Письма Амарант
Шрифт:
Ну как можно продать билеты на концерт “Нежных упырей”?! Это же… они же… Они такие!
— Но в итоге решил отдать тебе, — небрежно продолжил Чарли.
Дженни восторженно взвизгнула и бросилась ему на шею. Чмокнула в щеку и тут же залилась краской и отползла обратно на свое место.
Как-то это неправильно — вешаться на парня. Особенно если этот парень тебе ну очень нравится, и так и хочется на него повесится.
Чарли, впрочем, совершенно не выглядел недовольным таким проявлением благодарности. Скорее наоборот.
—
У мужчин “упыри” вызывали неконтролируемую злобу. Слушая желчные, полные яда комментарии, Дженни всегда удивлялась — откуда такая ненависть? Словно само существование этих красивых как с картинки, талантливых мальчиков оскорбляло любого представителя сильного пола.
Чарли в этом отношении отличался от ровесников. Да, он тоже был равнодушен и к текстам “упырей”, и к волшебным голосам солистов-оборотней. Но Дженни ни разу не слышала от него уничижительных и гадких слов в адрес своих кумиров.
— Конечно, если пригласишь.
От его улыбки Дженни почувствовала себя самой счастливой девушкой на свете.
— Приглашу, — прошептала она, убирая подарок.
— Повезло, что ди Форкалонен не взял их.
— Что?! — от упоминания демона она вздрогнула и чуть не пролила колу.
— В качестве ставки. Сказал: “Я что — похож на визжащую тринадцатилетнюю нимфетку с мокрыми трусиками? ”, — оборотень очень похоже изобразил интонации Раума, его манеру растягивать слова.
Легок на помине! Стоило упомянуть наследника ди Форкалонена, как тот возник на пороге кафе. Взгляд демона обежал зал и остановился на Дженни.
— О не-е-ет! — простонала она.
Вечер же так чудесно начинался! Вот надо было явиться Рауму, чтобы все испортить!
В том, что демон пришел именно для этого девушка ни секунды не сомневалась.
На мгновение воспоминание о вчерашней дико непристойной игре заставили ее щеки полыхнуть румянцем. А потом Дженни до смерти испугалась, что Раум расскажет Чарли, чем именно она заплатила за долговые расписки. И это сейчас, когда он впервые обратил на нее внимание после стольких лет безнадежного ожидания!
“Если он сделает это, я умру! Просто умру! ”, — твердила девушка, затравленно наблюдая, как Раум пересекает зал. Чарли проследил за ее взглядом и тоже резко стушевался, оборвав свою речь на середине.
— Доброй ночи, детка, — поприветствовал ее Раум голосом до того вкрадчивым и приторным, что аж во рту сладко стало. — Я проезжал мимо и увидел тебя в окне. Решил зайти поздороваться.
И не дожидаясь приглашения, сел на свободный стул и завладел последним куском пиццы.
Дженни набычилась, чувствуя, как страх и смущение уступают место ярости. Этот мерзкий, наглый, отвратительный демон! Да что он себе позволяет!
— Вообще-то тебя не звали, — зло выговорила она, четко артикулируя каждую
— Меня это совершенно не беспокоит, сладенькая, — безмятежно заверил ее демон.
Девушка бросила просительный взгляд на Чарли. По-хорошему именно мужчина должен был выгонять незваного гостя из-за стола. Оборотень смущенно кашлянул.
— Послушай, Раум…
— А, привет, малыш Чарли, — с таким видом, словно только его заметил, отозвался ди Форкалонен.
— Тебе не кажется, что твое присутствие здесь неуместно?
— Отнюдь. Я так понял, у вас тут сценка: “Спасенный юноша благодарит героическую деву, освободившую его от злобного демона”. Ну и подумал: без злобного демона не получится кворума.
— Обойдемся, — нелюбезно буркнула девушка. — Вали отсюда, гов… — она осеклась, заметив косой взгляд Чарли. Вспомнилось, как в прошлом году на его дне рождении Чарли рассуждал, что ужаснее сквернословящей девушки только девушка, которая курит. Дженни еще тогда порадовалась, что не курит и зареклась, что никогда даже пробовать не станет…
А вот ругалась она частенько, был грешок. И оборотню никогда это не нравилось, в детстве он обещал рот с мылом ей вымыть, если будет при нем выражаться.
Так что вместо оскорбления она просто прожгла демона уничижительным взглядом, мысленно обещая оскальпировать его по примеру давних степных предков, если он не уберет немедленно свою задницу из пиццерии.
— Уйду, детка. Считай, меня здесь уже нет, — демон похабно подмигнул Чарли. — Ты уж постарайся как следует ночью отработать свое спасение, Маккензи. Надеюсь, девушка останется довольна.
Это уже тянуло на прямое оскорбление, и Чарли вскочил, сжимая кулаки.
— Ты что себе позволяешь?!
На мгновение Дженни удивилась: почему он медлит? Почему просто не даст Рауму в морду? Чарли никогда не был трусом.
А потом вдруг вспомнила, что подобный удар от оборотня мог расцениваться демоном, как вызов на дуэль, и заледенела, мысленно умоляя парня не делать глупости. Потому что настоящая дуэль проходит в истинном облике, и никакой оборотень не выстоит против демона дольше пяти минут. Раум может порвать Чарли просто на кровавые клочки, а ему за это ничего не будет!
Раум прожевал пиццу, беззастенчиво отхлебнул из стакана оборотня и рассмеялся.
— Шутка! Кстати, — это он произнес уже обращаясь к Дженни. — У меня для тебя кое-что есть, детка.
С этими словами он положил на стол сверток. Дженни взяла его под подозрительным взглядом Чарли, ощущая непреодолимое желание стукнуть этим самым свертком демона по голове.
К сожалению, она догадывалась, что внутри. А на новый постограф копить минимум три месяца.
— Она так торопилась сегодня покинуть мою машину, что забыла кое-что, — пояснил, словно между делом Раум для оборотня. — Почти как в сказке. Ну, той, про туфельку.