Пилигримы
Шрифт:
Кейс поспешно поднялся на ноги, сбросив рюкзак с колен и рассыпав еду. Лесная тишь теперь, казалось, смыкается вокруг них, протягивая скрюченные руки. Ни птичьего крика, ни ветерка, способного расшевелить сухие листья. И тишина говорила: «Вы совсем одни».
— Они тут повсюду, — произнес Кейс, исследуя берег реки. — Даже на склонах. Наверное, они хорошо лазают. Боже правый! Эрик, некоторые из этих следов просто огромные! В них можно утонуть по колено!
— Кейс, мне бы очень не хотелось этого говорить, но, похоже, мы завязли в полном
— Может, да, а может, и нет. Нельзя сказать, как давно эти твари тут проходили. Вдруг уже несколько недель прошло?
— Или какой-нибудь час. У меня такое чувство, что было бы лучше поскорее выбираться из этих лесов — и желательно до сумерек.
Они торопливо пошли назад, стараясь возвращаться по своим следам, но тут, увы, приходилось полагаться только на память, которая, к сожалению, не баловала подсказками; лес был столь однообразным, что единственным настоящим ориентиром оставалась река. Под ногами, полускрытые тонкими, ломкими травинками, повсюду были эти следы — иногда целые скопления, порой лишь несколько дырок в земле.
Каждый громкий шаг разносился хрустом по чаще, отсчитывая мгновения, оставшиеся до наступления вечера — и их смерти. То и дело попадались длинные полосы земли без каких-либо следов, другие участки выглядели так, словно кто-то бродил с набором кольев разной толщины, то и дело всаживая их в почву молотком. Гораздо чаще следы меньшего размера вели в норы земляных людей, которые неожиданно оказались повсюду. Эти были больше, нежели виденные Эриком, словно их специально построили с расчетом на более крупных существ…
Последние солнечные лучи скрывались за горизонтом, когда Кейс неожиданно споткнулся о квадратную сетку, сплетенную из прутьев, и она отлетела в сторону, проскользив по листве. Сетка закрывала дыру в земле вроде нор земляных людей, только эта нора куда больше походила на укрытие для человека — и решетка наводила на ту же мысль.
— Следов нет. — Эрик, согнувшись, исследовал землю вокруг дыры. — Думаю, мы нашли себе жилище. Хотел бы я знать, правда, каким образом эти палочки смогут отпугнуть монстров…
— Не знаю, может, она мешает им разглядеть дырку? Правда, эта куда меньше, чем остальные. Повезет, если сами сумеем в нее протиснуться.
Кейс полез внутрь первым, сначала пропихнув рюкзак по узкому коридору, изгибающемуся и расширенному внизу. Эрик полез вперед ногами, осторожно притянув решетку и закрыв за собой вход. Маленькие светокамни сверкали, как крошечные глазки, в стенах, где тоннель расширялся, забирая влево. В такой безопасности друзья себя не чувствовали с того момента, как присели пообедать у реки.
— А почему эти коротышки копают достаточно большие тоннели, в которые даже мы влезаем? — шепотом поинтересовался Кейс.
— Думаю, когда-то они были друзьями с людьми, тогда же и построили большинство тоннелей. Не знаю, когда именно все изменилось, но теперь они нас ненавидят.
— Кто первым сторожит? — спросил Кейс, широко зевнув.
—
— Вот и чудно. Я-то через пять минут отключусь; не самое худшее место из тех, где мне доводилось ночи коротать.
Кейс бросил Эрику амулет, а затем устроился поудобнее в одной из ямок на полу тоннеля, словно в удобной постели, надвинул шляпу на глаза и подоткнул под голову рюкзак вместо подушки.
Незадолго до рассвета Эрик устремил задумчивый взгляд на ожерелье. В воздухе вокруг него была странная активность, почти как движущиеся узоры, словно перемещаются пузырьки из прозрачного стекла по одним им известным траекториям. Вокруг одной из серебряных бусин магия кружилась, как по орбите. Эрик собирался надеть амулет, но внезапно представил, что в его руках оказалось нечто живое. Эрик убрал ожерелье в карман и приготовился ждать.
Входное отверстие сделало плоский диск ночного неба бледным и размытым, словно в него падал звездный свет, рассеиваясь через мелкие ячейки решетки. Эрик вздрагивал от любого шороха снаружи, который слышал — или воображал. Подсознание невольно вновь и вновь прокручивало сцену, разыгравшуюся в зале охотников, откуда они спасли Лейли. В лесах здесь было гораздо тише, чем обычно бывает — случайный ветерок то и дело заставлял хрупкие ветви деревьев скрипеть, однако, если здесь и была дикая жизнь, она двигалась совершенно бесшумно.
Так было, пока Эрик едва не заснул. Но очнулся, услышав странный звук, словно сгибают дерево, пока оно не хрустнет — скрип, скрип, скрип, и этот скрежет было уже трудно принять за очередной порыв ветра. Эрик подкрался поближе к решетке, пытаясь определить, откуда доносится звук, так что отдельные торчащие сквозь нее сучки защекотали в носу. Но увидел иномирец немногое: сгорбленные деревья — неестественные скелетоподобные силуэты.
Кроме… вон там! Одно из них двинулось, загородив на мгновение кусочек неба над решеткой. Оно было почти вдвое больше человека, тонкие руки и ноги сплошь усыпаны шипами, некоторые изогнутые, другие прямые. Эрик видел только силуэт. Голова — если, конечно, это была она — покрыта потрепанной гривой и тоже утыкана шипами, напоминая криво нарисованную звезду, у которой каждый кончик толщиной не больше иголки.
Странная тварь постояла какое-то время над решеткой, и только изогнутые шипы шевелились вдоль тела, как беспокойные, подвижные пальцы. Затем она двинулась прочь неуклюжей походкой и согнулась, скрывшись среди силуэтов деревьев. На время воцарилась тишина, а затем до Эрика донеслись скрежещуще-скрипящие звуки, раздавшиеся явно совсем рядом с входом, прямо над головой, — но он ничего не увидел.
Может, эту тварь приманил человеческий запах или их следы? Эрик отполз назад в тоннель, дрожа всем телом. Малейший шорох, с которым колени и ладони шаркали по полу, казался многократно усиленным. Эрик потряс Кейса за плечо. Тот пробормотал что-то, весьма недовольный побудкой.