Пилигримы
Шрифт:
Эрик наблюдал за ее приближением.
— Эти люди кормят нас, — произнес он. — Возможно, следовало бы помочь им в благодарность.
— Я уже отработала свое, рискуя своей жизнью на протяжении нескольких недель, — справедливо заметила Сиель, дернув сразу обе косы — верный признак, что она очень зла. — Меня бесит не работа, а его пустая болтовня! Этот тип просто не затыкается!
Она тяжело опустилась на ступеньку рядом с иномирцем. Эрик начал было говорить что-то, но девушка прервала его на полуслове:
— Тише. Я хочу тебе кое-что сказать и
— Хорошо.
Он подождал, наблюдая за тем, как Лют собирает полоски коры, кладет их на телегу и сердито бормочет что-то себе под нос, качая головой.
— Ты должен стать героем, — наконец произнесла Сиель. — Хорошо. Ты считаешь, что научиться владеть мечом достаточно?
Эрик удивленно посмотрел на нее:
— Может, и нет. Но я просил научить меня магии, и…
— Ты думаешь, что магии будет достаточно?
— Достаточно для чего? Чтобы побить их?
— Да, чтобы побить их! — рявкнула Сиель. — У них есть магия. Ну и что, у нас тоже. У них есть мечи, и у нас тоже. Анфен — лучший мечник из большинства, хотя ты видел его лишь в схватке с Инвией, которую он проиграл, поэтому можешь и не поверить мне. Но его недостаточно, чтобы побить их. Поэтому, даже если бы ты мог так же хорошо владеть мечом, как Анфен, и плести заклинания, как Архимаг, было бы этого достаточно?
Еще одна птичья стая сорвалась с места и поднялась над лесом. Во дворе Луп восторженно закричал, как азартный человек, наблюдающий за важным забегом. Эрик произнес:
— Судя по тому, как ты ставишь вопрос, этого недостаточно. Ты говоришь, что нам нужно гораздо больше таких людей. Но как, по-твоему, получить их? Я пытаюсь стать Анфеном. И именно поэтому получаю вот это. — Он показал ей порезы на руках.
Она ударила ладонью по ступеньке, раздраженная его тупостью.
— Лучше слушай меня! Что есть у нас и чего нет у них? Какое оружие, какая вещь, неизвестная им, но на которую мы можем положиться, какая карта должна вести нас по этому пути? Чего недостает им? Ты ведь слышал, что я говорила тебе об истории! Они делают все, что хотят. Они ни перед чем не останавливаются. Они убивают, крадут, убивают, лгут, убивают.
Вот теперь Эрик понял.
— Принципы. Моральные ценности. У нас есть принципы. У них нет.
Она повернулась к Эрику. Ее глаза расширились.
— Да! Кейс обычно не прав, но они у него есть. А у тебя?
Эрик был захвачен врасплох этим вопросом.
— Разумеется, у меня они тоже есть!
— Какие именно? Я слышала, как ты предал доверие своего друга, рассказав нам о его привязанности к Незнакомке, когда он вышел из комнаты.
— Да, но Анфену нужно было знать об этом…
— Это так. Значит, предать доверие своего друга оказалось полезно. Но было ли это правильно? Ты солгал мне о своем происхождении не моргнув глазом. Да, ты был напуган, но ты хотел снова воспользоваться моим телом и молчал много дней, не признавшись во лжи. Я ждала, дала тебе шанс увидеть, что никакая опасность не угрожает, поэтому ты можешь рассказать правду. Но ты этого не
— Эй! Воспользоваться твоим телом? Кто кого соблазнил?!
Но Сиель словно не слышала его:
— Ты объяснил, почему солгал, но так и не сказал, что тебе жаль. Ты только пыхтел, следуя за мной, как пес, через леса, желая урвать кусок мяса побольше.
Эрик ничего не мог сказать в свою защиту.
— Сиель, пожалуйста, скажи мне, что, черт побери, заставило тебя обо всем этом заговорить?
— Я заглянула в твой разум и сердце и не нашла там ничего. Меня это пугает.
По ее щекам побежали слезы. Эрик не успел ни оправиться от потрясения, ни произнести хоть слово. Она подхватилась с места, помчалась в дом и захлопнула за собой дверь.
…Наконец Луп и Шарфи вернулись, маг взбудораженно бормотал себе под нос:
— Они были так близки! И сражались изо всех сил. Что ж, теперь посмотрим, что из всего этого выйдет. Зоркий Глаз — не самый великий маг из живущих в этом мире, но он не слабак. Наверное, она действительно что-то, та цыпочка, с которой он танцует! О да…
— Ты уверен, что Анфен спит? — спросил Шарфи.
Луп кивнул, усмехнувшись:
— Как погашенная свечка. Я даже благословил его сон, так что видения будут мирными, не о крови и внутренностях. Бедный паренек.
— Значит, лучшей возможности не представится, — прошептал Шарфи. На его лицо вновь вернулось затравленное выражение желания, как у наркомана. — А как долго будет длиться видение черной чешуйки?
— Это от многого зависит. Можно даже выйти из тела. Это мощные штуки, черные-то.
Эрик едва слышал их, переваривая вновь и вновь сказанное Сиель, пытаясь понять, что можно принять и что оспорить: «Да, она попала в точку с замечанием о похоти, однако можно сделать скидочку на стресс и сложные обстоятельства. Что же до предательства доверия Кейса, я, честно говоря, не понимаю, в чем тут суть…»
Наконец Эрик вернулся к настоящему.
— Выйти из тела? Это значит именно то, о чем я думаю?
— Да, все точно так, как кажется, — отозвался Шарфи. — Тело остается здесь, ты уходишь. Со стороны кажется, что ты просто спишь.
— И куда я пойду?
— Прошлое, будущее, настоящее, может, все по очереди. — Луп беззубо ухмыльнулся. Он понизил голос, когда мимо прошел Лют, с хрустом шагая по устилавшему почву гравию и недовольно бормоча себе под нос о том, что нынешняя молодежь совершенно не уважает землю. — Я слышал о людях, которые отправлялись в Иномирье и куда более далекие места, — шепнул маг. — Что бы ни случилось, ты многое увидишь и поверишь в это. — Он склонился ближе к Эрику; глаза колдуна ярко блестели. — Я слышал о том, как ты нашел эту чешуйку. Но нельзя просто так отыскать черную. Так должно было случиться. Дракон хотел, чтобы ты ее получил. Почему, как ты думаешь, я ее растолок вот так? Я знал, что этого хочет Он. Он не желал, чтобы ты обменял ее на какие-нибудь суетные сокровища. Так что давай войдем внутрь и узнаем, наконец, какие видения Он для тебя приготовил.