Плененное сердце

Смолл Бертрис

Малькольм Скотт поднялся из-за стола и последовал за Бейном. Поскольку Аликс в зале не было, он не стал ничего никому объяснять.

— И как долго, по-твоему, лошадь паслась одна? — спросил он.

— Трудно сказать, милорд. Ее давно никто не чистил, однако животное здорово, так что кто-то когда-то о нем заботился.

— Гм… — проворчал лэрд.

Это животное было смутно ему знакомо. Сунув руку в седельную сумку, он немного порылся в сложенной там одежде и извлек пергаментные свитки. Развернув их,

он прочитал несколько слов и громко выругался.

— Раны Христовы! Этот человек безумен! Полностью и абсолютно безумен!

— Милорд… — недоуменно пробормотал Бейн.

— Лошадь принадлежит сэру Удолфу Уоттесону. Очевидно, он решил не подчиниться приказу архиепископа и отправился за моей женой. Ты его не видел?

— Нет, господин. На пустошах не было ни души. Если бы он был мертв и лежал в вереске, я бы его увидел. Не видно было также ни стервятников, ни диких зверей, которые наверняка пировали бы, будь он убит несколько недель назад. Уж они бы очистили его косточки дочиста.

— Мы должны поискать его, Бейн. Нужно узнать, что задумал чертов англичанин и вообще мертв он или жив. — Малькольм тяжело вздохнул. — Прости меня, Господи, но я надеюсь, что он мертв. Не допущу, чтобы Аликс снова расстроили, особенно теперь, когда она носит ребенка. Ничего не говори ей, Бейн. Собери людей, и мы поедем охотиться на хитрого старого лиса.

— А если найдем его, милорд? — тихо спросил капитан.

— Не вижу другого выхода, кроме как покончить с его жалкой жизнью. Грустно, конечно, что приходится убивать человека не в честной схватке…

— Вам необходимо сделать это, чтобы защитить жену и детей, господин. В этом нет ни греха, ни бесчестья, — покачал головой Бейн. — И священник непременно даст нам отпущение грехов за такое деяние. Я немедленно отправлюсь его искать.

Лэрд кивнул и немедленно поспешил к отцу Дональду. Он нашел его в маленьком церковном дворе. Тот молился, сидя на каменной скамье. Малькольм тихо откашлялся, и священник поднял глаза.

— А, господин? Могу ли я чем-нибудь помочь вам в этот прекрасный день? — улыбнулся он.

— Да, отец, можете, — сказал Малькольм и рассказал о находке. — Возможно, мне придется убить сэра Удолфа, и я бы хотел попросить отпущения всех своих грехов. Боюсь, у меня просто нет иного выхода. Этот человек не должен больше пугать мою жену и детей.

— Встань на колени, сын мой, — не колеблясь, ответил отец Дональд.

Малькольм опустился на колени, и священник отпустил ему грех убийства, перекрестив напоследок.

— У вас действительно нет выбора, милорд, — согласился он. — Я понимаю это, но молю Бога, чтобы этот человек уже был мертв, а душа его — в чистилище. Идите с моим благословением… А леди знает?

— Нет, и я не собираюсь ей говорить. Она была так счастлива, что все уладилось, и у меня не хватило духу

расстраивать ее, особенно сейчас.

— В таком случае чем меньше людей будет знать об этом, тем лучше. Пусть ваши солдаты считают, что охотятся, дабы набить кладовые на зиму, — посоветовал священник. — Если хоть кто-нибудь узнает правду, наверняка проговорится приятелю, а потом все дойдет до одной из служанок, а там уж узнает Фенелла или Айвер.

Лэрд невольно усмехнулся:

— Вы правы, отец Дональд, я совершенно с вами согласен. Спасибо.

Вернувшись в дом, он сказал жене, что едет на охоту.

— Слишком рано, — заметила Аликс, которая сидела в зале за огромными пяльцами, работая над новой шпалерой. — На дворе лето!

— Но уж очень день хорош. И кто знает, какой выдастся зима, — возразил лэрд. — Вдруг припасов не хватит? А потом — если не съедим все сами, раздадим крестьянам.

— Ты просто не находишь себе места, — рассмеялась Аликс и с улыбкой махнула рукой. — А я завидую тебе: сама бы хотела насладиться резвым галопом.

Лэрд положил большую руку на ее округлившийся живот.

— Сначала роди, любовь моя, — прошептал он, гладя небольшой холмик.

— Не разбуди его, — остерегла она.

— Ты по-прежнему не уверена, кто это, мальчик или девочка?

Аликс покачала головой:

— Этот малыш очень скрытный, господин. Думаю, что, возможно, ношу будущего епископа.

Малькольм нагнулся и поцеловал ее в губы.

— Если я найду фазана, ты получишь лучшие перья из хвоста на голубой бархатный берет, моя сладкая Аликс, — пообещал он перед уходом.

Пока люди лэрда охотились, сам лэрд и Бейн обшаривали склоны холмов в поисках сэра Удолфа. Наконец Бейн увидел что-то в траве и подъехал ближе. Это оказался черный бархатный берет, отделанный кроличьим вытертым мехом; маленькая, потемневшая от времени серебряная брошь с рубином ясно говорила о том, что ее владелец — человек с положением и состоятельный. Бейн протянул берет лэрду.

Малькольм осмотрел головной убор.

— Не могу сказать точно, принадлежит ли он сэру Удолфу. Возможно, что и так. Но тело мы не нашли. Стервятников не видно. Следовательно, можно предположить, что этот человек жив. И скорее всего упал с лошади. Может, даже ранен. Но где он сейчас?

— А вдруг его нашли? — медленно выговорил Бейн.

— Но кто? А если и так, почему его не привезли в Данглис? Это мои земли, и поблизости нет соседей.

— Ее коттедж совсем рядом, господин, — поколебавшись, напомнил Бейн.

— Иисусе! Я и забыл! Совсем о ней не думаю, Бейн. С того дня как милая Аликс вошла в мою жизнь и я узнал, что любовь есть на свете!

— Ее слуги — люди порядочные, господин. Если бы они нашли сэра Удолфа, немедленно отнесли бы в дом, чтобы перевязать раны.