Пленница
Шрифт:
Я придвигаюсь и утыкаюсь носом ему в грудь.
— Спасибо.
Виктор молчит, я слышу, как мерно бьется его сердце. Потом чувствую, как он гладит меня по спине.
Я просто ближе прижимаюсь к нему. В объятиях Виктора тепло и спокойно. Это отдаленно напоминает мне то как я чувствовала себя с парнем.
Я не замечаю того как засыпаю.
Когда я разлепляю глаза, уже светло. Виктора нигде нет. Я скидываю ноги с кровати и впервые наверное с того момента как приехала сюда, понимаю, что
Спускаюсь вниз и застаю психолога, методично уничтожающего запасы выпивки. Он разбивает бутылки битой.
— Что это? — других слов не находится.
— Акт неповиновения! — Логинов поднимает голову.
— Он купит новые.
Андрей пожимает плечами.
— Но это по крайней мере намек на здоровый образ жизни и, — следует новый удар, — шанс выпустить пар.
Он протягивает мне биту.
— Попробуешь?
Вздыхаю и беру в руки оружие.
— До чего договорились? — произносит Андрей.
— Он рассказал кое-что о своей жизни и исчез.
— Уехал по делам, — говорит Логинов, ставя новую партию бутылок на стол. — У нас с ним… неважно.
— А у тебя что за повод поработать с агрессией? Это самое "неважно"?
Логинов передергивает плечами.
— Моя девушка беременна, и я не могу быть рядом.
Застываю. Андрей тем временем невозмутимо ставит еще несколько бутылок в ряд.
— Виктор мой единственный шанс.
— Так ты это ради нее?
Логинов прикрывает веки.
— Я в него поверил. Во всех нас.
День проходит в обычных хлопотах, но я очень жду возвращения Виктора. Логинов дал понять, что рассказал хозяину, где искать компромат. Раньше психолог, судя по всему, не был уверен в сообщнике, боялся, что тот использует информацию для собственной выгоды.
Я даже не хочу знать, что там, потому что вижу: Логинов до сих пор боится.
Каждый новый час, каждая минута, пока Виктор не возвращается, кажется, убеждают психолога в том, что он ошибся. Наконец его настроение передается и мне.
Вечер. Темно и поздно. Мы с Андреем сидим друг напротив друга в гостиной. Я вижу, как Логинов крепко сцепил руки, так что его пальцы почти побелели.
Что если Виктор бросил нас тут и что-то неверное сделал со сведениями?
Андрей смотрит в пол, и я прямо по его лицу читаю: «Не надо было ему доверять».
— Что там было? — вырывается у меня.
И тут я слышу шаги.
Встаю и вижу на пороге Виктора.
Глава 39
Он приподнимает бровь, глядя на нас с психологом.
— Ты в деле, — бросает он Андрею.
Логинов встает, выдыхает с видимым облегчением и прикрывает веки.
— Почему так долго?
— Тебя это не касается.
Виктор
Я слушаюсь, и мы оказываемся друг напротив друга в коридоре. Хозяин протягивает мне маленькую бархатную коробочку и криво улыбается.
— Открой.
Я выполняю это. В коробочке маленькая подвеска в форме птицы, расправившей крылья.
— Что это?
Я ожидала увидеть кольцо.
Виктор улыбается.
— Я подумал…
Мы смотрим в глаза друг другу.
— Я тебе про Свету не договорил. Она замужем была. Макс вынудил их развестись, разрушил ее жизнь, я ничего тогда не сделал, решил, что вся эта хрень мне на руку. Мы за нее сражались притом, что она нас обоих ненавидела. В итоге я полюбил ее и она делала мне больно при первой же возможности. Лет десять после этого я ничего от женщин кроме секса не хотел.
С этими словами Виктор одевает мне на шею цепочку.
Я трогаю рукой кулон.
— Это все равно что жить с врагом. Макса разорить мне помогла Светлана. Она нас обоих по-своему уничтожила и сама, — он делает глубокий вдох, — выгорела. Ей сейчас еще хуже, чем мне. Ты права, Анжелик, я напрасно думал, что чувства легко купить. Значит, хочешь быть свободной. Мне не нужна еще одна такая же история.
Я смотрю ему в глаза и ощущаю как к щекам приливает кровь. Настоящие чувства стоят смелости: открыться, не побояться быть отвергнутым. И у него это получилось. Подвиг так подвиг — вот на что решился этот человек ради меня. Причем, во второй раз.
— Спасибо, — говорю я, сжимая кулон.
Я хочу сказать ему гораздо больше: что так, видимо, и рождается взаимное чувство, но нас прерывает Логинов.
Он встает в проходе.
— Я хочу извиниться за все.
— Макс, из-за него я вступил в клуб. — скалится Виктор. — Я хотел узнать, чем именно он так дорожит. А ты идиот.
— Согласен, — кивает Логинов. — Согласен и с тем, что я предатель. Иногда сильнее всех ошибаются те, кто думает, что знает как лучше.
— Но ты умеешь давать правильные советы, — фыркает Виктор. — Однако я всегда знал, что психологи сами на голову больны.
Логинов улыбается. Тепло. Обезоруживающе.
— Я рад, что мы наконец все выяснили.
— Ну а ты, Лик, — Виктор смотрит на меня, и я читаю теплоту в его взгляде. — Собирайся.
Я чувствую, как сердце сжимается в груди. Вернуться в свою жизнь? Разве это возможно? Он же сам говорил вчера, что не отпустит.
— Времени пока вся авантюра не раскроется у нас немного, — говорит Виктор. — Психолог тоже едет с нами.
Я бросаюсь за одеждой, просто потому что очень боюсь упустить свой шанс. Я уговорила хозяина выпустить меня из клетки. Нереально! Мне просто не верится в то, что я не сплю.