Пьесы
Шрифт:
Появляются Н и к и т а и Л у ж к о в.
Н и к и т а. Чучин звонил. Интересовался, как хлебосдача идет. Я сказал, сдавать нечего. Солонцы-то не уродили…
Л у ж к о в. Я вас предупреждал в свое время. Не послушали.
Н и к и т а. Разве во мне только дело? Во мне одном, а?
Л у ж к о в (пожав плечами). Я на Лебединую протоку. Понадоблюсь — там ищите.
Н и к и т а (Игнату).
И г н а т. За удобрениями на станцию. Лежат без пользы, вот я и прибрал.
Н и к и т а. Опять за прежнее взялся? Смотри, второй срок схлопочешь.
Л у ж к о в. Он же не без спроса. Я сам с начальником станции договаривался. Удобрения брошенные, а мы их в дело пустим.
Н и к и т а. А трактор кто наряжал?
Д о м н а. Будто уж агроном не может распорядиться?
Н и к и т а. Ежели каждый своевольничать будет — последние штаны с себя спустим. (Игнату.) За горючее платить придется.
Л у ж к о в. А почему, собственно? Удобрения для солонцов везли. Солонцы колхозные.
Н и к и т а. Он и мешок когда-то… для солонцов позычил. Что из того?
И г н а т (с глухой яростью). Ты… ты долго меня попрекать будешь, гнида? (Уходит.)
Н и к и т а. Ага! Слышали? Все слышали? Домна, будь свидетелем! И ты, агроном!
Л у ж к о в. А что он сказал? По-моему, он ничего такого не сказал.
Д о м н а. И я не слыхала.
Н и к и т а. Спелись? Ну ничего, вы еще повертитесь у меня!
Д о м н а и Л у ж к о в уходят. Никита грозит им бессильно. Мимо кузницы с лентой через плечо проходит П е т р. Свысока кивает Никите.
Это что у тебя за тряпица?
П е т р. Читай, если грамотный.
Н и к и т а (водит пальцем по буквам). «Чем-пи-он об-лас-ти». Смотри ты, какая фря!
П е т р. То ли еще будет, дядя Никита! То ли еще будет!
Снег идет. Н и к и т а в конторе.
На телефоне огрызок селедки. Рядом графин с водкой. Телефон надрывается, Никита, чокаясь с ним, пьет.
Н и к и т а (не выдержав). У, чтоб ты треснул! (Рванул трубку, снова кинул ее. Начокавшись, захрапел.)
Входит обозленная Н а д е ж д а. Толкнула председателя, подняла за волосы. Никита икнул, открыл глаза.
Н и к и т а. Ты по какому воп… вопросу, Надежда?
Н а д е ж д а. Сено кончилось. Последний навильник скормила!
Н и к и т а. К-кому… к-кому-у скормила?
Н а д е ж д а.
Н и к и т а (уронив голову). Сгори оно… белым пламенем!
Н а д е ж д а. Может, колхоз распустим?
Н и к и т а. Не возражаю.
Н а д е ж д а. Один сообразил или с кем советовался?
Появляются Д о м н а, Л у ж к о в. Он в шинелишке и сразу проходит к печи.
Д о м н а. Что, уж машину не мог выслать? Двадцать верст на своих двоих оттопали.
Н и к и т а. Звонили бы. Телефон-то вот он.
Д о м н а. Звонили. К тебе разве дозвонишься? (Наливает из графина, пьет, закашлялась.) Добра водица!
Н и к и т а. От простуды в самый раз. Грейся и ты, Андрей Иванович.
Л у ж к о в. Мне заказано. Язва.
Н и к и т а. Какие новости привезли с конференции?
Д о м н а. Андрея Ивановича в партии восстановили.
Н и к и т а. За это и выпить не грех. (Тянется к графину.)
Д о м н а (отодвигает графин). А еще Чучина твоего прокатили.
Н и к и т а (после паузы). Кого ж вместо него?
Д о м н а. Гурьева. Директора Ермиловского совхоза.
Н и к и т а. В гору пошел Илья Семенович. А начинали вместе.
Д о м н а. Вместе, да по-разному. Гурьев в прошлом году по сто пудов взял. А наш урожай в подоле поместится.
Л у ж к о в (задумчиво). Земли те же, люди те же. А результат несравнимый. Стало быть, все дело в хозяевах, верно?
Д о м н а. Да это разве хозяин? Люди в поле, а он сидит накачивается.
Н а д е ж д а. Чего ж ему не накачиваться? Сыт, пьян, нос в табаке. А что скот падает — вне ума.
Н и к и т а. Отпустите вы меня! Отпустите! Уйду… хребтина сломалась.
Д о м н а. Сперва подчисти, где нагадил, потом катись на все четыре.
Н и к и т а. Не умею! Ничего не умею! Все прахом идет! Отпустите! (На ощупь шарит стакан, наливает. Ему не препятствуют. Заметив на лице Лужкова брезгливое сочувствие.) Осуждаешь… а сам-то… сам-то лучше? Сам-то лучше, я спрашиваю?
Н а д е ж д а. Что посоветуете, начальство? Скот падает.
Никита пьет.
Д о м н а. Придется у колхозников заимообразно просить.
Л у ж к о в. Доим, доим их… когда же перестанем?
Д о м н а. Корма с неба не свалятся.
Н и к и т а. Куда ни ткнись, везде стенка. Жизнь в допрос превратилась. (Чокается с телефоном.)
Л у ж к о в. Подымем всех на ноги — и кочки на болоте рубить. Я помню, в детстве рубили.