Пилот-девица

Зорич Александр

Куда именно задевался Пивень, без устали обсуждали в трапперской пивной все последние дни.

Версии озвучивались разные.

"Инфаркт, мужик он уже немолодой."

"Сбежал, потому что денег был должен серьезным людям."

"Ухнул в промоину – и с концами!"

Но версии версиями, а реальность, данная в ощущениях, была одна: спасмероприятия ничего не дали, за два дня от бедолаги не дождались ни ответа, ни привета. Хоть бы какой хрип в рации, хоть бы одна сигнальная ракета!

В общем, опрятная каморка цувертера Пивня теперь пустовала. За зверьми

ухаживать было некому, кроме охранника, инвалида Жиля.

Жиль был ленив, немолод, одноног и, главное, находился на особом счету за давние заслуги перед кланом. И, стало быть, убирательно-кормительную работу смотрителя считал для себя унизительной.

А диковинных животных в зверинце "Алых Тигров" было ох немало! И каждое требовало своего особого подхода.

Взять хотя бы исполинскую морскую звезду по имени Марина с планеты Желтый Мыс.

Для нее специальные устройства воссоздавали ядовитый океан ее буйной родины. Устройства, случалось, барахлили, заканчивались реактивы, да и грубияны-трапперы то и дело пугали нежную красавицу, стуча кулаками по бронестеклу аквариума.

Или вот, к примеру, паук-попрыгун, названный Вратарем за свою страсть повисать на декоративных воротцах.

Кормить Вратаря нужно было только особыми улитками с его родной планеты Квай, непременно живыми. И не просто так "кормить", а закладывать тушки в специальную пушечку наподобие тех, которые плюются мячами на теннисных кортах. Пушечка выстрелит улиткой в паука, паук подпрыгнет, поймает улитку и вуаля – позавтракал!

Что уж говорить о знаменитом пельтианском халкозавре!

Зверь этот, помимо свирепости, отличался отвратительным нравом. Он был агрессивен, как сто бойцовых псов и при этом глуп, как амеба. Но даже у такой няшки были особые требования!

Например, ему надо было подтачивать когти особой машинкой, предварительно обездвижив в углу вольера при помощи механических манипуляторов. А чтобы у него не пересыхали трахеи, требовалось два раза в день включать в гигантском вольере установки искусственного дождя.

Гай Титанировая Шкура уже многажды давал себе зарок не связываться с пельтианскими халкозаврами – одинаково утомительными и в ловле, и в содержании – а главное, лично ему, тигру, чем-то невыразимо антипатичными. Но всякий раз жадность побеждала. Вот и сейчас богатый клиент из числа потомственных нефтяников Директории Ислам пообещал ему сумму, отказаться от которой Гаю не хватило моральных сил.

Украшением зверинца по праву считался крупный (с хвостом – три метра) и вполне половозрелый василиск.

Это исключительно редкое животное, на воле обитающее в подземных кристаллических лесах, что заполняли пещерные комплексы нескольких погасших вулканов планеты Наотар, было старожилом форта "Вольный".

По сути, василиска – единственного из всех – не предполагалось никому продавать или дарить.

Когда-то от этого экземпляра отказался клиент (точнее, клиента попросту застрелили), а новых желающих купить диковину никак не находилось...

В итоге

Гай, а вместе с ним и его соратники так привыкли к уроду, что уже не могли себе представить жизни без него. Фактически, василиск, которому дали регбистское имя Буч, стал своего рода талисманом трапперского клана "Алые Тигры".

Ни на одно животное не похожий, Буч на длинных, как бы птичьих ногах с цепкими пальцами и длинными когтями медленно носил свое тучное, но при этом гибкое, покрытое крупными, антрацитно блестящими чешуями тело по вольеру и изредка издавал звуки, похожие на шипение крупной змеи.

Несмотря на годы, прожитые в одном и том же тесном вольере, василиск с энергичным изумлением вертел своей ящерообразной головой на длинной лебединой шее и взгляд его как будто спрашивал сердито: "Это что еще такое? Куда меня занесло?"

Солнечного света василиск совершенно не переносил. Как и вообще любых плотных фотонных потоков из середины оптического спектра. Василисе было велено никогда и ни за что животину ярким светом не освещать.

Жиль рассказал Василисе, что голосовые связки василиска Буча подрезали в первый же час после его поимки. В природе голос василиска похож на визг циркулярной пилы, а вовсе даже не на змеиное шипение, по децибельной же громкости приближается к пневматическому молотку!

Но дело даже не в децибелах. А в том, что некоторые частоты издаваемых василиском звуков – и дальше Жиль начал изобильно сыпать непонятными для Василисы словами – воздействуют на ту часть головного мозга человека, которая называется "палеокортекс".

Достаточно короткой акустической атаки – и человек впадает в ступор, как бы каменеет. И вот пока окаменевшая жертва не может двинуться, василиск подбегает вплотную, перекусывает ей глотку и, вдосталь насосавшись густо пенящейся алой крови, по-гурмански медленно выедает ее вкусные потрошки.

– Но это в природе потрошки. Причем не человеческие, ясное дело – где они столько людей найдут, дураков нет! – а наотарских пещерных лемуров. Здесь же мы кормим его обычной говядиной из расчета два килограмма в день, – пояснил Жиль. – Мясо ты будешь брать на кухне, у помощника повара по имени Дино, размораживать в микроволновке, и класть вот сюда, – Жиль показал на выдвигающуюся пластиковую кормилку своим пухлым лиловым пальцем. – Главное, не суй в кормилку свои бархатные ручки. Ну и в глаза ему пореже смотри. От этого потом голова адски болит – сто раз проверял...

Василиса, ошарашенная знакомством с трапперским талисманом, лишь покорно кивала. Да, мол, все сделаю, как велено.

Жиль еще много говорил о ее обязанностях. Как именно убирать, чтоб на полу клетки не оставалось разводов, как выставлять освещение на ночь, как менять картриджи с химикатами и как вызывать ветеринара.

Что могла Василиса записала – своими вычурными круглобокими муромскими каракулями. Что не могла – запомнила.

Последним пунктом в ее тетради значилось: "Пиво для Жиля носить из автомата по правую сторону от входа в Главный Ангар. Кукурузное пиво категорически не брать – от него Жиля пучит."