрянула, словно ее ущипнули.
— Что?
Т'Кар выглядел ошеломленным, когда женщина пронзительно расхохоталась.
— Только не говори, что не знала. — Она потянула Макс за собой. — Быть здесь женщиной — одно из самых прекрасных качеств. У нас есть вся власть.
— А что, если не хочешь больше одного?..
Кудрявое создание сморщило носик.
— Почему ты ограничиваешь себя только одним партнером? Нас тут слишком мало, — она сжала руку Макс. — Просто подумай. Мужчины, которые будут добиваться твоего внимания. И каждый захочет угодить тебе больше остальных, чтобы ты снова его выбрала. — Она бросила на Т'Кара еще один взгляд. — У сына канцлера может быть не одна женщина, и он может даже предъявить исключительные права, но он — особый случай.