Пилот ракетоносца
Шрифт:
Между тем, скорость достигла 63 % от максимума и все еще продолжала расти.
"Время!"
Эрик выпустил имитаторы и ловушки и начал противоракетный маневр. И вот этот слалом был поистине ужасен. Просто агония, если честно. Однако продлилось это, к счастью, недолго. Во всяком, случае, когда Эрик снова пришел в себя, он все еще был жив, скорость возросла еще на 11 %, и "Вымпел" неожиданно оказался на расстоянии "пистолетного выстрела" от перекрывшего ему путь тяжелого крейсера. Как раз в этот момент с крейсера по Эрику начали лупить лазерные
Поймав корпусом с десяток осколочных попаданий и два удара лазерами, "Вымпел" совершил невероятный маневр уклонения и все-таки ворвался внутрь вражеского ордера. Теперь медлить было нельзя, потому что счастье недолговечно, а фортуна изменчива. Но главное, Эрик чувствовал, что уже балансирует на грани и в любой момент может потерять сознание. К тому же он добился, чего хотел — прямо по курсу величаво плыл носитель, с которого лихорадочно уходили истребители и прочая мелюзга.
"Покойся с миром…"
Последним усилием Эрик произвел пуск оставшихся шести ракет и хотел уже вырубить подпространственный привод, но в этот момент рядом с "Вымпелом" сдетонировала запущенная вражеским истребителем ракета, осколки ударили по корпусу, и Эрик окончательно отключился.
2. Десятого июня 2531 года, система звезды Уилберга
Возвращаться не хотелось. Хотелось умереть окончательно, но с упорством достойным лучшего применения кто-то не позволял ему уйти навсегда.
— Эрик, твою мать!
Ну, конечно, командир своего не упустит.
— Я сирота, — сказал Эрик, открывая глаза.
— Но когда-то же она у тебя была… — пожала плечами Эльга. — Ты как?
— Даже не знаю, что тебе сказать…
Ощущения были странными. Ноющая боль во всем теле и одновременно некая легкость в нем же. Голова пустая, но при этом болит. В общем, не пойми, что.
— А конкретнее?
— Жив, — вздохнул Эрик. — Чувствую себя хреново, но, вроде бы, ничего смертельного. Сколько времени я был в отключке?
— Двадцать семь часов…
"Двадцать семь часов? Царица небесная! Да что же здесь произошло?"
— Если можно, хотелось бы поконкретнее…
— Конкретно, что-то пошло не так, и Вымпел вошел в прыжок.
— Далеко?
Могло ведь кинуть куда угодно.
— Да, нет, — пожала плечами Эльга, сидевшая у Эрика в ногах. А сам он, к слову, все еще находился в ложементе, только был не пристегнут и без шлема. — Всего полторы астрономические единицы. Мы дрейфуем на самом краю системы.
— Что значит, дрейфуем? — Эрик приподнялся и осмотрел командно-боевой модуль. Все было на месте, даже Грег, занятый какими-то вычислениями.
— У нас нет хода, — объяснила командир. — Двигатели в ноль. Очень
— Наверное, это из-за взрыва… В смысле, прыжок.
— Возможно.
— Как остальные?
— Все целы…Отделались легким испугом.
— Мы без хода и?
— Три часа назад удалось связаться с одним из фронтиронских кораблей. Они нас забрать не могут, фрегат секретный, сам понимаешь.
— Но нашим-то они передали?
— Передали.
— И что дальше?
— Наши обещали быть не раньше, чем через сутки.
— Мило…
— Да, как-то так, — согласилась Эльга. — Но, с другой стороны, грех жаловаться. Мы целы, система жизнеобеспечения, хоть и покоцана, но не слишком. Сутки всяко-разно продержимся.
— Ладно, — согласился Эрик. — Теперь рассказывай о сражении.
Он уже понял, что империя победила, иначе какая, к черту, связь! Но все-таки хотелось знать подробности.
— Мы все после прыжка еще несколько часов были не в форме, так что самое интересное пропустили. Но у нас сохранились записи с наших собственных камер плюс, пусть и с опозданием, но к нам снова приходит рассылка оперативных данных. Сам потом посмотришь, а пока скажу тебе, Рик, самое главное. Мы… Ну, то есть, не мы, Эрик, а ты… Ты убил им тяжелый крейсер. Два попадания в корпус, как на учениях. Первая ракета пробивает коридор, вторая убивает. Там, может быть, живые и остались, но ход он потерял, так что теперь, по любому, будет наш. Но это крейсер, а вот корабль-матку ты, Рик, считай, насмерть убил. Пять попаданий из шести, и все в яблочко. Это конечно уже от везения зависит, но тебе и всем нам сказочно повезло: у них, видимо, боезапас сдетонировал, а потом, до кучи, главный двигатель рванул.
— Так не бывает…
— Я тоже так раньше думала, но факт налицо.
— То есть, мы им ордер все-таки взломали?
— Так точно, пилот! Вскрыли, как консервную банку! Наши, те, кто шел вслед за нами с отставанием по времени, завалили еще один крейсер и подранили второй… но и сами получили по максимуму.
— Совсем? — Эрик предполагал, что все так и случится. И не только с теми двумя, но и с ними самими. Слишком плотный заградительный огонь… То, что он уцелел, было чудом. То, что не уцелели они, — статистикой военного времени.
— Расстреляли влет.
— Жалко ребят…
— Эрик, из нашей бригады, похоже, только мы уцелели. В других бригадах уничтожена половина бортов, а остальные покалечены. Ты же догадываешься, почему за нами придут только через сутки.
— Догадываюсь, — признал Эрик, с ужасом представляя себе размеры потерь. — Дальше давай!
— Мы им треть эскадры за час боя уничтожили. Истребители тоже между собой сошлись, но наши оказались круче… А когда начали подтягиваться тяжелые корабли, "халифы" совсем спятили. Окончательно потеряли строй… Тут их фронтироны и ударили, сразу во фланг и в тыл… Дай бог, если треть кораблей ушла в прыжок. В общем полный разгром!