Плененная льдом
Шрифт:
Я никогда не умела проявлять эмоции, давила их даже в глубине своего сердца, будто специально запрещала влюбляться в кого-либо…
Смотря на то, как мирно спит Ролан, я думала о том, что ы прошлом все те отношения и чувства, которые я принимала за любовь, были ничем иным как игрой в эту саму любовь…
Даже сейчас… Как мне понять, что то, что я чувствую и правда настоящее? Что это не какой-нибудь стокгольмский синдром, а реальные чувства?
Страх смешался с волнением… Я так долго боялась имени мага, что даже сейчас при одном его звучании испытываю
А ведь он спит совсем рядом…
Внезапно Ролан нахмурился, с силой сжал челюсти, видя во сне что-то неприятное, но стоило еле заметно прикоснуться к его ладони, спрятанной под одеялом, как мужчина вновь расслабился.
Его глаза не были человеческими — иногда веки еле заметно раскрывались, выдавая яркую желтизну, а пальцы на руках грубели. Будто вот-вот, но Ролан изменится…
Глубоко вздохнув, я вновь попыталась уснуть, но что-то не давало — легкое волнение перерастало в смущение, но при этом я зачем-то пододвинулась к нему еще ближе…
Дыхание ровное… Губы слегка приоткрыты… Как уснуть теперь? Когда сердце бьется с такой силой? Когда в горле пересыхает, и голова идет кругом?
Внезапно маг слегка приподнялся, меняя положение тела. Я думала, он отвернется, но вместо этого Ролан положил на меня сверху свою руку, с легкостью прижал к себе и уткнулся носом мне в лоб, глубоко вдыхая запах моего тела, что-то еле слышно нашептывая при этом.
Черные волосы упали ему на лицо, я аккуратно убрала их ему за ухо и…
— Не убирай руку, — он не раскрыл глаз, но дыхание у мужчины сбилось. Он молчал, а я аккуратно поправила его волосы, еле заметно проводя ладонью по голове, — это успокаивает… Мне не уснуть…
Я молчала.
Мне нравилось касаться его лица, проводить кончиками пальцев по волосам… Я медленно касалась его лба, аккуратно проводила ладонью по плечу — так моя мама в детстве всегда делала, когда я плохо спала. Она гладила меня, пела песню и крепко-крепко обнимала, говоря о том, что я у нее самая лучшая, что я всегда буду для нее светом и чтобы ни случилось — она никогда не отвернется…
При воспоминаниях о маме сердце сжалось, а рука дрогнула.
— Я чувствую твое волнение, — еле слышно шептал маг, — о ком ты думаешь?
— О маме… О том, как она пела мне перед сном, точно так же успокаивая, если я сильно волновалась.
— Споешь? — Ролан улыбнулся, посмотрел на меня своими желтыми, невероятно пленительными глазами, — я шучу, это лишнее. Лучше расскажи мне что-нибудь о себе. Я ведь знаю правду… Теперь ты можешь хоть что-то о себе поведать?
Даже не знаю, с чего начать. Всегда, когда кто-то просит рассказать о себе, у меня возникает ступор. С одной стороны в голове тут же множество идей, а с другой пустота.
Ролан ждал, а я начала говорить обо всем, что приходило в голову. Я рассказывала о технологиях, о том, что видела своими глазами, но понятия не имела, что и как работает. О виртуальной реальности, а музыке и направлениях, а затем, когда я осознала, что Ролан уснул обнимая меня, сама для себя незаметно выпала из реальности.
Сон
Мягкие прикосновения… Яркий свет в комнате… Перед глазами все плыло, я никак не могла проснуться, нежилась в кровати, кутаясь в одеяло.
Как же тепло…
Запах… Запах Ролана… Совсем рядом и так близко…
Как же хорошо видеть такие сны…
Шершавые ладони мягко и аккуратно касались лица, во сне я чувствовала влагу на губах, слышала сбившееся дыхание у самого уха. Легкие дуновения ветра из открытого окна касались кожи ног, я пыталась спрятать их под одеяло, что никак не получалось. Будто сбросила или отставила его в сторону, запутавшись в ткани.
Стало немного холодно, я передернулась во сне и, окруженная светом, прильнула к спящему под боком магу.
Мужские руки крепко прижимали к себе, схватив за талию. Я ощущала мягкие движения пальцев по плечу, они аккуратно переходили на плечи и шею, затем мягко прикасались к губам.
Я улыбалась… Улыбалась во сне, думая о том, что наяву такое вряд ли случится…
— Ты замерзла, — шепот у самого уха, я немного отстранилась, ощущая, как меня накрывают теплым одеялом, — Сэра, лучше отпусти меня…
— Не хочу, — я шептала во сне, — с тобой мне хорошо…
— Рискуешь, — ответ прозвучал громко, дыхание при этом сбилось и вот тут до меня дошло, что сон не такой уж и сон, как мне хотелось бы.
Я мигом проснулась, открыла глаза и увидела Ролана. Он крепко обнимал меня, прижимал к себе, смотрел пристально, рот слегка приоткрыт, глаза горят желтизной, клыки чуть выступают… Он часто дышал, замер, смотрел на реакцию, а затем…
— Ты ледяная, — голос подвел мага, дрогнул, — и ты… с тебя одежда немного сползла… Она велика слишком. И…Ты разговариваешь во сне. Я мало что понял, но это забавно.
Одежда и правда сползла. Плечи открыты, штаны куда-то делись, бедра оголились, а пальцы ног при этом были ледяные. Ролан действительно накрыл меня одеялом, но при этом объятий не разжимал, будто ждал чего-то…
— Ролан… — я тихо шептала, не в силах отвести взгляд, — ты…
— Эй! ВЫ ДВОЕ! — договорить не дали, стали нагло стучать в дверь, а затем долбить в нее чем-то тяжелым… Явно копытом! — Тут все мерзнет, чтоб вас! Ролан! Успокой ведьму! Согрей ее уже, а! Чего она опять с ума сходит? У меня так хвост примерзнет! Вон, ушки уже дрожат, пришлось твою шапку нацепить!
— Джастин, успокойся… — рыкнул маг, но от меня не отвернулся.
— Это мне-то успокоиться? Что у вас там происходит? Чего она опять волнуется? Сделай так, чтобы не волновалась! Массаж там… не знаю… Чего еще? А она проснулась? Нет? Ну раз нет, так целуй ее уже, чтоб тебя! Твоя ведьма иначе меня приморозит к полу! Вон, тут уже все стены инеем покрыты! До самого потолка! А на полу ровненький слой льда, как раз для зимних забав! Давай, мужик. Одари ее страстным горячим поцелуем, заключи в не менее страстные горячие объятья и сделай так, чтобы я не помер от холода!