Письма Президента
Шрифт:
– Аля, – сказал решительно Стерн, – Нам надо уходить… И чем скорей мы это сделаем, тем будет лучше.
– Опять бежать, – вздохнула Алиса Сергеевна, но послушно встала. – Только в таком виде, – остановил её Стерн, – мы с вами никуда не пойдём. Вас могут узнать. Поэтому будем маскироваться.
– Но у меня нет усов, – попробовала пошутить Алиса Сергеевна, и Стерн обрадовался: раз шутит – значит, уже окончательно пришла в себя. Это – хороший признак!
– А нам и не нужно усы! – и Стерн изложил свой план. Алиса Сергеевна возмутилась было – настолько предложение её товарища
Через полчаса водитель чёрной «шестёрки» увидел голосующую на обочине пару – и машинально притормозил. Правда, тут же пожалел, что сделал это. Потому как пара ему не понравилась категорически. Мужчина был лысым, как бильярдный шар, и пьяным до изумления, удивительно, как ещё он держался на ногах и даже проявлял какое-то подобие энтузиазма. В одной руке у него была сумка, откуда приветливо выглядывали горлышки бутылок, а другой он крепко прижимал к себе свою спутницу.
Водитель перевёл на неё взгляд – и тут же захотел сплюнуть. Та ещё была особа! Чисто уличная шалава! Размалёвана, как смертный грех, пьяна в стельку, да так, что еле на ногах стоит, и одета в такое платье, что даже в приёмник-распределитель её постеснялись бы взять!
Водитель хотел было тронуться, но лысый сунул ему под нос сто «баксов» и попросил – довольно, впрочем, вежливо: – Слышишь, братан, давай-ка за город, на природу, а? Видишь, хотим с подругой шашлычками побаловаться…
– Куда именно? – тактично осведомился водитель. Деньги перевесили его брезгливость.
– А куда-нибудь подальше отсюда! – лысый как-то не по пьяному заржал и сноровисто заволок слабо сопротивляющуюся подругу в салон. Водитель пожал плечами и вдавил педаль газа.
Через пост ГИБДД они проскочили на удивление легко – двое инспекторов с автоматами заглянули в машину, но, узрев полупьяных пассажиров, даже не стали и документов у них требовать, лишь махнули руками: мол, проезжайте скорее!
А ещё через двадцать минут, Антон появился в квартире, где он оставил Стерна с Терентьевой. Вместе с ним были трое охранников из его фирмы – и двое «референтов» Гарнича – во всяком случае, так они сами себя назвали. Но в квартире уже никого не было. Что Антона очень расстроило.
Вице-спикер Гарнич и глава областного УВД генерал Локтев встретились на конспиративной квартире генерала на следующее утро после исчезновения Терентьевой. Инициатором встречи выступил Локтев.
– Ну, привет, ПУТАТ! – весело хмыкнул генерал, протягивая Гарничу руку – и тот, поморщившись, нехотя пожал её. – Чего ж ты, старина, так облажался? А? Ну, понадобилась тебе эта баба, так нашёл бы кого-нибудь по-интеллигентнее, чем своих головорезов к ней засылать!.. Да и они тоже хороши – пальбу в городе устроили! Хорошо хоть не зацепили никого! Впрочем, это ещё вопрос, что не зацепили – этих парнишек уголовных у Терентьевой кто успокоил? А? Тень отца Гамлета?
Он пытливо посмотрел на Гарнича. Обычно никогда за словом в карман не лезший, депутат на сей раз на подначку
Вице-спикер сегодня был явно не в духе. А вот сам генерал чувствовал себя превосходно. Бессилие могущественного приятеля-патрона его откровенно радовало. Как и любого холуя, ставшего свидетелем прокола своего ХОЗЯИНА.
Правда, Локтев был достаточно умным человеком, чтобы не демонстрировать свою радость слишком явно. Ведь несмотря ни на что, Гарнич по-прежнему оставался тем, кем он и был: известным политиком и миллиардером.
– Кто отправил ОМОН к Терентьевой? – спросил наконец Гарнич.
Локтев хотел было снова отпустить шпильку в его адрес, но, поймав полный ярости взгляд вице-спикера, мгновенно сообразил, что шутки – кончились, и, подобравшись, чётко, как большому эмвэдэшному начальству, доложил – стараясь быть кратким и точным:
– Я получил приказ. Из министерства. Мне поручили проконтролировать изъятие определённых документов, которыми располагала эта женщина. Командовали операцией двое москвичей. С удостоверениями сотрудников Службы охраны президента. ОМОН они взяли для усиления.
– А почему не ФСБ? Вроде бы близкие Конторы…
– Откуда я знаю – почему? Это у Москвы надо спрашивать, а не у меня, моё дело, сам понимаешь, маленькое: приказали – исполняй без рассуждений!
– Куда ты дел моих идиотов?
Генерал пожал плечами: – Туда, куда им и положено – в камеру. Ими сейчас прокуратура и чекисты занимаются. Колют парней, аж треск стоит! Могут и к тебе наведаться.
Услышав эти слова, Гарнич ссутулился, сразу постарев лет на десять. Спросил глухо:
– Вытащить их можно?
Но генерал только головой покачал:
– Извини, дружище, но на них – ТРУПЫ! Прокуратура на ушах стоит, мне уже звонил Гусев… Крови твоей никто не жаждет, но … В общем, ТЕРЕНТЬЕВУ ТЕБЕ ПРИДЁТСЯ СТДАТЬ! Это залог того, что к тебе никаких претензий СВЕРХУ, – он многозначительно показал глазами на потолок, – предъявлять не станут.
Гарнич вполголоса выругался. Что ж, хоть за это – спасибо! Хотя и обидно. Так легко ведь всё начиналось! Но если не везёт, так не везёт с самого начала! Ну, какого хрена он вообще отправил к этой дуре Кронина, да ещё и вместе со своими людьми?
Он же бизнесмен, его интересы в равной степени далеки и от охотничьих угодий Папаши, и от сферы деятельности команды Громова.
Зачем ему вообще понадобились эти полумифические письма? Единственное объяснение, которое всё оправдывает: сработал рефлекс делового человека. Раз появилось на горизонте что-то занятное, хотя, может быть и не совсем в ближайшее время нужное – надо брать! Потому как второй раз такой случай может и не подвернуться.
Нет, но всё же, как ловко и, главное – быстро! – его вышвырнули из игры! Ну, зачем, спрашивается, этим придуркам понадобилось стрелять? Ведь не мальчишки, да и на предателей не похожи, в своё время проверены – перепроверены неоднократно. И сомневаться в их лояльности поводов до сих пор не было. А этими смертями они ему такую свинью подложили!