Платиновый мальчик
Шрифт:
Худенькое Лелькино личико почти скрывали тяжелые мужские очки. Выделялся лишь крупный с горбинкой нос, неприятно нависающий над тонкими, неаккуратно подкрашенными губами. Жидкие с сильной проседью волосы были небрежно стянуты в пучок. Ворот старомодной, но дорогой водолазки подпирал подбородок с коричневой бородавкой по центру. Серый шерстяной пиджак мешковато топорщился, широкие брючины едва не мели пол, а Лелькины изящные ручки украшали чудовищные дешевые перстни и пигментные пятна. И все потому, что Лелька вдруг решила — ни один мужчина не доверится
Хорошо, Серега не видел сейчас своей красавицы жены! С другой стороны — а что бы он сделал? Лелька уверяла — он в курсе, что она занята расследованием кражи в магазине, и совсем не возражает. Наверняка убедила Зимина — дело пустячное и совершенно безопасное. К тому же платят неплохо. Семьсот рублей в день плюс все накладные расходы. А если вычислит вора — приличная премия. Весьма приличная! Триста тысяч.
Тамара вздохнула: ей бы тоже такие денежки не помешали. Квартиру бы обставила, а то комнаты совершенно пустые, и холодильник на ладан дышит, ему сто лет в обед.
Но спорить со старшей сестрой она не стала, невесело улыбнулась и согласилась:
—Рядом с тобой, понятно, — прынцесса.
И испуганно вздрогнула на звонок в дверь. А дремавший рядом Крыс резво потрусил в прихожую и предупреждающе залаял, ясно давая понять хозяйке, что на лестничной площадке чужие. Впрочем, лай особо грозным не был, и Тамара с облегчением пробормотала:
—Твоя Машка.
—Откуда знаешь?— не поверила Лелька.
Тамара пожала плечами, не умея объяснить. И все же лай Крысеныша всегда предупреждал о гостях. Как-то бультерьер умел обозначить свое отношение к пришедшему, хозяйка его понимала. Знала, когда у порога топтались Лелька, Лешка или племянники. А чужие разбивались псом на группы риска. Сейчас была первая — самая безобидная. В таком случае Тамара смело открывала дверь. Сто процентов — за порогом стояла женщина. Одна. И дурных намерений Крыс в ней не подозревал.
Тамара последний раз взглянула в зеркало и робко улыбнулась незнакомке. Красивая, стильно одетая молодая девушка мало напоминала Тамару. А уж глаза…
Хитрая Лелька что-то такое сделала, что даже цвет их изменился. Из карих они стали непривычно золотистыми и ежесекундно меняли оттенок в зависимости от освещения. Правда, Лелька уверяла, что желтые крапинки были всегда, Тамара их просто раньше не замечала… Но девушка смотрела на старшую сестру с восхищенным недоверием. Все-таки Лелька немного ведьма, она с детства подозревала!
Оттеснив Крыса, Тамара открыла дверь и была буквально сметена в сторону: в ее квартиру влетел настоящий, остро пахнущий ландышами вихрь. Звонкий голос весело закричал:
—Привет! Это ты или твоя сестра?
—Сестра,— прошептала Тамара, прижимаясь к стене.
А бультерьер озадаченно тявкнул и плюхнулся на толстую задницу, не зная, как реагировать. Опасности, на его взгляд, вроде бы не было, но подобная бесцеремонность…
На всякий случай Крыс зарычал, давая понять, кто в доме хозяин, но безрезультатно.
—Ах, какие мы грозные… Какие мы хорошие… Какие мы красавцы-мужчины в самом-самом расцвете сил…
Крыс не нашел в себе сил зарычать. Обалдело хрюкнул и виновато покосился на хозяйку, такого с ним еще не было. Тамара ахнула и всплеснула руками. Лелька засмеялась:
—Маш, не волнуй мне родственников, они к тебе еще не привыкли.
Незнакомка одним прыжком оказалась на ногах, сраженный Крыс пластался на полу и закатывал глазки, а Тамаре вдруг стало нехорошо. Задуманный эксперимент показался сомнительным, а Лешкина судьба туманной и даже завидной. Перед Тамарой стояла настоящая красавица! Ожившая кукла Барби, мечта любого мужчины.
Блестящие кожаные брючки обтягивали ее бедра словно вторая кожа; короткая красная курточка ненавязчиво подчеркивала тонкую талию и высокую грудь; длинные ноги казались еще стройнее благодаря сапожкам на десятисантиметровых каблуках; огромные зеленоватые глаза поражали прозрачностью и отсутствием мысли, темные ресницы — сказочной длиной; пухлые губки призывно блестели; нежные щечки с прелестными ямочками сияли румянцем; густые волнистые волосы обрамляли чудное личико в дорогую золотистую рамку…
—Нет, это чересчур!
—Что?— почти одновременно спросили Лелька и чужая девица.
Тамара поняла, что последнюю фразу произнесла вслух, гулко сглотнула и пролепетала:
—Ты всерьез рассчитываешь выйти замуж за Лешку?
—А ты против?—весело парировала Маша.
—Она замужем,—успокаивающе произнесла Лелька и украдкой показала новой подруге кулак.
Маша ничуть не расстроилась, пожала плечами и беспечно сказала:
—Нужен мне твой Лешка, как же!
—Он не мой!
—Не твой тоже не нужен,— не стала спорить Маша. Подмигнула так и не пришедшему в себя бультерьеру и ласково пропела:—Нам мужички нравятся такие, как ты, малыш, а не просто… Лешки! Не-ет, нам нужны храбрецы, рычалки-фырчалки, не-еженки…
Крыс явственно застонал и окончательно зажмурился, ему было стыдно смотреть в глаза хозяйки. Пес чувствовал себя купленным на корню. И ладно бы за кусок колбасы, это бы понятно.
Бультерьер лишь обреченно вздохнул, когда его снова затормошили, а Лелька смерила побледневшую сестру оценивающим взглядом и распорядилась:
—Томик, марш в спальню, ты нам здесь не нужна.
—Почему это?—неуверенно запротестовала Тамара, стараясь не пялиться на гостью и невольно злясь на Лельку: не могла наткнуться на девицу попроще! Тоже нашла подружку!
—Потому. Нервишки у тебя пошаливают,— спокойно пояснила Лелька.— А нам с Машей нужно пройтись по сценарию.—Она фыркнула.— Не забудь, Лешка должен быть сражен. Тьма достоинств, и все в одном стакане!
Маша захохотала:
—Урою мужика, чтоб не выпендривался!