Плата за счастье
Шрифт:
— Что-то не так? — осторожно спросила она. — Я запачкала соусом нос?
Он улыбнулся, покачав головой.
— Я просто думаю, что вы едите так же, как, наверное, подходите к жизни — целеустремленно!
— Так меня воспитали родители.
— Я не в осуждение, Брайана, — заверил он ее. — Это весьма занятно.
И, вероятно, очень отличается от того, как воспитывали его, мелькнула догадка. Родители, как считала Брайана, берут на себя большую ответственность за то, как их дети подойдут к жизни. Она встречала
Хотя, конечно, известие о своей настоящей матери она встретила вовсе не так…
Она прерывисто вздохнула.
— Натан, я знаю, мы договорились не говорить о Ребекке…
— Договорились, — подтвердил он, насторожившись.
— Но есть одна вещь, которую мне надо знать…
Он положил нож с вилкой, хотя только начал есть.
— Брайана, с моей стороны будет неэтично обсуждать с вами эту тему.
— Из-за того, что мы здесь по-дружески?
Он отрицательно покачал головой.
— Ребекка была клиенткой моего отца. Я знаю ее историю, поскольку знаком с семьей.
Она нахмурилась.
— Но то, что я хочу знать, никак не повлияет на законность этого положения. На самом деле, это можно узнать из формальных записей. Я просто подумала, что мне будет легче, — она вздохнула, — если вы мне скажете.
Он с трудом сглотнул, сразу посерьезнев.
— Я не уверен, что мне стоит рассказывать вам что-нибудь о вашей матери. Я знаю вас всего два дня, и вовсе не хочу сообщать вам то, за что вы потом сможете меня возненавидеть.
Она вновь стойко встретила его взгляд, в его синеве появились льдинки.
— Я хочу знать, как умерла моя мать, — с трудом выговорила она. — Ей было всего лишь восемнадцать!
Это был вопрос, который она не стала задавать в офисе. Но теперь она хотела знать. Должна была знать!
— Я чувствовал, что последует что-то вроде этого, — посетовал он. — Я не могу рассказать вам…
— Можете, — запальчиво перебила она. — Вы так много знаете об этой истории, и вы должны знать, как умерла Ребекка! — Для нее внезапно стало очень важным, чтобы она тоже это знала. Возможно, из этого будут исходить все ее остальные решения. — Пожалуйста, — она крепко сжала его руку. — Я должна знать!
— Я не сказал, что отказываюсь, — мягко сказал он. — Только я не могу сделать это здесь, посреди ресторана.
— Думаю, это самое подходящее место, — тут же не согласилась она. Ей не хотелось находиться где-то, где она не смогла бы сдержать свои чувства. Для нее, помимо ее воли, Ребекка стала реальным человеком, и узнать, как она умерла, могло быть болезненно.
Натан испытующе взглянул на нее.
— Пусть лучше мой отец вам расскажет.
— А я не хочу это слышать от него, — решительно сказала она.
— Брайана, я действительно не хочу этого делать! —
— Но вы должны, — с уверенностью сказала она.
Он судорожно вздохнул, явно борясь с собой.
— Хорошо. Ребекка вас родила вполне удачно — отбросьте все мысли, что вы как-то повинны в ее смерти, — грубовато начал он и увидел по ее лицу, что ей сразу стало легче. — Ребекка была молода и здорова и перенесла роды совершенно нормально.
Брайана изумленно покачала головой. Когда она позволяла себе об этом думать, она боялась, что ее рождение было причиной смерти Ребекки. Теперь она была в еще большем замешательстве…
— Я не понимаю…
Натан крепко сжал ее руку.
— Два месяца после вашего рождения Ребекка приводила в порядок все свои дела — ваше удочерение, составление завещания. И через два дня после того, как Гибсоны вас удочерили, она… — он запнулся, явно не желая продолжать.
— Скажите мне, Натан, — попросила Брайана, ее глаза потемнели от волнения.
Он вновь вздохнул.
— Через два дня после того, как Гибсоны вас удочерили, — продолжал он, — Ребекка спокойно встала прямо на пути проходящего поезда.
Брайана уставилась на него, пораженная ужасом и недоверием.
Самоубийство… Ее мать покончила с собой!
4
— Мы уходим, — хрипло, почти яростно прошептал Натан, делая знак официанту принести счет.
Брайана едва заметила, что Натан расплачивается, берет ее под руку, выводит из ресторана и усаживает в машину.
Самоубийство. Ребекка покончила с собой. Брайана не знала, чего она ждала, но, конечно же, не этого! Ребекка, какой описывал ее Натан, была очень юной, полной жизни, веселья и обаяния. И все же она покончила с собой. Почему?
— Только сама Ребекка могла бы рассказать об этом, — мягко ответил ей Натан в уютной темноте машины — для Брайаны это оказалось свидетельством того, что она высказала свои мучительные мысли вслух. — Но рискну предположить, что у нее не было желания продолжать жить, раз она отдала вас Гибсонам.
— Но почему она это сделала? — Брайана оплакивала утрату такой молодой жизни. — По всеобщему мнению, она была богатой. Она вполне могла содержать и себя и меня в достатке. У нее не было причин сделать то, что она сделала!
— Вы забываете про Джайлса, — напомнил он. — Тот был в такой ярости, обнаружив, что Ребекка беременна, что Ребекка сбежала — от него, из дома, который она не любила, из своей семьи, лишенной тепла — и жила в Лондоне, пока вы не родились. Ей было восемнадцать, Брайана, — объяснял он. — У нее были деньги, оставленные ей матерью, но все же ей было лишь восемнадцать, и едва ли она была способна позаботиться о себе, оставшись одна с новорожденным младенцем.
— Но…