Плакса
Шрифт:
– Это я уже слышал. Лисси рассказала мне, какой ты бедный и несчастный, что тебе нужно время, чтобы совсем разобраться и бла бла бла.
– И после этого ты будешь говорить, что вы с ней не сплетничаете, – намек на улыбку появился на губах Лиса.
Я поднял руки вверх, как бы капитулируя. В отличие от своей сестры, я был не так хорош во всем этом эмоциональном дерьме. Из нас двоих, все спортивные гены, передавшиеся от наших родителей, воплотились во мне, а все, что касается понимания чувств и их выражения, достались Алисе. Не то, чтобы я был совсем
– Подловил. Слушай, я понимаю, что тебе хреново, правда. У тебя было время подумать обо всем случившимся, пора начинать что-то делать, потому что пока ты тонешь в этом болоте, отталкивая от себя близких людей, ты, в конечном итоге теряешь все: себя, хоккей и, самое главное – мою сестру. Оттолкнись от дна и возьми уже протянутую руку близких тебе людей.
Лис молча смотрел на меня, явно, обдумывая услышанное. Я хотел ему помочь и, если бы он сделал мне одолжение и сказал, как я могу это сделать, это облегчило бы задачу в разы.
– Алиса уезжает вместе со мной в Москву, – я разыграл свой самый высокий козырь и собирался выиграть игру. – Через пару дней нас здесь уже не будет.
Часть информации про то, что мы уезжаем всей семьей, я придержал при себе. Но и этой информации оказалось достаточно. Лис метнул в мою сторону испуганный взгляд. Его глаза вцепились в мое лицо, а сам он подался вперед.
– Как твой друг, я хочу, чтобы ты был счастлив и таким тебя делает моя сестра и хоккей, – я вздохнул. – Но, как брат твоей девушки, я считаю, что прямо сейчас ты ее не заслуживаешь. Но она любит тебя, так что, ради вас обоих, действуй.
– Тебе нужно в свободное от хоккея время, преподавать ораторское искусство.
Я хмыкнул.
– Если это сработало, то вот тебе еще информация. Мы сегодня с ребятами собираемся в нашем спорт-баре.
Лис ничего не ответил. Я встал со своего места и, прежде, чем выйти из кафе, похлопал друга по плечу, выражая свой поддержку. Уходя, я подумал о том, что если Лис решит ничего не предпринимать, это ударит по мне тоже. Потому что это будет означать, что не только моя сестра потеряла близкого человека, но и я тоже.
Алиса
– За то, чтобы в вашей новой квартире была гостевая спальня, в которой я буду останавливаться, приезжая в гости, – поднимая вверх безалкогольный коктейль, сказала Саша.
За столом раздались смешки. Саша, как всегда, в своем репертуаре.
Мы потянулись друг другу на встречу и наши бокалы столкнулись, разносясь громким звоном по всему спорт-бару. Рука подруги обхватила мое плечо и она прижалась ко мне, обнимая
– Я буду по тебе скучать.
– Я по тебе тоже, – я потянулась к уху подруги, чтобы никто, кроме нее, не услышал, что я говорю. – Может, все же, расскажешь, что с тобой происходит? Я беспокоюсь.
Саша откинула волосы со своего плеча и вздохнула, глядя куда-то мне за спину. А затем, взяв за руку, потащила в сторону уборной. Я быстро поставила свой бокал на стол и
Саша затащила меня в туалет и, проверив кабинки, заперла дверь.
– Я переспала со Шлепанцевым, – выпалила она на одном дыхании.
Словно рыба, без воды, я открывала и закрывала рот, не зная, что сказать. Удивление? Нет, это была не та эмоция. Шок? Это более подходящее, но все равно, как будто недостаточное описание того, что я почувствовала.
– Ты меня осуждаешь? – испуганно спросила Саша. – Конечно, осуждаешь. Я сама себя осуждаю. Каждый день.
– Я тебя не осуждаю, – я взяла подругу за руку. – Просто шокирована. Вы с Андреем казались мне идеальной парой. Что-то случилось?
– Знаешь такую поговорку: не все то золото, что блестит? Так вот это про нас, – Саша вздохнула. – Мы любили друг друга, но последний год, словно чужие. Он занят работой и ничего, кроме этого его не интересует. Я понимаю, что он делает это для нашего будущего, но от этого не перестаю себя чувствовать ненужной.
– Ты говорила ему об этом? – мягко спросила я.
– И не раз. Но все заканчивается скандалом.
Саша закрыла лицо ладонями. Я думала, что она сейчас начнет плакать, но несколько секунд спустя она вздохнула и, заправив свои белые локоны за уши, посмотрела на меня.
– Ты не подумай, я себя сейчас не оправдываю. Я знаю, что виновата. Говорю, как есть.
Саша была сделана из стали. Ее голос дрожал, когда она говорила, но не слезинки не проронила. Она умела держать свои чувства под контролем и я искренне этому завидовала, даже если и хотела бы, чтобы она отпустила себя.
– И теперь даже боюсь представить, что будет, когда я все расскажу Андрею.
Я подошла к подруге и обняла ее. Не представляю, какой груз ей приходиться носить каждый день. Я бы хотела сделать что-то, что могло ей помочь, но, к сожалению, кроме своей дружеской поддержки, мне нечего предложить.
– Если в нашей квартире не будет гостевой спальни, – а ее там не будет. – Ты сможешь жить в моей комнате. У меня есть отличное кресло-кровать.
Тихий смех раздался рядом с моим ухом.
– Звучит, как идеальный план, – Саша отстранилась и заглянула мне в глаза. – Спасибо.
Это самое меньшее, что я могла для нее сделать. В то время, как она, сама того не осознавая, своим примером, показала как нужно себя любить. Что уверенность это не то, с чем человек рождается. Это то, что он оттачивает в себе день за днем. И, значит, что я тоже это смогу.
Упершись спиной в раковины, мы молча стояли плечом друг к другу, каждая, размышляя о своем. Как бы я не гнала мысли о Леше из своей головы, они все равно находили лазейку и просачивались в мое сознание. И, хоть Саша часто бывала беспардонной, я была ей благодарна, что она не спрашивала меня о том, что между нами с Лешей произошло. Потому что я кое-как смогла объяснит все Марку, не уверена, что получится повторить еще раз.