Пламя Силаны
Шрифт:
— Я же не идиот. Я не собираюсь никому ничего рассказывать, — еще не хватало пугать людей под куполом и сеять панику.
— Просто решил предупредить. Я знаю, как вам трудно хранить секреты, — Каро подмигнул.
Рейз даже отвечать ему ничего не стал. Он отвернулся и пошел искать Джанну.
***
Он нашел Джанну среди раненых, рядом с Мелезой. Та стояла сгорбившись, будто старуха. Рейз замер на мгновение, вглядываясь в шрамы на ее лице, а потом подошел ближе.
— Я не
Грей снова был без сознания, но дышал легче, больше не хрипел. А Рейз подумал — что будет дальше? Что, если купол действительно исчезнет, и нападут големы. Смогут ли солдаты спасти раненых. Найдут ли время?
— Я справлюсь, — Мелеза выглядела так, будто свалится в любое мгновение. — Сейчас каждый чародей на счету. А я могу помочь.
— И угробить себя? — Рейз посмотрел на Грея, а потом встал прямо напротив Мелезы. Шрамы, там, где раньше были глаза, казались ненастоящими. И они не вызывали у Рейза ни отвращения, ни даже жалости.
Мелеза почувствовала, что он на нее смотрит, отвернула лицо.
— Ты жалеешь меня, мальчик? Не нужно, я же никогда тебе не нравилась.
Он вспомнил, как увидел ее впервые. И другие их встречи. То, как она обращалась с Греем, как бесила Рейза.
— Нет, не жалею. Ты мне и сейчас не нравишься. Не потому, что у тебя шрамы. А потому, что ведешь себя глупо. И знаешь, с Греем мы вроде как подружились. А, если ты натворишь глупостей, его это просто убьет.
Мелеза рассмеялась, громко и горько, показала на себя, на свое лицо:
— А это? Видеть это, каждый день. Раз за разом, чувствовать вину, жалость. Это его не убьет?
— А это — нет. Не убьет.
Рейз вспоминал, как Грей говорил о Мелезе. Как стискивал зубы и терпел от нее насмешки и издевки.
Он мог бы сказать об этом, но Мелеза не стала бы слушать. Ей казалось, что ее лицо и эти шрамы имеют значение. А они не меняли ничего. И, если бы Грей любил за внешность, он бы сбежал намного раньше. Задолго до Вейна и до суда.
— Твой Грей гладиатор. Что он, шрамов не видел? — Рейз фыркнул и добавил. — Знаешь, они даже меня не впечатляют. Так что хватит измываться над собой. Ты уже сделала, что могла. Отдыхай. Теперь моя очередь защищать.
— Страшно подумать, что с нами будет, — но она выдохнула, устало опустилась рядом с Греем. И протянула руку, коснулась ладонью его волос. Он будто почувствовал сквозь сон, потянулся к ней. Рейз отвернулся, почему-то стало неловко смотреть. — Я не умею ждать, не умею отсиживаться и не умею быть беспомощной. Не хочу этому учиться.
— Я понимаю, — вмешалась Джанна. — Но вы ослаблены. Если вы не справитесь, пострадают и остальные чародеи. Это слишком большой риск. Для всех, — она посмотрела на Грея и добавила. — Для раненых тоже.
Рейз поймал себя на мысли, что так же мог бы сказать Каро.
Мелеза выдохнула — долго и протяжно,
— Мое магическое зрение становится сильнее. Так часто бывает, если чародей теряет глаза. И там, за пределами купола, слишком много магии. В воздухе, в камнях. В големах — я ее чувствую. Я не знаю, что мне делать. Не знаю, как такому противостоять.
Рейз вспомнил, как увидел големов, и обескровленные трупы на улицах, и почувствовал злость — алую, раскаленную злость на Вейна. За все, что тот устроил.
И сказал:
— Изо всех сил. Тому дерьму, что творится, мы будем противостоять изо всех сил.
***
Лиам сидел рядом с Калебом, помогал тому перемотать рану на руке — длинный, неглубокий порез чуть повыше локтя.
— Ты в порядке? — спросил Рейз, и Калеб и Лиамом одновременно повернули к нему головы.
— Да, нормально, — сказал Лиам. — Запыхался немного, а так ничего.
— Я спрашивал не у тебя.
Рейз ожидал, что Лиам начнет хвалиться — пацан же так рвался поучаствовать в настоящем бою, столько рассказывал про «упоение кровью» и прочие глупости. А сейчас казался просто усталым.
— Почему ты не с Силаной? — спросил Калеб.
— Чтобы не мешаться, — признаваться в этом было неприятно. А говорить иначе, означало врать.
— Ну и ладно, — Лиам закончил перевязку, походя закрепил края ткани — кажется, это был кусок рубашки. — Здесь ты точно лишним не будешь.
Он устало провел ладонями по лицу, размазывая кровь, потом посмотрел на свои ладони и брезгливо скривился:
— Знаешь, у меня дурное предчувствие, — он посмотрел за пределы купола. — Что-то крупное должно случиться.
Рейз и сам это чувствовал. Но все равно подошел ближе и встрепал Лиаму волосы — и без того спутанные:
— Ничего крупнее твоего самомнения с нами не случится.
Лиам недовольно вывернулся из-под руки:
— Нашел время шутить. Лучше делом займись. Надо помочь собрать баррикаду рядом с пристройками.
Но взяться за баррикаду они так и не успели.
Снаружи, на полной скорости в купол врезался наездник на скате — будто мошка о стекло. Рейз даже подумал поначалу, что глаза подвели. А потом за первым врезался второй.
И еще один, и еще — солдаты Вейна, Рейз был в этом уверен.
— Они пытаются пробить купол? Собой? — Лиам недоверчиво фыркнул, а потом схватился за меч.
— У них что-то в руках, — Калеб тоже потянул из ножен клинок, взвесил в руке.
Там, где приспешники Вейна бились о купол, оставались черные пятна, будто выжженные.
Одно за другим.
И Рейз заметил, что эти пятна образовывали рисунок. Он не разбирался в магии, старался всегда держаться от нее подальше, но угадать было не трудно — солдатами Вейна управляло заклинание. И это заклинание рисовало на куполе чародейский знак.