Пираты Малайзии
Шрифт:
— Из леса, капитан.
— А где Дева?..
— В форте.
— Ты уверен?..
— Я ее оставил два часа назад под охраной Коти.
Сандокан облегченно перевел дух.
— Я начинал уже опасаться, — сказал он. — Как она?
— Прекрасно.
— Что она делала?
— Когда я уходил, она спала.
— Ты не заметил в окрестностях ничего подозрительного?
— Я нет, но Коти сегодня утром видел человека, который шел вдоль берега и с любопытством поглядывал на форт. Заметив, что
— А ты сам видел его, этого человека?
— Я искал его, но не смог обнаружить.
— Неужели шпион раджи? — спросил Янес.
— Вполне вероятно, — озабоченно ответил Сандокан.
— А вдруг они явятся сюда и нападут на нас?..
— Это не исключено.
— Что ты собираешься делать?
— Покинуть эти места, как можно скорее. Все в шлюпку!
Оба главаря и их люди сели в шлюпку, пересекли полосу воды шириной метров в триста и высадились у подножия форта, где их ожидал Коти.
— Спит еще Ада? — спросил Сандокан.
— Да, капитан.
— Ничего не случилось?
— Нет.
— Пойдем посмотрим на нее, — предложил Янес.
Сандокан показал ему на Тремаль-Найка, которого положили на подстилку из травы и зеленых листьев.
— Осталось несколько минут до полудня, — сказал он. — Подождем, пока он проснется.
Он приказал своим людям войти в форт, а сам устроился рядом с индийцем, который все еще не подавал признаков жизни. Янес закурил и сел рядом с ним.
— А долго он будет приходить в себя! — спросил португалец после нескольких затяжек у Сандокана, внимательно смотревшего в лицо индийца.
— Нет, Янес. Я вижу, что кожа у него понемногу приобретает свой естественный цвет. Это знак того, что кровь начинает активнее циркулировать.
— Ты сразу покажешь ему Аду?
— Нет, не сразу, но до вечера обязательно.
— Она узнает его, бедняжка?
— Наверное.
— А если она не узнает его? Если разум не возвратится к ней?
— Возвратится.
— Сомневаюсь, дружище.
— В таком случае произведем опыт.
— И какой же?
— В свое время я тебе это скажу.
— А почему не…
Слабый вздох внезапно приподнял широкую грудь Тремаль-Найка и заставил его губы слегка задрожать.
— Он просыпается, — прошептал Янес.
Сандокан склонился над индийцем и положил руку ему на лоб.
— Сейчас проснется, — подтвердил он.
— Сразу?
— Сразу.
— Без всякого укола?
— В этом нет необходимости, Янес.
Второй вздох, сильнее первого, вновь приподнял грудь Тремаль-Найка, и его губы опять шевельнулись. Кисти рук медленно сжались в кулаки и так же разжались, по всему телу пробежала дрожь и наконец открылись глаза.
Расширившись, они остановились на Сандокане.
Несколько мгновений
— Жив!.. Все еще жив!.. — пробормотал он, проводя по лицу руками.
— И свободен, — сказал Янес.
Тремаль-Найк посмотрел на португальца. Он узнал его сразу
— Вы!.. Вы!.. — воскликнул он. — Но что произошло? Как я оказался здесь? Я спал?..
— Черт побери! — воскликнул Янес, смеясь. — Вы не помните ту пилюлю, которую я дал вам в форте?
— Ах да!.. Теперь вспоминаю… вы приходили повидать меня… Вы искали у меня на груди татуировку… Ах сударь, как я благодарен вам, что вы меня освободили!..
Сказав это, Тремаль-Найк вдруг бросился Янесу в ноги. Тот поднял его и крепко прижал к груди.
— Как вы добры, сударь! — вскричал индиец, к которому, казалось, вернулись все его силы и который был вне себя от радости. — Свободен! Наконец-то, свободен!.. Благодарю вас, сударь, благодарю!..
— Благодарите этого человека, Тремаль-Найк, — сказал Янес, указывая на Сандокана, который, скрестив руки на груди, взволнованно смотрел на индийца. — Именно ему, Тигру Малайзии, вы обязаны своей свободой.
Тремаль-Найк бросился к Сандокану, который сказал, в свою очередь обняв его:
— Ты мой друг!
В этот миг за их спинами раздался радостный крик.
— Мой хозяин!.. Мой добрый хозяин!..
Каммамури, который только что вышел из форта, несся к ним со всех ног.
Тремаль-Найк бросился к своему верному маратху, который, казалось, был без ума от радости. Два индийца обнялись и молча стояли, не в силах вымолвить ни слова.
— Каммамури, мой храбрый Каммамури! — воскликнул наконец Тремаль-Найк. — Я думал, что никогда больше не увижу тебя на этом свете. Но как ты оказался здесь? Значит, тугсы не убили тебя?
— Нет, хозяин, нет. Я убежал, чтобы искать тебя.
— Искать меня? Но разве ты знал, что я здесь?
— Да, хозяин, я это знал. Ах хозяин! Как я оплакивал тебя после той роковой ночи. Я сжимаю тебя в объятиях, я вижу тебя, но мне не верится еще, что ты жив и свободен. Мы не расстанемся больше?
— Нет, Каммамури, никогда.
— Мы будем жить вместе с господином Янесом и с Тигром Малайзии. Какие люди, хозяин, какие люди! Если бы ты знал, сколько они сделали для тебя! Если бы ты знал, сколько схваток…
— Остановись, Каммамури, — с улыбкой сказал Янес. — Другие сделали бы то же, что и мы.
— Это неправда, хозяин. Ни один человек никогда не сможет сделать то, что сделали Тигр Малайзии и господин Янес.
— Но почему вы так заинтересовались моей судьбой?
– спросил Тремаль-Найк. — Ведь я никогда вас не видел, господа.