Плененная льдом

Колесникова Валентина Савельевна

Лимма явно хотела что-то сказать, да и Сирис тоже выглядел безумно любопытным товарищем, но участь исчезнуть постигла всех, даже Джастина.

— Тишина, — выдохнул маг, округляя глаза, — Сэра, помоги защиту до конца восстановить. Иначе я их не выгоню из дома… Нам не будет покоя… Они из-за дыр на втором этаже смогли пройти. Я же их в дом никогда не пускал… Начнется хаос!

— Хорошо, — не уверенно прошептала я, чувствуя, как сползает с меня рубашка Ролана, не удержавшись на плече, — но мне нужна нормальная одежда, я иначе точно опозорюсь скоро…

Оделась

я довольно быстро, старые тряпки никто не выбросил, но и магия с них пропала — теперь платье вновь было дырявым, потрепанным и на вид пожеванным. Ролан довольно быстро приготовил завтрак — видимо Джастин помог с продуктами, не разговаривал со мной, даже не смотрел в мою сторону толком, затем повел на второй этаж к совершенно пустой стене… Надо же, стоило подняться наверх по узкой скрипучей деревянной лестнице, как мы мигом вышли в тупик.

Каменная стена на первый взгляд казалась совсем обычной, но стоило магу слегка активировать магические связи, как защитные узлы стали видимыми.

Небольшие изъяны просматривались по всему коридору, я послушно делала все то, что говорил мне маг, соединяла обрывки нитей, а где-то наоборот расплетала и переплетала их. Честно говоря, я вообще не понимала, что и как делаю, но в конечном итоге в дом к магу действительно никто не смог войти и Сирис тому доказательство:

— Ролан… — голос оборотня прозвучал обреченно, когда барьер слегка отодвинул мужчину от входа, не позволяя ступить на порог, — что, уже? Да как так? Друг, ты не можешь быть настолько всесильным, чтобы за столь короткое время восстановить почти весь дом. Ты где свою ведьму откопал? Опять молчишь? Ну ладно… Тут тебе от Лиммы вещи для ведьмы, она все подобрала для обучения, это заметно сократит время на поиски… Мы ждем вас в академии, седьмая тренировочная площадка!

— Понял, — Ролан не повышал голос, не кричал, он просто шептал, но Сирис его услышал, обернулся волком, судя по рычанию, и куда-то сбежал.

— У вас странные отношения, — я непонимающе смотрела на то, как маг спокойно спускается со второго этажа, открывает входную дверь и поднимает с земли небольшую корзину с вещами.

— Как я и говорил ранее — они сами идут за мной. Не понимаю, почему.

Странно, что не понимает. Они его боготворят, а Ролан этого не осознает. То, как Сирис и Лимма вломились в дом, как смотрели на Джастина, испытывая непонятную ревность, то, как переживали… Что же Ролан такого сделал, что они выбрали его своим предводителем? Более того, я и сама хочу идти за ним.

После колдовства руки дрожали, и я чувствовала истощение.

— Мне потребовались десятилетия, чтобы овладеть защитой дома на таком уровне, — мужчина провел ладонью по моим рукам, и дрожь немного уменьшилась, — а ты просто взяла и в один миг перечеркнула мое достижение. Мне кажется, что в скором времени мы поменяемся местами. Это ты будешь учить меня, если захочешь.

Я ничего на это не ответила, смотрела на свое отражение в одной из комнат и с трудом осознавала изменения.

Волосы… Волосы стали белее. Намного белее! То же самое произошло и с бровями и с ресницами — они словно

замерзли, покрылись инеем.

Лимма принесла тренировочный костюм академии — на легкой накидке черного цвета был вышит знак луны. Штаны свободного кроя, зауженные у щиколотки, были сшиты из легкой хлопковой ткани, при этом очень прочной на ощупь. Под накидку надевалась обычная футболка, но ее поверхность была пронизана тонкими еле заметными нитями. Со слов Ролана — это эльфийская кольчуга, она не видна, легкая как воздух, но не защищает от острых клинков и мечей.

— Эта одежда для магических битв, — пояснил маг, указывая на обувь. С виду балетки или тапочки. Подошва мягкая, позволяла чувствовать каждый камушек на земле, — в самом начале обучения в академии никому не разрешается носить с собой холодное оружие и тем более брать его с собой на тренировку, так что не беспокойся.

Я и не беспокоилась, а вот любопытство испытывала.

— Ролан, нам нужно поговорить, — я чувствовала, что оттягивать разговор уже было нельзя, — я все думала о словах мамы в последнем видении…

— Я тоже не перестаю об этом думать и с каждым разом выводы все хуже… Идем, я хочу проветрить голову, поговорим по пути в академию.

— А если нас подслушают? — с сомнением произнесла я, закрывая за собой дверь.

— Не смогут, — хмыкнул маг, — архимаг может, его сын может. Сирис тоже может, если постарается, но я почую его присутствие, а остальные на оживленной улице при свете дня пробить защиту не смогут.

Мы вышли в Мирград, и я впервые смогла рассмотреть город, не опасаясь того, что из-за угла вылезет неведомая тварь и заставит сражаться с собой.

Дом Ролана внешне ничем не выделялся — стены из благородного серого кирпича, крыша, как и у большинства домов, покрыта красной черепицей. Много окон, на небольшом участке земли рядом с входом росла трава неестественно ярко-зеленого цвета, а так же дерево с желтыми плодами, с виду похожими на яблоки, но покрытые толстой шкуркой как у апельсина.

У многих своя территория была отделена невысокими узорчатыми ограждениями, все улицы вымощены камнем, продумана система канализации — трубы уходили куда-то вниз, под землю, и в городе при этом не было запаха.

Мы шли вместе с магом по узкой улочке, затем свернули на главную дорогу шириной примерно с Невский Проспект, и устремились прямиком к огромной площади, в центре которой стоял фонтан.

Дети резвились у воды, играли с ней, создавая в воздухе различные фигуры, но мигом замирали, стоило им заметить Ролана.

Замирали все… Даже я поддалась всеобщему страху и благоговенью.

Многие женщины смотрели на мага как на спасителя, но в глазах при этом искрились крупицы страха, а вот те, кто был в форме академии магии или уже вышел на службу, судя по оружию в руках и нашивкам на груди, бросали в мою сторону достаточно возмущенные, злые взгляды.

Простыми словами — женщины были вне себя, а это плохо. Еще со школьной скамьи я усвоила один простой урок: женская дружба если и существует, то только тогда, когда между вами не встает мужчина.