Пламя Дракона
Шрифт:
Кэти ругаясь последовала за ней. Их поглотила полная, абсолютная темнота. Женщины даже не видели друг друга. Кэти то и дело спотыкалась и чувствовала себя совершенно одинокой.
Вдруг она налетела на советницу, которая наклонилась и шарила по полу:
— Что это ты делаешь?
— Ищу поводья.
Через пару секунд они продолжили путь, ощупывая пол пещеры перед собой.
Темнота душила Кэти, словно некая огромная рука. Проход стал уже, стены давили. Потолок был всего в нескольких дюймах над головой. Только она коснулась его, как тут же на голову посыпался
О нет, это было не лучше пожара! Земля грозила раздавить ее. Не было видно ни выхода позади, ни Салит впереди. Она не видела даже собственной руки. Во рту пересохло, и облизывать губы было бесполезно. Кэти прижалась к стене, не в силах пошевелиться.
И тут из темноты донесся негромкий, едва ощутимо подрагивавший голос Салит:
В то светлое утро не ждали беды,
В то утро венчался герой.
Деву, прекрасней которой нет,
Хотел он назвать женой —
На горе, о Мианур!
Звезда в короне из ярких лучей
Невестой его была.
Ренат, он многими был любим,
Но ему — лишь она мила,
И ликовал Мианур!
Песня разогнала страх и напомнила Кэти, что она не одна. Ноги были словно ватные, но она все же заставила себя сделать шаг, потом другой, вдохнула пахнувший плесенью воздух.
Буйный ветер седлала она
И летела на битву с Тьмой,
Но ради Рената бросила меч,
Чтоб верною стать женой.
Надолго ль, о Мианур?
«А вот мой фонарь не со мной», — мысленно добавила Кэти, грустно улыбаясь тому, что попала в рифму. И тут же стукнулась головой. Потолок, оказывается, становился все ниже. Она нагнулась и постаралась сосредоточиться на песне Салит.
И вот в веселый зеленый лес
Гостей они привели
И перед каменным алтарем
Обеты свои принесли.
На горе, о Мианур!
Ведь Тьма не дремлет, а значит, увы,
О счастье, смертный, забудь.
Хрустальный дротик, острее иглы,
Ударил Рената в грудь.
О горе, мой Мианур!
Звезда, скорбя, его подняла
В
«Ренат, поверить я не могу,
Что не бессмертна любовь!»
И с ней скорбел Мианур.
Но она, положив его на алтарь,
Ни слезинки не пролила,
И, облачившись в звездный доспех,
Вызов Тьмы приняла
За свой родной Мианур.
Песня закончилась. Кэти заслушалась и не заметила, что шлепает по грязи.
— Спой еще, пожалуйста.
У Салит оказался на удивление приятный голос, и ее пение помогло бороться с клаустрофобией.
— Это конец песни.
— Мианур, — повторила Кэти. Она обрадовалась возможности поддержать разговор. — Я думала, это такое кольцо вокруг вашей планеты.
— Когда-то это был целый мир. — В голосе Салит проскальзывали печальные и почтительные нотки. — Прекрасный мир. Его населяли могучие люди, им были под силу настоящие чудеса.
— Э-э, а эта звезда действительно могла летать?
Постукивание шестов-поводьев прекратилось.
— Ну, это легенда, но народ и вправду был особенный: нам остались лишь отголоски его могущества.
— У нас бы это назвали царством фэйри [6] .
— Может быть, а вот теперь нам придется двигаться ползком.
— О Боже, сколько еще будет тянуться этот туннель!
— Осталось немного. — Салит сжала руку Кэти. — Зато потом я покажу тебе остатки былого великолепия.
6
Волшебный народ кельтской мифологии; более точное название, чем «феи».
Кэти с трудом сглотнула:
— Ага. Только не умолкай. Говори, пой — что угодно.
Они поползли на четвереньках, потом по-пластунски, животами по грязи. Рюкзак Кэти зацепился за потолок. Она не могла не думать о том, что за создания бродят здесь во тьме и как самые маленькие из них вот-вот заползут ей в волосы и под одежду.
— А вот теперь, Кэтрин, можешь встать.
Она осторожно выпрямилась, не чувствуя рядом ни стен, ни потолка. Повеял легкий ветерок и донес запах воды.
— Где мы?
Эхо повторило ее вопрос.
— Я обещала кое-что тебе показать. Подожди немного.
— Подождать — сколько?
Стало полегче, но Кэти все еще беспокойно переминалась с ноги на ногу. Жижа просочилась сквозь одежду; она чувствовала себя усталой и была грязной.
И тут над головой возникло приглушенное янтарное свечение. Она тихо ахнула и подняла глаза. Нет, светился не весь сталактит, а лишь усеявшие его кристаллы.
Она обернулась, ища взглядом Салит. Та оперлась на поводья, мешок лежал у ее ног. Советница закрыла глаза, нахмурилась и о чем-то напряженно думала.