Песочные часы

Йейтс Уильям Батлер

АНГЕЛ: Я ангел Всевышнего Бога.

МУДРЕЦ: Зачем ты явился ко мне?

АНГЕЛ: Я принес тебе послание.

МУДРЕЦ: Что за весть ты принес?

АНГЕЛ: Ты умрешь через час. Ты умрешь, когда упадет вниз последняя песчинка в этих часах. (Переворачивает часы).

МУДРЕЦ: Мое время еще не пришло. У меня есть ученики. У меня малые дети и жена, я не могу их оставить. За что я должен погибнуть?

АНГЕЛ:

Ты умрешь, потому что ни одна душа не прошла порог небесный с тех пор, как ты явился в эту страну. Порог зарос травой, и петли врат заржавели, и охраняющие их ангелы скучают.

МУДРЕЦ: Куда же унесет меня смерть?

АНГЕЛ: Врата небес не откроются для тебя, ибо ты отрицал существование небес; и врата чистилища не отворятся перед тобой, потому что ты отрицал существование чистилища.

МУДРЕЦ: Но я также отрицал и существование ада!

АНГЕЛ: Ад – это место для отрицателей.

МУДРЕЦ (встав на колени): Я действительно отрицал все это и учил других отрицать. Я верил только в то, о чем говорили мои чувства. Но, о, прекрасный Ангел, прости меня, прости!

АНГЕЛ: Тебе надо было просить прощения много раньше.

МУДРЕЦ: Если бы я узрел твой лик, как вижу сейчас, о прекрасный Ангел, я уверовал бы, я просил бы прощения. Знаешь ли ты, как это легко – сомневаться? Гроза, смерть, увядание травы, многие болезни – вот вестники, что мне являлись. О! что же ты молчишь? Принеси мне прощение Всевышнего, дай его мне! Я бы целовал твои руки, не будь так испуган – нет, нет, даже край одежды!

АНГЕЛ: Ты слишком давно отстранился от рук бессмертных, так не добивайся их теперь!

МУДРЕЦ: Ты не понимаешь. Ты живешь в той стране, которую смертные видят только во снах. Ты живешь в стране, о которой мы можем лишь мечтать. Возможно, тебе так же трудно понять наше неверие, как нам трудно веровать. Ох! Что я сказал! Ты знаешь все! Дай время, и я изменю все сделанное. Дай мне год – месяц – день – хоть еще час! Дай мне конец этого часа, чтобы я отменил все свершенное!

АНГЕЛ: Ты не в силах отменить свершенное. Но я наделен Пославшим меня такой силой. Если до исхода часа ты найдешь хоть одного верующего, ты попадешь на небеса, после многих лет в чистилище. Ибо от одного мощного семени, прозревает Пославший меня, вновь вырастет урожай, достойный устилать золотое гумно. Но сейчас прощай, ибо я утомлен бременем времени.

МУДРЕЦ: Будь благословен Отец, будь благословен Сын, будь благословен Дух и Посланник, коего послали они!

АНГЕЛ (от двери, указывая на песочные часы): Через краткое время верхнее отделение опустеет. (Исчезает).

МУДРЕЦ: Все будет хорошо. Я созову учеников; они все говорят, что сомневаются. (Хватает колокольчик, звонит). Они будут здесь в мгновение ока. Я уже слышу шум ног на дорожке. Они хотят ублажить меня, и потому говорят, что не веруют. Но слишком стара вера, чтобы исчезнуть в минуту. К тому же, я могу подтвердить то, что ранее отрицал. (Еще раз звонит). Они идут. Я сяду за стол. Я заговорю спокойно, как будто ничего не случилось.

(Входят УЧЕНИКИ и ДУРАК).

ДУРАК:

Оставьте меня одного. Оставьте меня. Кто тянет мой кошель? Королевский сын, не тяни мой кошель.

ОДИН ИЗ УЧЕНИКОВ: Это твои друзья – ангелы тебе дали мешок? Почему они не наполнили его?

ДУРАК: Дайте мне грошиков! Дайте монеток!

ЮНОША: Оставьте ему эту тряпку, она рвется на куски. Зачем тебе монеты, если есть такой большой мешок?

ДУРАК: Я хочу покупать ветчину в лавках, и орехи на ярмарках, и крепкие напитки для того часа, когда солнце садится. И еще я хочу капканы, чтобы ловить кроликов и белок и медведей, и еще горшок, чтобы варить их.

ЮНОША: А почему твои друзья не подскажут место, где зарыты сокровища?

ДРУГОЙ ЮНОША: Почему они не послали тебе сон о сокровищах? Кто три раза сон увидит, не останется в обиде.

ДУРАК (выставляя шляпу): Дайте мне грошиков! Дайте монеток!

(УЧЕНИКИ бросают монетки ему в шляпу. ДУРАК становится у двери, чтобы можно было подставлять шляпу каждому входящему).

ЮНОША: Учитель, вы возьмете Тейга – дурака в ученики?

ДРУГОЙ ЮНОША: Тейг, дашь нам денежек, если мы дадим тебе уроки? Нет, лучше иди учись бесплатно в горах. Расскажи нам, что ты выучил в горах, Тейг!

МУДРЕЦ: Помолчите. (Все это время он стоял молча, глядя в сторону). Садитесь на скамьи, потому что я хочу нечто от вас услышать.

(Пауза. Все рассаживаются на свои места. ТЕЙГ по-прежнему стоит у двери).

МУДРЕЦ: Есть ли среди вас кто-то, верующий в Бога? В небеса? В чистилище? Или в ад?

ВСЕ УЧЕНИКИ: Нет, учитель! Никто не верует!

МУДРЕЦ: Я знал, что вы будете так говорить; но не бойтесь. Я не рассержусь. Отвечайте правдиво. Разве вы не веруете?

ОДИН ИЗ УЧЕНИКОВ: Раньше мы верили, но вы научили нас лучшему.

МУДРЕЦ: О! учение не проникает глубоко! Оно не затрагивает сердец. Вы веруете, как веровали раньше, но боитесь признаться.

ОДИН ИЗ УЧЕНИКОВ: Нет, нет, учитель.

МУДРЕЦ: Если вы признаетесь, что веруете, я буду рад, я не разгневаюсь.

ЮНОША (к соседу): Он хочет устроить какой-то диспут.

ЕГО СОСЕД: Я это сразу понял.

ЮНОША: Это не сегодняшняя наша тема: вы собирались говорить о словах, которые написал нищий на стене Вавилона.

МУДРЕЦ: Если найдется среди вас верующий, он станет мне лучшим другом. Ну конечно же есть такой среди вас. (Все молчат.) Несомненно, то, что вы выучили у материнских колен, так просто не забывается.

ЮНОША: Господин, до вашего появления здесь ни один учитель не смог одолеть глупость и невежество. Но все прислушивались к словам вашим, и все познали истину. Вы победили в главном споре.