Питер Пэн
Шрифт:
На свете почти что не бывало такого, чего бы он не смог сделать. И вот он решил заговорить голосом Крюка.
— Эй вы там, салаги! — окликнул он пиратов. Голос был неотличим от оригинала.
— Капитан, — сказали пираты, глядя друг на друга в полном изумлении.
— Он, наверное, плывет сюда, — сказал Старки, вглядываясь в темноту.
— Мы высаживаем краснокожую на скале! — крикнул Сми в ответ.
— Отпустите ее! — донесся до них потрясший их ответ.
— Отпустить?
— Перережьте веревки и отпустите!
—
— Живо, — кричал Питер, — не то отведаете моего крюка!
— Чудно, — сказал Сми.
— Лучше выполняй приказ, — занервничал Старки.
— Есть, сэр! — крикнул Сми в темноту и перерезал веревки.
Тигровая Лилия мгновенно, как угорь, скользнула в воду.
Венди, конечно, пришла в восторг от сообразительности Питера. Но она не сомневалась, что он сам придет от себя в восторг и закукарекает и выдаст себя пиратам. Поэтому она быстро закрыла ему рот рукой. Но в этот момент раздался крик: «Стоп, там, на ялике!» Это был голос самого капитана Крюка. Венди сразу поняла: Крюк тоже находится в водах лагуны. Он плыл по направлению к скале. И поскольку пираты засветили фонарь, капитан быстро достиг ялика. При свете фонаря Венди видела, как железный коготь зацепился за борт, видела искаженное злобой лицо главаря пиратов. Он поднимался на борт, и вода стекала ручьями с его одежды. Венди хотелось немедленно уплыть прочь, но с Питером ничего нельзя поделать. Ему нравилось играть со смертью. К тому же его распирала гордость. «Разве я не молодец? Ах, какой я молодец!» — шептал он.
Пиратам не терпелось узнать, что заставило их капитана броситься в воду и приплыть к ним на скалу, но он сидел на скамейке ялика, опершись на свой крюк, и меланхолично молчал.
— Что случилось, капитан? — спросили они его робко, но он только испустил глубокий вздох.
— Он вздыхает, — сказал Сми.
— И опять вздыхает, — добавил Старки. И снова вздох.
— Что происходит, капитан? Наконец он им ответил.
— Веселенькие игры происходят! — закричал он. — Мальчишки нашли себе маму.
Хоть Венди и было до ужаса страшно, но она все равно исполнилась гордости.
— Какие печальные вести! — воскликнул Старки.
— Что такое «мама»? — полюбопытствовал невежественный Сми.
— Он не знает! — не удержалась Венди и тут же подумала, что если бы встречались на свете ручные пираты, то она приручила бы Сми.
Питер тут же заставил нырнуть ее под воду. Крюк вскочил и стал пристально глядеть на воду.
— Что это было?
— Я ничего не слыхал, — сказал Старки и поднял фонарь, чтобы посветить на волны.
Пираты стали всматриваться и увидели нечто странное. Это плыло по волнам гнездо, в котором неподвижно сидела, высиживая птенцов, птица Нет.
— Гляди, — сказал Крюк, как бы в ответ на вопрос Сми. — Вот это и есть «мама». Смотри и запоминай. Гнездо свалилось в воду, но мать
Что-то дрогнуло в его голосе, точно он вспомнил свое детство, но он тут же отогнал всякие воспоминания, взмахнув своим когтем.
Сми, на которого птица произвела сильное впечатление, в удивлении глядел на проплывающее гнездо. Но подозрительный Старки заметил:
— Если она мама, то, может, она болтается тут, чтобы помочь Питеру.
— И я того же опасаюсь, — сказал Крюк.
— Капитан, — сказал Сми, — а не могли бы мы выкрасть у мальчишек их маму и сделать ее своей?
— Богатая мысль, — сказал Крюк и тут же начал набрасывать план операции: — Мы утащим их всех вместе. Мальчишек отправим на дно, а Венди будет нашей мамой.
Снова Венди забыла об осторожности.
— Да никогда! — закричала она.
— Что это?
Но они опять ничего не смогли разглядеть. И подумали, что, может, это на берегу прошелестел опавший лист.
— Так вы согласны, мои разбойнички? — спросил Крюк.
— Вот моя рука, — сказали оба торжественными голосами.
— А вот — мой крюк! Клянитесь!
И они поклялись. Ялик все еще находился возле скалы, и Крюк неожиданно вспомнил про Тигровую Лилию.
— Где краснокожая? — спросил он резко.
— Все в порядке, капитан, — отозвался Сми. — Мы ее отпустили.
— Отпустили?! — заорал Крюк.
— Ты сам приказал, — сказал Сми.
— Ты крикнул нам из темноты, — подтвердил Старки.
— Сера и ад! — завопил Капитан. — Что это еще за надувательство ?
Его лицо почернело от злости, но он увидел, что они в самом деле верят в то, что говорят. И он испугался.
— Ребята, — сказал он, слегка поеживаясь, — я такого приказа не давал.
— Странно, — сказал Сми.
И они все заерзали на лавках.
— Дух, который царит в эту ночь над лагуной! — закричал Крюк, но в голосе его была дрожь. — Слышишь ли ты меня?
Тут бы Питеру резонно было бы помолчать. Но он, конечно, не смолчал. Он тут же отозвался голосом самого Крюка:
— Печенки-селезенки, черти и дьяволы, я тебя слышу!
Надо сказать, что в этот отчаянный миг Крюк даже не дрогнул, а Сми и Старки в ужасе прижались друг к другу.
— Говори, кто ты такой?
— Я — Джеймс Крюк, — ответил голос. — Капитан «Веселого Роджера».
— Что ты врешь! — закричал Крюк хриплым голосом.
— Сера и ад, — возразил ему голос. — Повтори только, что ты сказал, и я всажу в тебя якорь!
Но Крюк уже знал, кого подозревать в этой игре, и поэтому, ничего не боясь, старался искусно расставить ловушки.
— Если ты — капитан Крюк, то скажи мне, кто же тогда я?
— Треска, — ответил голос. — Всего-навсего треска. Крюк заметил, что его парни сразу от него отпрянули. '»