Плач волчицы
Шрифт:
— Возможно.
— Так же, когда ты знала, что подсудимые в округе Скотт были виновны? Инстинкт, но никаких улик. Тебе нужны улики, Лорел, — настаивал он. — Без улик тебе никто не поверит.
— Обвинения отклоняются, мисс Чандлер… нет достаточных улик… Вы не справились со своей работой, мисс Чандлер… Вы ее провалили.
Голоса раздавались в ее голове, принося с собой напоминание того стресса, того отчаяния.
— Вы один из тех, кто будет заниматься этим случаем, если Кеннеру удастся произвести арест, — спокойно сказала она. — Может быть,
Он ничего не сказал, пока она открывала дверцу «БМВ». Затем она обошла ее якобы для того, чтобы положить на сиденье сумку. Создавая приятное расстояние и барьер из металла между ним и собой.
— Ну разве это не шок, — сказала она, поворачиваясь к нему снова.
Он чуть-чуть улыбнулся, и эта странная улыбка заставила напрячься все ее нервы.
— О, я над этим работаю, Лорел, — мягко сказал он, его зеленые глаза блеснули, как будто он один был обладателем чудесной тайны. — Я полностью убежден, и у меня будет достаточно улик, чтобы добиться обвинения. Более чем достаточно.
Он позволил этому заявлению на мгновение повиснуть в воздухе, затем так плавно и быстро переменил тему, что Лорел подумала, что только чудом не вышла из равновесия.
— Ты пойдешь со мной поужинать сегодня вечером?
— Нет, — ответила она, потрясенная тем, что он мог считать, что она допускает такое. Но потом смягчила отказ известием, поняв, что вопрос был задан автоматически.
— После всего происшедшего ты — я уверена — поймешь, что я не в состоянии это сделать.
— Ну конечно, — пробормотал он, залезая во внутренний карман жакета, чтобы достать длинную тонкую сигару. Он вставил кончик сигары в устройство, которое носил в кармане, и отрезал его ровно и тщательно.
— Я все понимаю. Ты потеряла сестру. Главный подозреваемый — твой любовник…
. — А как насчет Болдвина? — резко спросила Лорел, странное ощущение паники зашевелилось в ней. Как насчет?…
— Он недостаточно интеллигентен, — резко ответил Данжермон, оборвав ее и взглядом, и словами. Его глаза под темными дугами бровей были яркими и горящими, как драгоценные камни. — Он просто жулик со скверным характером и манией величия. И ты действительно можешь поверить в то, что он совершал бы преступление за преступлением и никак не выдал себя?
— Я считаю, что имеется достаточно улик, чтобы подозревать его…
— Тогда на тебя не следует обращать внимания, Лорел. — Он незаметно покачал головой, его глаза не отрывались от ее глаз. — Ты меня разочаровываешь, — прошептал он.
Медленно, почти чувственно он вставил сигару в губы. Лорел наблюдала странную завороженность, смутную нервозность. Он засунул руку в карман брюк и вытащил оттуда не ребристую золотую зажигалку, а коробок спичек. Коробок спичек цвета крови.
Лорел увидела только отдельные элементы черных букв, на коробке в промежутках между его тщательно ухоженными пальцами, в то время как он предавался блаженству раскуривания
— Это замечательный убийца, Лорел, — сказал он мягко, ненавязчиво. — Замечательный, осторожный, сильный. Необходима незаурядная сила, чтобы его разоблачить. Сила ума, сила воли.
Лорел ничего не оказала. Ее глаза были прикованы к коробку. Ее мозг уже нашел решение. Но этого не может быть. Этому должно быть объяснение. Он взял это из предметов, конфискованных К'еннером.
Или же он был убийцей и хотел, чтобы и она это знала. Данжермон с отсутствующим видом затянулся сигарой, вертя коробок спичек в пальцах, подобно факиру.
— Маскарад, — пробормотал он, — место, где никто не является таким, каким выглядит. Все мы носим маски, не правда ли, Лорел? — спросил он, приподнимая бровь. — Вся штука в том, чтобы узнать, что же под маской.
Он засунул коробок обратно в карман и зашагал прочь, дымок сигары, пахнущей вишней, струился за ним подобно магической ленте.
Глава ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ
Лорел боком сползла на сиденье «БМВ», оставаясь ногами на бетонном покрытии стоянки. Ее мозг снова кружился в мутном бездонном водовороте бесконечных вопросов и страхов. Обрывки разговоров, мыслей, чувств то появлялись, то исчезали в нем, и только один вопрос неотступно сверлил ее мозг: «Ты веришь в преступление, правда, Лорел?»
— Боже мой, Боже мой, — шептала она, вся дрожа, вспоминая вспышку света, громыхание грома, и эти зеленые глаза, вперившиеся в нее с противоположной стороны обеденного стола в Бовуаре. Слезы застилали ей глаза, и она подняла трясущиеся руки и прижала их к лицу.
Этого ее может быть. Стефан Данжермон был прокурором округа. Лига женщин-избирательниц давала обед в его честь. Он же присягнул стоять на страже закона.
Не всякий человек является тем, чем кажется. Уж тебе-то следует это знать, Лорел. Подумай об этом.
— О Господи.
Он был человеком вне подозрений. Безупречным человеком. Из одной из лучших семей Нового Орлеана. Должно быть, она ошибается. Наверняка. А коробок спичек — простое совпадение.
— Маскарад… Все мы носим маски, правда, Лорел? Весь фокус в том, чтобы понять, что под ними скрывается.
Маскарад… Это то место, куда тебе не стоило бы соваться, а тебя именно туда и понесло.
Узницы. Эни была связана. Саванна была… — Согнувшись, Лорел зажала голову между колен, потому что ее тут же" стало выворачивать, а кошмарные сцены вспыхивали у нее перед глазами. Кровь. Боль. Жуткие вопли. Нежные запястья, скрученные туго-натуго. Кровь, слишком много крови. Желудок ее был пуст, ей оставалось только давиться и кашлять в мучительных конвульсиях, тело ее изо всех сил пыталось справиться с видениями, которые донимали ее.