PlayKiller

Текшин Антон

Засевшие в сейфе пираты даже перед лицом неминуемой смерти остались верны себе и встретили смертельный танец искательницы одобрительным улюлюканьем. Та игриво помахала им раскалённой рукой и продолжила методично прижигать отростки. Это принесло свои плоды — разозлённая матка перебросила большую часть своей армии в её сторону, желая поскорее расправиться с одиночным противником, а уж потом взяться за нас всерьёз.

Благодаря уменьшившемуся давлению мы благополучно подобрались вплотную к пасти. Конечно, можно было просто расслабиться и подождать, когда меня туда дотащили бы щупальца, но в спеленатом

состоянии мечом особо не помашешь. Не наш вариант.

Когда до цели оставались считанные метры, подуставший Хрусталь зашёл мне в спину и отправил вперёд могучим пинком.

— В добрый путь!

Я и выругаться не успел, как в меня со всех сторон вгрызлись сотни, если не тысячи, зубов. Настоящий тоннель смерти, из которого был только один путь — прямиком в пищевод. Но такой исход меня категорически не устраивал.

Заряд принялся таять на глазах, хотя укреплённый костюм держал его достаточно долго, позволив мне кое-как воспользоваться мечом в крайне ограниченном пространстве. Это был даже не взмах, а какое-то ёрзанье на месте в обнимку со швеллером. Но нужно отдать «Чёрному Пламени» должное — оно исправно расщепляло крепчайшие ткани. Которые до этого, между прочим, без проблем разгрызали защитные сплавы. Когда от щита осталось меньше десяти процентов, получившаяся прореха позволила мне провалиться дальше — куда-то во внутренности гигантского хищника.

Дальше дело пошло ещё легче — всего-то и нужно было, что удерживать меч и стараться на него же не напороться в процессе погружения. Словно раскалённый нож в масле, мы преодолели сеть толстых гофрированных трубок, потом откромсали несколько слизких органов, размерами куда больше, чем я, и под конец достигли хитиновой оболочки. Щит окончательно лопнул, и костюм постепенно стал разъедать агрессивный коктейль из внутренних жидкостей монстра. Зато чёрный клинок вдоль испил вражеской энергии, распространяя вокруг нас адский холод.

Дыра в заиндевевшем хитине, откуда я в конце концов вывалился, оказалась размерами со стандартный шлюз в переборке. Вместе со мной на свободу вырвалось обильное облако пара, посеревшего от большого количества пепла. Что сказать — на славу поработал…

Вот только матка приползла к нам отнюдь не из соседнего яруса, а проделала внушительный путь, прогрызая уровень за уровнем. В эту свежую шахту я и провалился, махая руками и ногами, как заправский электрик из стародавнего анекдота. Надеюсь, у тех кто меня в тот момент слушал, изрядно обогатился словарный запас.

Меч я выпустил ещё в утробе королевы плерксов, иначе падать пришлось бы в полностью обесточенном костюме. А так энергии, оставшейся буквально на донышке батарей, хватило для коротенькой активации реактивного ранца. Ненадолго меня подтолкнуло вверх, погасив инерцию свободного паления, после чего почти любя припечатало об дно колодца. Но куда с меньшей силой, чем полагалось бы. Спасибо ослабшей гравитации.

От оглушительного удара полоска жизни просела на три четверти, а зубы едва не прикусили язык. А всё потому что не надо ругаться во время полёта. Хоть в игре болевой порог был основательно завышен, острых ощущений вышла масса. Особенно, от простреливших колен. А что бы мне совсем стало хорошо, рядышком со мной воткнулось «Чёрное Пламя», едва не пригвоздив меня к полу.

— Хоть

бы соломки постелила, что ли… — простонал я, переворачиваясь на бок.

И тут же уткнулся в крупный продолговатый предмет, отдалённо напоминавший чёрный бочонок, покрытый мерзкой слизью. А возле него — ещё один, и за ним ещё… Насколько хватало глаз. Сразу же вспомнился родной Шебукай и гнездовье местных хищников, которое мы с Шани основательно разворошили. Вот только сейчас я был уже наполовину переваренный, да ещё и без оружия.

Судя по громадным размерам отсека, меня занесло в какой-то грузовой ангар, который предприимчивые паразиты приспособили под хранение будущего поголовья. В центре купола зияла внушительная дыра, через которую я сюда и провалился.

— Долетел? — спокойно поинтересовался у меня Хрусталь с помощью голосовой связи.

— Похоже, что я до самого гнездовья, — отозвался я.

— Забей и беги оттуда. Или хотя бы отползай.

Я последовал нехитрому совету, с кряхтением поднявшись на ноги. Меч даже трогать не стал — ничего с ним не случится. Нынче я на подвиг короля Артура точно не способен. Сейчас следовало походить на другого участника круглого стола, который приходился ему молочным братом. Вроде бы. Лучше всего у доблестного рыцаря по имени Кей выходило убегать, вот и мне это качество весьма пригодилось. Тем более, к месту падения спешили рассерженные няньки.

Но не их гнева мне нужно было опасаться прежде всего. А того, что могло прилететь вслед за чёрным мечом.

Матке острое угощение из мечника категорически не понравилось, и она сорвалась вниз с изжогой в груди и крупной дыркой в брюхе. Если к нам она приползла, опираясь на края прогрызенной ранее дыры, то её нисхождение с небес прошло без каких-либо серьёзных остановок. Шлепок громадной туши вышел такой, что подбросило в воздух уже меня самого, вместе с не раздавленными яйцами. Сбежавшиеся няньки и прочие работники ясель оказались погребены под тоннами хитина и слизких внутренностей.

«Поздравляем, одна из маток уничтожена!

Прогресс очистки станции: 2/12.

Репутация с фракциями Тортуги увеличена на 30 пунктов!»

— О, халявка! — обрадовалась Ваниль.

Действительно, неплохо. Так скоро меня пираты на руках носить будут.

В довесок прилетело ещё немало опыта, подняв меня сразу на шесть уровней. После трёхсотого рубежа такие приятные сюрпризы случаются крайне редко. С другой стороны — после полутысячи интенсивный рост вообще исчезает. Дальше двигаются лишь профи, либо же представители развитых кланов. И хоть потолка как такового не существует, посмертные штрафы серьёзно отбрасывают назад. Одно дело потерять тысячу «экспы» при перерождении, другое дело — сто тысяч махом. Поди её снова наколоти.

А ведь в рейде большинство участников погибает не один раз, не говоря уже о затяжных баталиях…

Примерно с такими мыслями я принялся выгребаться из-под навалившихся сверху яиц. В действительности это оказалось ещё гаже, чем звучало. К сожалению, поместить их в инвентарь было нельзя — габариты не позволяли. Не то, чтобы мне хотелось привести такую заразу на «Жигули» или «Талвро», просто Ваниль ненароком обмолвилась, что они представляют большую ценность. А их небитых тут осталась ещё целая куча. Буквально.