Плененные
Шрифт:
Сердце словно пронзило копьем — она плачет. Слезы льются из сверкающих глаз и стекают по бледным щекам. До смерти захотелось стиснуть ее в объятиях, осушить лицо поцелуями.
— Не надо… Перестань. Я… — Он умолк, ударившись о невидимую стену, которая выросла между ними, с ужасом и отвращением ощупал преграду, прочную, точно сложенную из кирпичей. — Это не решение вопроса.
Сердце ее истекало кровью.
— Сгодится, пока не найду подходящее.
Возненавидела бы его за то, что заставил унизиться. Обливаясь слезами,
Нэш беспомощно уперся в стену. Как ни странно, она оградила его, не себя.
— Не могу видеть, как ты плачешь.
— Придется. Не беспокойся, слезы колдуньи точно такие же, как у любой другой женщины. Бесполезная слабость. — Собралась с силами, сморгнула, чтобы лучше видеть. — Тебе нужна свобода?
Если бы мог, пробился бы, процарапался к ней.
— Проклятье, разве не понимаешь, я сам не знаю, что мне нужно!
— Не я — в любом случае. Не то, что мы вместе делали. Я обещала не брать больше того, что ты пожелаешь отдать. Никогда свое слово не нарушаю.
Нахлынул незнакомый страх, волны паники. Кажется, будто желаемое уплывает из рук.
— Позволь к тебе прикоснуться.
— Позволила бы, если б ты видел во мне в первую очередь женщину. — Ладонь легла на стену с другой стороны. — По-твоему, раз я такая, как есть, то не нуждаюсь в любви, какой мужчина любит женщину?
Он изо всех сил навалился на стену:
— Убери эту чертовщину.
Больше нет ничего — слабая защита.
— Наши цели где-то по пути разошлись. Никто не виноват, что я в тебя так сильно влюбилась.
— Пожалуйста, Моргана…
Она покачала головой, глядя на него, запечатлевая образ в памяти, в сердце.
— Возможно, поэтому и тебя за собой утянула. Точно не могу сказать, потому что еще никогда не любила. Но клянусь, не нарочно, не желая тебе навредить.
Рассердившись на вновь хлынувшие слезы, попятилась, постояла минуту, стройная, гордая, сильная.
— Можешь верить моему слову. Какие бы чувства я в тебя ни вселила своим искусством, освобожу от них. Освобожу от себя, от всего, что мы сделали вместе.
Закрыла глаза, вскинула руки:
— Насланная любовь ложная. Не возьму, не хочу невозможного. Чары развеяны, ничего не потеряно. Пусть память и сердце меня забудет. Как захочу, так и будет.
Глаза открылись, сверкая новыми слезами.
— Ты лучше, чем думаешь, — тихо проговорила Моргана. — И хуже того, каким можешь быть.
Сердце бешено колотилось в груди.
— Пожалуйста, не уходи так…
Она улыбнулась:
— Полагаю, я имею право хотя бы на драматический уход.
Стоя в нескольких футах, он мог бы поклясться, что почувствовал прикосновение губ.
— Будь благословен, Нэш, — сказала она.
И ушла.
Глава 12
Он, несомненно, сходит с ума. День за днем мечется по дому и по участку. Ночь за
Она сказала, что освобождает его, почему же он не свободен?
Почему непрестанно думает и желает ее? Почему до сих пор видит, как она смотрела на него в последний раз с болью в глазах, со слезами?
Чары не сняты? Нет, это неправда.
Через неделю сдался, поехал к ее дому. Пусто. Пошел в магазин. Минди холодно и неприветливо сообщила, что Моргана уехала, не добавив, куда и когда вернется.
Следовало бы почувствовать облегчение, отбросить раздумья, вернуться к прежней жизни.
Но, бродя по берегу, Нэш воображал, что Моргана идет рядом, между ними ковыляет ребенок.
Поэтому он улетел в Лос-Анджелес.
Надеялся, что в суете, в толпе, в городском шуме будет лучше. Пообедал со своим агентом, обсуждая подбор актеров для фильма по новому сценарию. Ходил один в клубы, слушал смех и музыку. Засомневался, не совершил ли ошибку, перебравшись на север. Может быть, его место в сердце большого города, среди незнакомых людей и многочисленных отвлекающих факторов?
Через три дня всей душой потянуло домой, к шуму ветра и плеску воды. К ней.
Вновь отправился в магазин, безжалостно пытал Минди под шушуканье пятившихся от прилавка покупателей. Минди не дрогнула.
На грани безумия остановил машину на дорожке Морганы, долго смотрел на дом. Прошел почти месяц, возникла надежда на скорое возвращение. Здесь ее дом, работа.
Черт побери, здесь он ее ждет.
На заходе солнца уткнулся в руль локтями, положил голову на руки, признал неопровержимый факт: ждет. Причем не для рациональной беседы, в чем пытался убедить себя в последние недели.
Ждет, чтобы умолять, обещать, бороться, любыми способами вернуть то, что было. Снова вернуть в свою жизнь Моргану.
Взял в руку камни, которые по-прежнему носит на шее, задумался, нельзя ли связаться с ней силой воли. Стоит попробовать. Лучше, чем давать в газеты объявления. Зажмурился, полностью сосредоточился.
— Будь я проклят, знаю, услышишь, если захочешь. Если я идиот, это еще не причина для…
Почувствовалось присутствие. Реально почувствовалось. Нэш осторожно открыл глаза, взглянул в насмешливое лицо Себастьяна.
— Кого я вижу? — протянул тот. — Любитель ночных бдений?
Не успев подумать, он распахнул дверцу, потребовал ответа, вцепившись в рубашку:
— Где она? Ты знаешь и скажешь мне, так или иначе.
Взгляд Себастьяна опасно потемнел.
— Осторожно, дружище. Я давненько жду случая повстречаться с тобой с глазу на глаз.
Приятно слышать намек на хорошую драку.
— Ну, тогда…
— Ведите себя прилично, — приказала Анастасия. — Оба. — Развела их в стороны нежными руками. — Наверняка с удовольствием расквасили бы друг другу носы и наставили фонарей под глазами, только я этого не потерплю.