Песни

Кукин Юрий Алексеевич

Подарите в дорогу песню…

Подарите в дорогу песню, Она будет моей Дульсинеей, Я обманывать не умею, Разве что — умерев, воскресну… С ночью в бой я вступаю честный, На копье нанижу закаты, Я уйду, а пока, ребята, Подарите в дорогу песню. И не надо ни слов печальных, Ни советов, ни даже ласки, В сказку я ухожу из сказки, Только вот — без конца и начала… И не ждите теперь известий Из сибирской моей Аризоны — Я ваш остров, а вы — Робинзоны… Подарите в дорогу песню… Начало июля 1695 Темиртау

Подорожник

Пью

за подорожник, Он мне всех дороже, Потому что лечит Раны человечьи. Вдруг поранил ногу Иль разбили рожу — Сразу на подмогу Славный подорожник. Лишь глубокой раны Вылечить не может Толстокожий странник, Верный подорожник. Ранят лишь идущих Или непохожих. За того, кто нужен! Пью за подорожник. Осень 1963

Пожалуйста, тихо, не надо шуметь…

Пожалуйста, тихо, не надо шуметь, Зачем нам литавры, звенящая медь, Зачем нам волненья и громкая речь? Здоровье и нервы старайтесь беречь. Всегда избегает грозящей беды Лишь тот, кто молчит, в рот набравши воды. Сказать только вовремя надо суметь: «Пожалуйста, тихо, прошу не шуметь». Ах, как ночь, эта тихая ночь хороша, Ах, как тихо дождинки на листьях шуршат, И я счастлив, когда в этом мире одна «По ночному городу бредет тишина». Люблю тишину и сказать не боюсь, что я не кричу, за грудки не берусь, Но в омуте тихом есть смысл, заметь, Поэтому очень прошу не шуметь. От лозунгов громких болит голова. Мой голос не громче, чем в поле трава, Долой фейерверки, не надо греметь, Пожалуйста, тихо, прошу не шуметь. Как тиха эта нежная трель соловья, Как легка и бесшумна походка моя, И близка эта песня, что еле слышна: «По ночному городу бредет тишина». 1970

Поезд

А в тайге по утрам — туман, Дым твоих сигарет. Если хочешь сойти с ума, Лучше способа нет. Поезд, длинный смешной чудак, Знак рисуя, твердит вопрос: — Что же, что же не так, не так, Что же не удалось?.. А поезд, длинный смешной чудак, Изгибаясь, твердит вопрос: — Что же, что же не так, не так, Что же не удалось?.. Заблудилась моя печаль Между пихт и берёз, И не действует по ночам Расстоянья наркоз. Расставаясь, шептал: «Пустяк, Ведь не видишь же ты насквозь! Просто что-то не так, не так, Что-то не удалось». А поезд, длинный смешной чудак, Рад стараться, твердит вопрос: — Что же, что же не так, не так, Что же не удалось?.. Ариэлем хотел лететь — Ни любви, ни забот. Или в горы, как Алитет, Уходить каждый год. Вбей в колено тоску, кулак, Удержи от ненужных слёз. Просто что-то не так, не так, Что-то не удалось. Ах, поезд, длинный смешной чудак, Как замучил меня вопрос: Что же, что же не так, не так, Что же не удалось?.. 12–17 июля 1965 Товарный поезд «Ленинград-Темиртау»

Поздно

Я перепутал звезды, Правду и отраженье, Море сломало весла, И потерпел крушенье. Вот и беда: Только вода И раздраженье. «Душу мою спасите!» Только никто не слышит. Ночь и вода колышут, Голос слабей и тише… И никуда — Только беда Черною крышей. Нет, лучше катить по рельсам, Чем плыть безумным рейсом. Плавно и осторожно, Лишь на зеленый можно. Но только поздно: Море

сломало Весла. 1964 — февраль 1965

Пора

Пора, пора, сними ладонь с плеча, Иду, пока хоть что-то впереди, На синей детской ленточке печаль Как амулет касается груди… Дорога начинается с утра, Трудней любить и легче уходить. И ты права, и я, я тоже прав, И каждый, каждый прав, когда один. И мной тебе не стать, и мне тобой, Разделены, уж так устроен мир… Разделены собою — не судьбой, Не далью и не стенами квартир. А я уйду в зеленую страну, Страну надежд и бесконечных грез И жаркую лесную тишину Я принесу тебе как Дед Мороз… Смешной Гек Финн, мне б убежать, уплыть Выдумывать, искать и находить, Останься я — ну что же, может быть, Ты мне б сама сказала «Уходи»… Надежна одиночества праща, Эй, Голиаф сомнений, выходи!.. На синей детской ленточке «Прощай» Как амулет, касается груди. Июль 1966 Каз

Потеря

Сегодня обнаружил ровно в восемь, Что потерял единственный трояк. Я произнес слова, что произносят, Босой ногой споткнувшись ночью о рояль. А мимо люди шли и песни пели, И был неудержим людской поток. А я стоял, как холодильник на панели, Ненужен, абсолютно пуст и одинок. За что, за что мне сразу все напасти? Я погрозил пространству кулаком. Луне я крикнул: «Это твое счастье, Что я уже давно с тобой знаком!» Вот так всегда: сначала всё находишь, Ещё чуть-чуть покрутится Земля, И всё теряешь. И друзья уходят. Вчера — тебя. Сегодня — три рубля. 27 сентября 1966 Каз

Потерял я тебя, потерял…

Потерял я тебя, потерял, Как теряют листву тополя… И, в вечерней прохладе застыв, Не сменяют печали посты. И апрельский растаявший снег, И движенья ребенка во сне, Хлопотливые сборы с утра — Как вчера это все, как вчера! Потерял я тебя, потерял… А в глазах силуэт корабля, И рассерженный шепот дождя, И твое неумение ждать. Колокольчик в траве и весна — Это девочка наша с тобой. Ах, какая вокруг тишина, И беды моей свод голубой… 26–27 мая 1968

Почему я опять вместе с солнцем встаю…

Почему я опять вместе с солнцем встаю? Непонятное чувство — и легко и тревожно. Как осенние птицы улетают на юг, Я весной на восток — к моим рекам таежным. Я друзьям позвоню, И услышу ответ: «Самолет послезавтра, не опаздывай, старый!» Все дела отменю, накуплю сигарет, Свою сумку собрав, посижу над гитарой. А потом самолет шар раскрутит земной, А потом будут песни и ночной разговор. И конечно, костер, и конечно же чай. Ослепительный привкус звезд лесных у него. Я палаточный полог поутру распахну. Меня встретят тайги голубые туманы. Оседлаю мечту, поскачу сквозь весну Одиноким ковбоем в неизвестные страны. Почему я опять вместе с солнцем встаю…

Пусть море зовет…

Пусть море зовет, давай, давай, Пусть море качает права. Мне берег твердит — не унывай, А я и не унывал. Пусть горы зовут меня, к нам, к нам, Нас надо завоевать. А я гляжу на них из окна И мне на них наплевать. А ветер мне дует в глаза, в глаза, Пытается выбить слезу. А я на фильм иду, на «Грозу», Иду, как идут на грозу. А жизнь меня хлопает по плечу, Живи говорит, не плачь. А я и не плачу, я хохочу, По-прежнему жду неудач…