Пилот на войне
Шрифт:
Теперь Шираз сидел за пулеметом, прикрытый разрушенной стеной и развороченным контейнером.
Очередь. Русские залегают. Еще очередь. Бежать, к дэвам бежать, сейчас по позиции выстрелит танк!
Так и есть. Шираз едва успел перекатиться за контейнер, как его недолгое укрытие потонуло в облаке дыма. Грохот.
Он бросил туда гранату в режиме «мина» — будет сюрприз. Полминуты. Снова взрыв и упоительные крики боли!
Шираз выставил ствол за контейнер и дал очередь. И еще одну, уже высунувшись на полкорпуса. И бежать, бежать! Стальной борт в трех местах прошили снаряды интегрированного
Он стремительно переместился в проход с другой стороны. Стена обвалена, если зайти атакующим в тыл, можно отстреляться и, пожалуй, выбраться с проклятого склада. Аккуратно, но быстро до стены. Взгляд за угол.
Так и есть. Странный осназ втягивается в пролом. Туда, где он сидел минуту назад. Странный осназ. «Валдай» и еще какие-то непонятные тяжелые скафандры, почему-то покрашенные в белый цвет вместо стандартного нанопокрытия «хамелеон».
Ну что…
Шираз пригнулся, перескочил через гору битого бетона, перекатился, вскочил на ноги… И дал очередь! Прямо на него несся огромный осназовец в «Валдае» максимально возможного размера!
Непостижимым образом здоровяк разминулся с пулями. Шираза с чудовищной силой таранил приклад. А потом сверху навалилась туша осназовца. Забрало открылось, и в створ шлема влетел бронированный кулак. Свет погас. Больше лейтенант ничего не видел.
Тяжелый авианосец «Римуш»,
военно-космический флот Великой Конкордии
Орбита планеты С-801-7, система С-801
Откуда появились неизвестные линкоры, капитан первого ранга Бехзад Кавос не знал. Или не линкоры? Ведь у линкоров в обязательном порядке имеются башни артиллерии главного калибра!
Рассмотреть корабли получилось неожиданно хорошо.
Кильватерный строй из четырех авианосцев — «Римуш», «Джамаспа», «Фрашаостра» и «Хварэна» — парил на недосягаемой для вражеского ПКО высоте. Чуть ниже работали «Шапур» и «Йездигерд», укладывая по запросам с земли снаряды и ракеты.
Победа. Несомненная победа. По всем канонам.
Вот они, ее подтверждения! В виде обломков крепостей, которые кружат теперь по орбите! Чаю на ГКП! Сладкое шипучее вино будет потом, пока всего лишь чай! За победу!
И вдруг экран радара ожил. В шести километрах от «Римуша»! Между колонной авианосцев и линкорами появились два звездолета. Так корабли материализуются после X-перехода. Неяркое свечение — и из небытия появляется корабль.
Но так не бывает! Пара вымпелов первого ранга не может выйти в пространство столь синхронно и с такой точностью!
Бехзад Кавос даже наклонился к голограмме и потер глаза.
Черные акулы длиной, пожалуй что, с дредноут… только без башен ГК.
Черные корабли открыли огонь. Первых залпов капитан не видел, так как они адресовались «Шапуру» и «Йездигерду». А вот потом… Борта, обращенные к нему, окрасились малиновыми вспышками.
Еще вспышки!
Да, это пуски ракет!
Весь ГКП потрясенно молчал. В полной тишине было слышно, как на палубу льется струйка воды из чашки штурмана.
«Римуш» заметно качнулся. Послышался рокот. Еще вспышки. Неизвестные
В панораме разлетались на куски «Шапур» и «Йездигерд». Минута. Всего одна минута.
Ожила трансляция. Экстренная трансляция:
— Говорит адмирал Шахрави! Всем, кто меня слышит! Приказываю немедленно отступать! Авианосцам: при невозможности осуществить немедленный прием флуггеров уходить без них! Повторяю: немедленное отступление! Русскими применено неизвестное оружие! Потери угрожают стать совершенно неприемлемыми! В бой не вступать! Командую отход к оперативной базе «Вара-12»! К исполнению!
«Что это… просвети, о Ахура-Мазда!» — лихорадочно думал капитан, а вслух сказал:
— Старший помощник! Наши истребители идут по орбите в квадрате 34–24?
— Так точно!
— Передайте им, чтобы следовали на авианосец «Ратуштар» — он как раз в том квадрате.
— Пилот-навигатор!
— Я!
— Немедленно разворачивайте корабль, будем уходить. Связь с эскадрой мне.
Поняв, что связист молчит, капитан развернулся. Офицер связи стоял перед пультом, бледный как простыня.
— В чем дело?! Я сказал: связь с эскадрой!
— А… г-г-осподин капитан… Эскадры больше нет, мы одни…
— Что-о-о?! — взревел Кавос и ударил кулаком по пульту, активируя тактическую голограмму.
Так оно и было. «Джамаспа» и «Фрашаостра», подраненные в бою с «Кавказом» и «Белоруссией», разваливались на глазах. Собственно, «Джамаспы» больше не было — лишь куча крупных обломков, в которых угадывалась форма недавно могучего звездолета. «Фрашаостра» распался ровно по центру, и теперь две его половины, искря разломами, дрейфовали по орбите. «Хварэна» агонизировала, исторгая из-под обшивки клубы мгновенно рассеивающегося огня. Два оставшихся в эскорте фрегата спешно отваливали из боя с тяжелыми повреждениями, а связи с ними не было — все вызовы они игнорировали.
К «Римушу» же полным ходом летела стая флуггеров. Не меньше четырех десятков. Корабельный парсер узнал сигнатуры «Дюрандалей», «Фульминаторов» и десантно-штурмовых «Фаланг».
— Пилот, доложите текущую скорость… проще говоря, мы успеем оторваться от флуггеров врага? — спросил капитан, заранее зная ответ.
Впрочем, ответа он не дождался, так как заговорил связист:
— Господин капитан! Вас вызывают… с тех самых флуггеров! Мы… вы желаете отвечать?
Капитан оглянулся и тяжко осел в кресле. Вздохнул.
— Давайте связь.
По ГКП раскатился чужой голос. Ненавистная русская речь и синхрон электронного переводчика.
— Вызываю командира авианосца «Римуш» или следующего старшего по званию офицера!
— Говорите, — сказал капитан.
— Ашвант Бехзад Кавос?
— Это я.
— Встаньте на путь Солнца. На связи специальный уполномоченный Совета Обороны Иванов. Господин капитан, уважая ваше мужество, предлагаю вам заглушить двигатели и сдаться. Иначе «Дюрандали» подавят ПКО, а осназ возьмет корабль штурмом. Вам не уйти, вы понимаете. Предлагаю почетную сдачу. Вам гарантировано уважительное обращение, сохранение знамени корабля, личного оружия. На размышление даю десять минут. Через десять минут я снова выйду на…