Пленница

Фальк Мия

Я уже ненавижу собственную красоту. Скорей бы она отцвела!

Мы втроем идем в сторону номеров. Это то место, куда уводят чужих девушек на ночь. Я еще никогда не бывала там.

Я не знаю, что меня ждет, когда я достанусь другому.

Наконец Виктор касается одной из ручек.

— Дальше ты нам не понадобишься, — говорит он Хозяину.

Хотела бы я сама сказать ему нечто подобное!

Мы проходим внутрь, окунаясь в полумрак. Виктор зажигает бра. Комната озаряется приятным приглушенным светом. Здесь нормальная

обстановка. Как в гостиничном номере: большая кровать, шкаф, кресла.

Нельзя портить чужой товар. Только пользоваться.

Я обхватываю себя за плечи. Я знаю, что не должна говорить, но прямо сейчас я очень хочу задать вопрос. Виктор испортил мою и так несладкую жизнь своей выходкой. Я имею на это право.

— Зачем?

Он оборачивается.

— Что «зачем», Олененок?

Меня тошнит от этой клички, но мне почему-то кажется милым, что он ее запомнил.

Виктор скидывает пиджак. Снимает с запястья часы, расстегивает злополучную рубашку. Его как будто не заботит то, что я сама с ним заговорила.

— Располагайся, — он кивком указывает на кровать, но я не спешу.

— Хозяин не простит… — я прерываюсь, потому что понимаю, что снова демонстрирую неподчинение.

Виктор приближается и спускает платье с моих плеч.

— Срать я хотел на Макса, — я чувствую его горячее дыхание на коже. — Он ублюдок, каких поискать. Давно мечтал его поиметь.

Ах да, я всего лишь разменная монета в играх двух скучающих мужчин.

Ткань трещит по швам, когда он спускает мое платье до пояса. Я привыкла не сопротивляться.

Еще рывок и я остаюсь совершенно голой. На ногах только черные туфли на высоком каблуке.

— Не носишь белье. Офигеть, — он проводит пальцем по моей ключице, от чего я дрожу.

Я боюсь его, потому что понятия не имею, какие у него вкусы в сексе. Может, гораздо хуже, чем у моего постоянного любовника.

— Чувственная, — отмечает Виктор, касаясь мочки моего уха языком. — Я не сомневался, Олененок. Давно на тебя глазел. Не замечала?

Они же все в масках. Как я могла заметить?

Все это так мерзко. На миг мне становится так жалко себя, что я не могу удержать слезы. Я еще смирилась с одним тираном. Но чтобы он торговал мной. Отдавал каким-то похотливым животным в качестве наказания.

Вдруг я чувствую прикосновение к щеке. Виктор останавливает слезу пальцем.

— Что такое?

Я не знаю как отвечать, чтобы не нарваться. Но сейчас мне так дурно. В конце концов, я ведь все еще человек.

Меня прорывает:

— Я не шлюха!

Виктор отступает и пристально разглядывает меня с головы до ног.

— В смысле? — он встает передо мной и жадно разглядывает.

— Он бьет тебя? — вдруг изменившимся тоном добавляет собеседник.

Я опускаю голову. Наверное, он заметил не до конца сошедшие синяки. Не совсем. Но в постели он бывает очень груб.

Сказать об

этом я не смею. Уверена, Хозяин за дверью, и он слушает нас.

— Отпусти меня, — звучит жалобно. — Пожалуйста…

Виктор приближается, сжимает меня в руках, и я слышу над ухом жаркое:

— Нет, Олененок. Я ждал возможности насадить Макса целых два месяца. Ты знаешь, что он зациклился на тебе?

Выдыхаю. Похоже на то. Наверное.

— Но и я когда в первый раз тебя увидел, тоже. Просто так я тебя не отпущу. Знаешь, чего стоило припереть его к стенке?

Животное…

Он просовывает мне руку между бедер, и я замираю, ожидая почувствовать то, что мне не понравится. До клуба я была девственницей. Поэтому особенно дорого стоила. Так что весь мой опыт в сексе вызывает по большей части ощущение мерзости.

Хозяин взял меня грубо и с тех пор не изменял себе.

Виктор не похож на него в этом. Он просовывает в меня пальцы. Но словно не для того, чтобы насладиться моей беспомощностью и беззащитностью.

— Мне не нравится, что ты сухая, — слышу я ответ и вздрагиваю.

Я не знаю, как изменить это. Я понимаю, что такое желание, но обычно я не хочу мужчину.

Свободной рукой Виктор касается моей груди. Проводит по ареоле, заставляя напрячься сосок. Это приятно.

Я чуть поворачиваю голову. Зачем эта странная игра? Я чувствую бедром его горячий член. Он уже мог бы разложить меня и сделать свое дело. Ведь ему хочется только секса?

— Я знаю, что ты с ним не кончаешь. Дебил как-то пожаловался на это. — продолжает Виктор. — И я пообещал себе, что подо мной ты будешь кричать от удовольствия. Хочу нагнуть эту суку так чтобы он надолго запомнил то, что нельзя никогда подставлять меня.

Я холодею. Так ему нужен не просто секс.

Это разборки двух конкурентов в реальной жизни.

Как же долго я там не была!

Виктор продолжает двигать во мне пальцами, и я чувствую, как между ног становится все горячей.

— Тебе нравится, Олененок? — продолжает мой любовник.

Мне нравится. Особенно мне нравится мысль о том, чтобы побесить этого мерзкого урода. Но если я об этом скажу вслух, Хозяин, точнее Макс, точно услышит.

Но Виктор не дает мне шанса на тихую месть.

— Вот так-то лучше, — заявляет он. — Хочешь меня?

— Нет.

— А я чувствую, как ты мокнешь, — выдыхает Виктор мне на ухо.

Просто его прикосновения чисто механически что-то задевают во мне. Они не грубые и приятные.

— Это лучше, чем то, что делает он?

Господи…

Лучше. Да. Гораздо комфортнее когда мужчина думает не только о своем удовлетворении. Я чувствую, что он этого — ласки, которой я давно не испытывала, у меня между ног становится жарко.

Но он сделал это практически обманом. Мне так давно не хватало хотя бы призрака нежности. Поэтому я сейчас хочу его.